Керри Манискалко – Охота на дьявола (страница 61)
Добравшись до верхней ступеньки, я провела рукой по стене длинного коридора, а второй сжала трость, черпая в ней уверенность. Канделябры располагались через неравные промежутки, усиливая ощущение неустойчивости, которое преследовало меня на лестнице. Как будто я выпила слишком много шампанского.
На лбу выступили бисеринки пота. Мне было нехорошо. Мне чудилось тихое змеиное шипение. Прищурившись, я присмотрелась к канделябрам: они были сделаны в виде обнаживших клыки кобр, лампочки вставлялись в свитые кольцами тела. Жутковатый декор, весьма подходящий для убийцы.
Несмотря на трость, я споткнулась. Девушка удержала меня и нахмурилась.
– Мисс Уодсворт, вы плохо выглядите. Идемте, я отведу вас в кровать, чтобы вы отдохнули.
Я с трудом вдохнула, в груди все горело.
– Почему вы не…
Веки отяжелели, мысли еле ворочались. Я навалилась на девушку. Перед глазами все плыло, и по позвоночнику пробежала паническая дрожь. Сонная, я снова посмотрела на шипящих змей. Если прищуриться, то можно разглядеть слабую дымку. О нет. Я не планировала подхватить инфекцию, передающуюся воздушным путем. Мне вспомнились тревоги отца.
– Но я здесь ничего не ела и не пила.
Я думала, что готова к этому противостоянию, но он установил правила, о которых я бы никогда не подумала. Яд в воздухе. Я остановилась. Нужно вернуться к лестнице. В голове все кружилось так быстро, что пришлось опустить голову между коленей, чтобы меня не стошнило.
– Агата, я… мне плохо.
– Ох! – Агата сжала мою руку, не позволив провалиться в темноту и вниз по лестнице – Наверное, вам не подходят пары чистящего средства. Доктор Холмс еще дорабатывает формулу. – Она показала на свой нос. – Вата. Чуть не забыла. – Она завязала лицо шарфом. – Не все реагируют на него, но я очень чувствительна к резким запахам. Поэтому доктор Холмс велит мне не забывать про вату. От меня не будет никакой пользы, если я заболею.
Я сделала еще несколько неуверенных шагов, колени дрожали. Это не чистящее средство. По крайней мере, я с таким никогда не сталкивалась.
– Почему он не дает вату постояльцам?
– Он не занимается благотворительностью, мисс. Если он будет выдавать вату каждому, кто снимает комнату, он разорится. К тому же такое случается не со всеми. Он говорит, что время от времени очищает коридоры таким образом. Похоже, сегодня один из таких редких дней.
Она отпустила меня и быстро пошла вперед. Остановилась в конце коридора и открыла двери, которые, я могла бы поклясться, были заложены кирпичами. Я привалилась к стене, борясь с подступающей темнотой. Мне нужно выбраться из этого места. Немедленно. Чувство самосохранения вопило, чтобы я поторопилась, но отрава действовала быстро.
Последним усилием я оттолкнулась от стены и проковыляла несколько шагов к лестнице. Голова кружилась, а надо мной навис гигантский портрет. Казалось, что глаза следят за мной, когда я упала на пол, отчаянно пытаясь ползти туда, откуда мы пришли. Я слышала, как хрустнули колени, и ослепла от боли. Меня подняли чьи-то руки.
– Тише, тише, мисс Уодсворт, – произнес ледяной голос. – Не сопротивляйтесь мне.
Я вяло подумала о пристегнутом к бедру скальпеле. Сейчас он абсолютно бесполезен. Все мои приготовления, моя уверенность исчезли.
– Настало время встретиться со своей истинной парой.
Его голос стал последним, что мучило меня, прежде чем я провалилась во тьму.
Глава 46. В плену. Ночь первая
В горле пекло, словно туда напихали горячих углей. Из глаз потекли слезы горя.
Как будто тело поняло раньше меня.
Дьявол пришел за мной.
И я скоро умру.
Где-то сверху послышалось шипение, отнимая у меня сознание.
Сон, глубокий и бесконечный. Благословение, спрятанное в проклятии.
Глава 47. В плену. Ночь вторая
Когда я приоткрыла веки, меня приветствовала темнота. Душная, как летняя жара. Я завозилась, отчаянно пытаясь вырваться из неестественного сна. Мгновение я не могла вспомнить, где нахожусь. Затем обрывки памяти вернулись. Я собралась сесть, когда скрипнула дверь. На пол, словно внутренности, упал желтый свет. Я зажмурилась.
И стала считать вдохи.
Это кошмарный сон из тех, что преследовали меня последние месяцы. Игра разума. Это не по-настоящему. Это не может быть по-настоящему.
Я открыла глаза и закричала.
Надо мной стояла фигура с рогами, которая, как мне показалось, зашипела как раз перед тем, как меня опять накр
Глава 48. В плену. Ночь третья
Кап. Кап.
Кап.
От вони бензина, смешанной с плесенью и другими неприятными запахами, у меня скрутило желудок. Когда я просыпалась последний раз, все было иначе. Сейчас меня приветствовал еще один запах, старый знакомый друг. Меди, мелких монет и металла. Я смутно подумала, не кровь ли это капает. Неподалеку что-то клацало, как кости. Очень много. Я представила, что за мной пришла армия ходячих мертвецов. Опять раздалось шипение, и я яростно задергалась. Я поняла, что это значит. Он опять меня травит. Играет со мной, пока ему не наскучит.
Я закричала, и вокруг отозвалось эхо, хотя и очень странное. Как будто я нахожусь в камере под водой. Я все сильнее подозревала, что меня никто не услышит. Никто, кроме него. Где бы я ни находилась, отсюда наружу не проникают никакие звуки.
И, клянусь, мне почудился издалека довольный смех дьявола.
Ночной кошмар. Мне снится страшный сон, и я скоро проснусь.
Это была последняя мысль перед тем, как Сатана утащил меня обратно в ад.
Глава 49. В плену. Ночь четвертая
Кап. Кап. Кап.
Непрерывный звук капель вытащил меня из беспокойного сна. Еще не открывая глаз, я поняла, что насквозь продрогла. Я лежала на чем-то твердом, словно лед.
Кап. Кап. Кап.
Глаза отказывались открываться, веки казались слишком тяжелыми. На краю сознания зародилась нарастающая паника. Я не могу подняться не из-за усталости. Прошло несколько мгновений, мысли путались, но тем не менее назойливо гудели. Мне не хватало кусочка головоломки. Распущенные волосы защекотали шею, и по телу прокатилась дрожь. Когда я их распустила? Клянусь, по моей коже ползали змеи или черви. Может быть, даже опарыши. И я ничего не могла с этим поделать. С каждым вздохом воображаемые стены давили все сильнее. Меня похоронили в могиле?
Кап. Кап. Кап.
«Открой глаза!» – подумала я, придя в ярость от того, что губы отказываются произносить слова. Я больше не в своем теле? Не понимаю, почему оно не слушается. Разум бился в тревоге, но я оставалась неподвижной. И тут все встало на свои места. Меня одурманили. Я попыталась сесть, но какая-то злобная сила давила коленями на спину, не давая подняться.
Прошло несколько ужасающих мгновений, и пальцы шевельнулись. Воодушевившись, я уперлась ладонями в матрас и поняла, что ночью меня положили на пол. Пальцы скользнули по утрамбованной земле. Я перекатилась на бок и ощупала пол в поисках подсказок, но отдернула руку. Я вляпалась во что-то мокрое.
– Т-томас? – наконец сумела прошептать я и потянулась в темноту к якорю, который удержал бы меня в этой жизни, этой действительности, этом времени. Мне не хотелось возвращаться в пустоту. Не хотелось думать о крови, которая наверняка покрывала мои руки.
Кап. Кап. Кап.
На меня обрушились видения: Томас лежит выпотрошенный и обескровленный. Фрагменты воспоминаний? Страх подстегнул меня и вытолкнул из морока. А может, это была любовь? Нет на земле силы более мощной, ничего такого же могущественного, как любовь. Ни ненависть, ни страх никогда не придадут столько сил. Я собрала эти мысли, вцепилась в них и, оттолкнувшись, села, разглядывая темную комнату.
Где-то за спиной мерцала одинокая свеча. Окружающее постепенно прояснялось, и я моргнула. Похоже, это какая-то кладовка или подвал. Судя по тому, что мне удалось рассмотреть, капало, к счастью, всего лишь из старой протекающей трубы.