Керри Манискалко – Охота на Джека-потрошителя. Охота на князя Дракулу (страница 20)
Мы ходили от одной стоянки судов к другой, от одной группы кораблей к другой. Множество лавок были посвящены морским приключениям, в витринах выставлены золоченые компасы, секстанты, хронометры и все прочие корабельные принадлежности, какие только можно пожелать. Я смотрела, как служащий таможни проверяет груз, который выгружают из ближайшего корабля; медные пуговицы на его куртке сияли в лучах послеполуденного солнца.
Он улыбнулся и прикоснулся к фуражке, когда я поравнялась с ним, отчего у меня порозовели щеки.
– Идем уже, – фыркнул Томас. – Он совсем не такой красивый, как я.
– Томас, – прошипела я и ткнула его локтем в бок. Он сделал вид, что ему очень больно, но я поняла: Кресуэлл доволен тем, что мое внимание снова вернулось к нему.
Склады уступили место убогим домам, сгрудившимся в кучу, подобно крысиным норам. Вонь от отбросов поднималась из канав в этом районе, смешиваясь со зловонием дохлой рыбы, выброшенной на берег. Слава богу, с моря дул сильный ветер, трепал мои локоны и проверял, прочно ли держится на голове бархатная шляпка.
– Тоби, – произнес он, отвечая на вопрос, которого я не задавала, и одновременно наблюдая суету вокруг нас. – Он умнее, чем половина полицейских Скотленд-Ярда, Уодсворт. Ты должна целовать землю, по которой я ступаю, за то, что я привел такого великолепного пса. Или, может быть, ты могла бы поцеловать меня в щеку. Таможенников и бандитов это приведет в восторг.
Игнорируя попытку собеседника затеять неприличный флирт, я наблюдала, как пес вразвалочку бежит по дороге и по причалу, и поражалась, как он до сих пор не свалился в воду. Это было самое неуклюжее животное из всех, какие мне когда-либо встречались. Мне гораздо больше нравились кошки с их неуемным любопытством.
– Значит, Тоби – это ваш домашний пес?
Томас отсчитывал суда и бормотал себе под нос их названия, пока мы спускались к «Мэри Си».
– Я его одолжил, – мой спутник остановился перед новой маленькой стоянкой, полной судов; лес мачт возвышался над нашими головами, потрескивая и качаясь на волнах прилива.
Этот участок был почему-то более шумным; мне не удавалось удержать в голове ни одной мысли, ее тут же перебивал выкрик кого-то из моряков. Натаниэль пришел бы в ужас, если бы знал, что я слушаю такие грубые ругательства, но они почему-то придавали всей этой обстановке странную притягательность.
С палубы одного корабля неслось блеянье коз и крики экзотических птиц, и я вытягивала шею до тех пор, пока не увидела яркое оперение попугая-макао, бьющего крыльями по клетке. На том же судне трубил огромный слон, топая ногами, пока множество палубных матросов пыталось выгрузить его на берег.
Названия на ящиках наводили на мысль, что в город прибыл бродячий цирк. Не будь событий последних нескольких недель, я бы с нетерпением ожидала возможности сходить на представление вместе с братом. Цирк славился аттракционами диковинных людей и несколькими номерами типа «не поверишь, пока не увидишь».
– До меня дошли слухи о человеке, который глотает огонь, – сказала я Томасу, когда мы прошли мимо корабля. – И еще об одном, у которого четыре ноги, если можно верить подобным вещам.
– И не говорите, – ответил он. – Лично я лучше останусь дома и почитаю.
Королева Виктория очень любила цирк и должна была явиться на первое представление. Все, кто считает себя человеком значительным, – и некоторые действительно значительные люди – тоже туда придут.
– Смотрите, – я указала на корабль, который мы искали, – вот он. «Мэри Си».
– Не отходите от меня далеко, Уодсворт, – велел он. – Мне не нравится вид этих парней.
Я взглянула снизу на Томаса, приятное тепло разлилось по моим конечностям.
– Осторожно, мистер Кресуэлл. Люди могут решить, что я вам начинаю нравиться.
Он бросил на меня взгляд и нахмурил брови, будто я сказала нечто очень странное.
– Тогда мне бы хотелось познакомиться с этими людьми. Они, должно быть, очень проницательны.
Не говоря больше ни слова, он пошел вперед, а я на мгновение застыла на месте, ошеломленная. Какой бессовестный лжец! Я взяла себя в руки и поспешно двинулась за ним.
Корабль был размером с небольшой искусственный остров из стали, серый и унылый, как обычный лондонский день. Его длина в два раза превышала длину остальных кораблей в доке, а экипаж выглядел в два раза более злобным.
Когда мы подошли к капитану, коренастому мужчине с черными глазами и частично отсутствующими зубами, смирный на вид Тоби проявил злобный характер дикого волка: пес оскалил клыки и устрашающе громко зарычал.
Капитан посмотрел на пса, потом окинул нас быстрым взглядом.
– Здесь не место для юных леди. Уходите.
Мне очень захотелось оскалить зубы, как Тоби (у него это получалось превосходно), но вместо этого я мило улыбнулась, показав точно рассчитанное количество моих жемчужных зубов. Тетушка Амелия всегда говорила, что мужчин легко очаровать.
– Я ищу Алистера Данлопа. Нам сказали, что он служит у вас.
Капитан – мерзкое создание – сплюнул в воду, подозрительно глядя на меня.
– А вам что за дело?
Томас рядом со мной напрягся, его рука согнулась.
Я снова улыбнулась, на этот раз упорно глядя в одну точку за плечом капитана. Я попыталась применить хитрый и вежливый способ тетушки; теперь пора было действовать по-своему.
– Мне очень не хочется устраивать сцену и звать сюда этого очаровательного офицера из таможни, – сказала я. – Действительно, нельзя же командовать таким важным кораблем без соответствующих документов на весь груз полностью. Вы со мной согласны, мистер Кресуэлл?
– Несомненно, – ответил Томас и немного отпустил поводок Тоби. Капитан сделал нетвердый шаг прочь от рычащего пса. – Не говоря уже о том, какая разразится катастрофа, если люди, зафрахтовавшие такой корабль, обнаружат, что часть их груза продали на сторону. Ведь ваша семья знакома с большинством аристократов в Европе, мисс Уодсворт?
– Конечно, – подтвердила я, а капитан заметно заерзал в своих сапогах. – Да и вы родом из не менее хорошей семьи, не так ли, мистер Кресуэлл?
– Действительно, – улыбнулся Томас. – Это правда.
Лицо капитана исказила гримаса настоящей ненависти. Очевидно, он был не из тех, кому приятно проигрывать красноречивым мальчикам и девочкам. Капитан проворчал:
– Он повез товар в «Джоли Джек». Должен разгружаться здесь недалеко, в переулке.
Глава 11
Новые неприятности
Паб «Джоли Джек», Лондон
Из-за неточных указаний нелюбезного капитана мы зашли в несколько тупиков и только потом оказались возле нужного нам паба – сомнительной репутации, но весьма оживленного.
Нарисованная на дереве вывеска над дверью изображала ухмыляющийся белый череп на фоне черного флага. Внутри мужчины сидели, сгорбившись над своими кружками, глотали пиво и вытирали рты рваными рукавами, а женщины сновали вокруг них подобно диким кошкам, выслеживающим свою жертву. Отказавшись от всякой мысли притвориться своей, я прошла через комнату, высоко подняв голову, сопровождаемая взглядами и шепотом.
Большинство знатных женщин не бродят в подобных местах в черных костюмах для верховой езды, кожаных ботинках и перчатках. Хотя ношение одежды для поездок верхом во время обычных пеших прогулок постепенно входило в моду, я очень выделялась из-за черного цвета и необычного материала моего наряда.
Я надеялась, что внушаю чувство опасения, пусть даже на короткое время.
Когда мы вышли в переулок через черный ход, нас встретило только биение собственных сердец и пыхтение Тоби. Я сняла перчатки и почесала его за мохнатыми ушами.
– Вы его видите? – спросила я, поспешно оглядываясь кругом.
Один открытый ящик стоял на нескольких других, очевидно, недавно выгруженных, но вокруг никого не было. Я подошла к деревянному ящику и заглянула внутрь. Он был заполнен рядами стаканов; я подумала, что хмельные клиенты разбивают много таких стаканов, когда достаточно выпьют. Не совсем то, что, по моим представлениям, продавал капитан на черном рынке, но все равно, товар для него прибыльный.
Томас сдвинул брови, глядя в ящик.
– Мне кажется странным, что мистер Данлоп оставил эти товары без присмотра.
– Может, он внутри?
Не дожидаясь его ответа, я повернулась и снова вошла в шумный паб. Перегнулась через исцарапанную стойку бара и практически закричала, чтобы привлечь внимание барменши. Толстая женщина вытерла руки грязным полотенцем и окинула меня таким взглядом, будто на меня не стоило и времени тратить.
Прощай, надежда на костюм, внушающий страх. Я с таким же успехом могла одеться в лучшее воскресное платье, а кожу оставить для мясников.
– Выпьете бурбона, мисс? – презрительно усмехнулась она, вытирая пивной бокал тряпкой и наполняя его темно-янтарной жидкостью, после чего подтолкнула его по стойке к сидящему на другом конце плотному мужчине.
Я смотрела, как он жадно глотал пиво. И не могла сдержаться, скривила губы, поражаясь его способностью не обращать внимания на слой грязи, размазанной по всему бокалу. Одному богу известно, какую болезнь он мог подцепить. Хорошо бы отнести эту тряпку в дядину лабораторию и сделать несколько анализов.
Не удивительно, что отца тревожило распространение заболеваний.
Сидящая поблизости группа мужчин разразилась смехом, который вернул меня к действительности. Я сжала кулаки, вонзив ногти в ладони, чтобы вернуть себе безмятежность при помощи этих полукруглых следов от ногтей.