Кэрри Лонсдейл – Новый путь (страница 4)

– Я не убийца. Просто парень, которого нужно подвезти.

Она стиснула баранку.

– Не смешно.

Он перестал улыбаться.

– Извини. Просто хотел поднять настроение. Слушай, если подбросить меня такая проблема, я могу найти другую попутку. – Ему этого не хотелось. Девушка заинтриговала Дилана. Но главное, он и так потерял сегодня много времени. Окинув взглядом стоянку, он даже потянулся к своим вещам, гадая, что будет дальше.

Она остановила его, легко коснувшись руки.

– Нет. Я тебя подвезу. Просто сделай мне одолжение. Пристегнись, пожалуйста.

Дилан с облегчением улыбнулся.

– Это я могу. – Протянув руку, он перепоясал ремнем грудь и защелкнул замок. – Так нормально? – спросил он, выгибая бровь, и она одобрительно кивнула.

– Это ничего, что ты оставляешь машину здесь? – спросила Джой.

Дилан пожал плечами.

– Она больше не моя проблема, а Рика.

– Рика?

– Адвоката моего отца. Что ты слушаешь? – Он указал на айпод, присоединенный к приборной панели. Меньше всего ему хотелось разговаривать про адвоката Джека. Дилан все еще злился из-за автомобиля. Машина не продержалась и одного дня, а до отлета ему предстояло провести в пути еще девять дней.

– Сестры Макгуайр. – Джой листала меню айпода.

– Сестры кто? – Дилан никогда о них не слышал, а он знал множество групп, больше, чем обычный любитель музыки.

– Сестры. Они были очень популярны в пятидесятые. Джуди они нравились.

– Твоей сестре?

Джой кивнула, ее свободная рука медленно потянулась проверить замок ремня. Сознательно ли она делает это? Сомнительно. Ее внимание было поглощено айподом в другой руке, и большой палец описывал круги на интерфейсе устройства. По экрану скользили названия альбомов. Она накопила массу вещей на этой штуке. Дилан с удовольствием просмотрел бы весь плей-лист. Он мог многое сказать о человеке по музыке, которую тот слушает, и интерес Джой к загадочной группе сестер, годившихся ему в бабушки, уже подсказал кое-что в отношении этой девушки к своей сестре. Она боготворила Джуди.

– И поэтому ты так одеваешься? Потому что так делала Джуди?

Она оторвала взгляд от айпода, и ее губы удивленно приоткрылись.

– А ты прямолинеен.

Не сдержавшись, он ухмыльнулся. Ему понравилось, что она бросила вызов.

Джой перестала листать.

– Вот, возможно, эту вещь ты знаешь. – Она включила дорожку, и ему хватило двух нот, чтобы узнать мелодию. Дилан сам удивился, подхватив вместе с исполнительницей строчки из «Твоего лживого сердца». Обычно он не делал этого вот так, перед людьми. Но аудитория из одного человека в салоне автомобиля казалась менее пугающей, чем стадион, заполненный буйными фанатами.

– Ого. Неплохо, – воскликнула она со сдержанной улыбкой.

– Каждый знает Пэтси Клайн.

– Нет, я о твоем голосе. Ты умеешь петь.

По телу разлилось тепло. Пригнув голову, он откинул волосы со лба; губы сами сложились в улыбку. Ему было приятно, что Джой похвалила его голос. Она вроде как нравилась ему, в смысле как друг, конечно, размышлял Дилан, посматривая на обручальное кольцо. Он заметил Джой в тот момент, когда машина заглохла при попытке въехать на стоянку возле закусочной «У Роба». И надо же было этой чертовой тачке заглохнуть, так и не добравшись до парковочного места и выставив задний бампер в сторону шоссе, как огромную жирную задницу.

Дилан был в ярости – из-за автомобиля, из-за отцовского адвоката, из-за самого отца, – а потом поднял глаза и увидел в окне Джой. Она сидела в одиночестве и ела, вся такая чопорная, с лошадиным хвостом, в накрахмаленном наряде, как будто совершила налет на костюмерную «Вестсайдской истории». Кто она, эта женщина? Какова ее история? Из этого могла получиться песня, и Дилану захотелось написать ее. Даже если бы ему не понадобился ее телефон, он нашел бы способ познакомиться.

Вскоре Дилан убедился, что она за ним наблюдает.

Возможно, он чрезмерно играл мышцами, пока копался в машине. Возможно, вопреки приличиям чуть приспустил джинсы на бедра. Если бы это не было откровенным позерством, он и футболку бы снял из-за чертовой жары. И старания не пропали даром. Девушка не могла оторвать от него глаз. А потом еще и согласилась – вот уж повезло так повезло! – подвезти его. Теперь на ближайшие четыре часа Джой оказалась в его распоряжении, и он намеревался потратить это время на то, чтобы узнать о ней как можно больше. Она была его новой песней, и Дилан надеялся, что к ночи в голове прозвучит первый куплет.

Но сначала ему нужно было услышать историю Джой.

– Как умерла Джуди? – спросил Дилан как раз в тот момент, когда Джой включала заднюю передачу. Она замерла, и машина осталась на месте.

– Автомобильная авария. Восемь лет назад, – ответила Джой, и в ее голосе прозвучало легкое раздражение.

– Прости. Вы были близки?

Какое-то время она смотрела на Дилана, постукивая ногтем указательного пальца по ногтю большого, потом вздохнула.

– У нас было четыре с половиной года разницы. Она погибла летом, когда мне шел четырнадцатый год. – Джой сжала пальцами рычаг переключения передач.

– Какой она была?

Джой резко втянула в себя воздух.

– Если продолжишь задавать вопросы о сестре, тебе придется поискать другую попутку до Флагстаффа.

Этого Дилану не хотелось. Сегодня он и без того потерял достаточно времени.

Джой сидела и ждала, какое он примет решение. Дилан отметил, как крепко она сжимает руль, как твердо очерчена линия скулы и напряжена спина. Интересно. Одевается как сестра, слушает любимую музыку сестры, и в сумочке у нее список, составленный сестрой. И все же разговаривать о ней не хочет.

Возможно, не хочет разговаривать на эту тему с ним. Он ей не друг… пока. Над этим придется поработать. Дилан поднял палец.

– Еще один вопрос. Ты умеешь водить?

Она взглянула на него из-под ресниц длиной в целую милю.

– Ты серьезно?

– Это справедливый вопрос. Моя жизнь в твоих руках.

Джой побледнела.

– Я вожу с восьми лет.

Выражение лица Дилана сменилось на нерешительное.

– Даже не знаю, пугаться мне, завидовать или восхищаться.

– Все сразу, – сухо сказала она. – Я провела много времени на ферме у дедушки, управляла трактором и старым грузовиком. Еще вопросы есть?

Дилан жестами показал, что запирает рот на замок и выбрасывает ключ.

– Тогда ладно. – Она вырулила с парковки и выехала на шоссе, ведущее на восток, в сторону Флагстаффа.

– Прости за резкость, – сказала она примерно через четверть мили. – Просто… – Она пожала плечами. – Я не люблю говорить о ней.

– Да ладно, я понимаю. Мы едва знакомы. Ты мне ничего не должна, тем более не должна извиняться.

– Благодарю за понимание.

Он успел понять больше, чем она думала. Дилан работал в индустрии, где крошечный обрывок личной жизни мог взорвать прессу и вызвать шквал слухов. Он был очень разборчив в том, чем можно делиться и с кем. Поэтому и решил более не выказывать любопытства – какой бы заманчивой ни казалась мысль написать песню о новой знакомой.

Чтобы освежиться, Дилан протянул ладони к вентиляционным решеткам на приборной панели. Джой включила кондиционер и подняла верх. Ехать по шестьдесят шестому шоссе с поднятым верхом представлялось ему святотатством, но жаловаться он не собирался. Было жарко, и он изнывал от желания помыться. Оставалось надеяться, что в баре, где запланировано вечернее выступление, будет возможность принять душ.

– Ты профессиональный музыкант? – спросила Джой.

– Скорее сочинитель песен, но да, в каком-то смысле, полагаю. Как ты узнала?

– Если не считать гитары на заднем сиденье? Ты упоминал о вечернем выступлении, и у тебя не рядовой вокал.

– Спасибо. – Он едва заметно улыбнулся. Дилан мог бы целый день слушать ее комплименты. Он был бы не прочь тоже ее послушать. И готов был поспорить на целую пачку синих гитарных медиаторов «Скример», что у нее замечательный голос.

– А как насчет тебя? Ты поешь?