Кэрри Лейтон – Темнота моей души (страница 9)

Я скрестила руки на груди, словно ребенок, и выпрямилась, неожиданно разозлившись. И мне хотелось разозлиться еще больше, но мешали эти идиотские бабочки в животе.

Я всегда нравилась Томасу.

– Я поняла, что ты сказал, не нужно уточнять. И я не плачу, просто не ожидала услышать подобного. Я никогда не замечала этого.

– Я не давал тебе шанса.

Мы въехали на парковку кампуса и остановились.

Я повернулась к Томасу и нахмурилась.

– Не понимаю только одного. Если ты решил ходить на философию, потому что я тебе нравилась, почему в то утро вел себя, как козел? Ты был надменным, невоспитанным и невыносимым. Испортил мне всю лекцию.

– Мне нравилось дразнить тебя, ты злилась по любому поводу, – с хитрой улыбкой ответил Томас, достав ключ из замка зажигания. – А еще меня раздражало твое высокомерное и осуждающее поведение лучшей в группе.

– Я… я н-не осуждающая, – возразила я, не совсем уверенная в своих словах. Томас покосился на меня, словно отрицая это.

Он собирался открыть дверь и выйти, но я схватила его за руку. Нельзя сбросить бомбу и продолжать вести себя как ни в чем не бывало.

Я посмотрела ему в глаза.

– Это правда? – Я нервно прикусила губу, прежде чем продолжить. – Я… я всегда тебе нравилась? – пробормотала я, почти стыдясь себя за то, что нуждалась в подтверждении.

Томас придвинулся ко мне и потерся о мой нос своим. Я уставилась в его гипнотизирующие, но непостижимые глаза. Горячее дыхание защекотало мою кожу, и я почувствовала, что могла так легко утонуть в Томасе, что почти испугалась этого. Я нервно сглотнула и уже почти отвела взгляд первой, когда он улыбнулся и прошептал перед тем, как поцеловать:

– Всегда.

Глава 4

Три удара в окно машины заставили меня вздрогнуть.

Обернувшись, я увидела Тиффани. Она стояла, пригнувшись, и на ее лице застыла фальшивая улыбка. Медная копна волос рассыпалась по плечам, и аромат цветочного парфюма заполнил салон машины через наполовину опущенное стекло.

– Вы двое хуже американских горок, – воскликнула она, шумно вздохнув. С этим не поспоришь: еще вчера я позвонила ей глубокой ночью, была в отчаянии из-за Томаса, и вот мы сидим в машине и обнимаемся, как два подростка, у которых бушуют гормоны.

– Скройся, Коллинз. Мне нужно поговорить с Несс, – без лишних церемоний заявила Тиффани.

Я хмуро всмотрелась в напряженные черты ее красивого личика.

Тиффани открыла дверцу машины и схватила меня за руку. Смирившись, Томас тряхнул головой, взял спортивную сумку и вышел.

Прежде чем уйти, он поставил машину на сигнализацию, поднес сигарету ко рту и с хитрой улыбкой кивнул мне на прощание. В ответ у меня вспыхнули щеки.

– Что случилось? Ты какая-то нервная, – сказала я, когда мы остались одни. Я заметила, что Тиффани кусала губы. – Ну? – взволнованно спросила я.

Подруга схватила меня за плечи и с полуистеричным смехом воскликнула:

– Я переезжаю к тебе!

Я недоуменно уставилась на нее.

– Прости, что?

– Не делай такое лицо. Я отличная соседка: опрятная и собранная, готова оплачивать счета. К тому же твоя мать меня обожает. Будет здорово, вот увидишь! – Тиффани шутливо толкнула меня локтем, пока я растерянно глазела на нее.

– Тифф, о чем ты говоришь? Почему ты вдруг захотела жить у меня?

– Просто родители решили испортить мне жизнь.

– Что случилось?

Тиффани вздохнула и понурила плечи.

– Уже много дней подряд отец талдычит, что скоро мне предстоит управлять семейной компанией вместе с ним. Сегодня утром он предложил мне поехать с ним в командировку на следующих выходных.

– Что? Как же так, он ведь знает о твоих планах на будущее!

Тиффани нервно кивнула.

– Вот именно, но, похоже, для моего отца это слабый аргумент. С тех пор, как Трэвис выбыл из игры, он решил обучить свою единственную дочь, чтобы после его смерти семейная финансовая империя не рухнула! Я сказала отцу, что не намерена работать в компании, но он завел знакомый разговор о духе семьи, ответственности, долге, бла-бла-бла. «Ты последняя в роду Бейкеров», сказал он. «Носить эту фамилию – огромная честь», – Тиффани понизила голос, подражая голосу отца. – Знаешь, что это означает? Что моя жизнь кончена. Никаких больше вечеринок, никаких праздников и развлечений. Ни-че-го. Только учеба и работа. Работа, которую я не выбирала и которая мне не нравится! – воскликнула Тиффани. Студенты, проходившие мимо, удивленно уставились на нас, и я натянуто улыбнулась.

Обняв подругу за плечи, я повела ее к ближайшей скамейке.

– Хорошо, теперь сделай глубокий вдох и постарайся успокоиться, – сказала я, как только мы сели.

– Как я могу успокоиться? – взвизгнула Тиффани. – Боже, я учусь на криминалиста. Я не хочу провести остаток жизни в офисе, подписывая контракты!

Я придвинулась к подруге и крепко обняла, пытаясь утешить, потому что знала: сейчас она хотела именно этого. Не чувствовать себя одинокой и беспомощной, как я.

– Если бы я только могла помочь тебе, – сказала я, погладив ее по волосам. – Просто… у меня больше нет дома.

Тиффани резко отстранилась и уставилась на меня.

– В смысле?

Я набрала побольше воздуха в легкие, пытаясь подобрать слова, чтобы объяснить случившееся. После долгого молчания я наконец заговорила:

– Мне самой сложно поверить, но прошлой ночью, после нашего телефонного разговора, я поссорилась с мамой.

– Ну, ничего нового.

– Да, но на этот раз все иначе. Я наговорила ей кучу гадостей, заявила, что все проблемы в нашей жизни из-за нее. Что она была ужасной женой, ужасной матерью и… Через секунду я осталась одна на крыльце, без дома.

От изумления у Тиффани отвисла челюсть.

– Это невозможно.

Я молча кивнула, одернув футболку.

– Как вы до этого дошли? Из-за чего вы поссорились?

– Из-за Томаса, – призналась я после секундного колебания. У Тиффани чуть глаза на лоб не полезли. – Но не только, – поспешно добавила я. – Виктор переехал к нам, а она даже не удосужилась предупредить меня. Просто приняла решение, поставила перед фактом и потребовала, чтобы я согласилась. Ее даже не волновало, как я восприму появление другого мужчины в доме.

– Боже… Не могу поверить, что ныла со своей дурацкой драмой, когда с тобой произошло такое. – Тиффани ласково дотронулась до моего плеча в знак утешения. – Где ты переночевала? Почему не позвонила мне?

– Я была так потрясена, что ничего не соображала. Потом приехал Томас. Я рассказала обо всем, и он отвез меня в свое общежитие. Но я не могу жить с ним. Его сосед против, а отдельную комнату я не потяну.

– Мне так жаль, – прошептала Тиффани, обняв меня. – У меня дома сейчас не лучшая обстановка, но мы с удовольствием тебя примем.

– Спасибо, Тифф, – благодарно произнесла я. – Но вряд ли это хорошая идея. Трэвис только что поступил в военное училище, отец давит на тебя… Боюсь, я буду лишней.

– Даже не переживай. – Тиффани отстранилась и серьезно посмотрела мне в глаза. – Мы всегда тебе рады.

Как бы мне ни хотелось отказаться, ее предложение было очень кстати.

Я протяжно вздохнула и кивнула, утомленная событиями последнего дня.

– Вот увидишь, все наладится, – приободрила меня Тиффани, погладив по плечу. – Ты уже взяла учебники и одежду?

– Я начала собирать коробки, но не успела закончить, – ответила я.

– Я отвезу тебя домой завтра утром перед занятиями, когда твоя мать уже будет в офисе, хорошо? А пока что можешь переодеться во что-нибудь мое. Наконец-то будет повод обновить твой бабулин стиль. Томас мне спасибо скажет. – Тиффани подпрыгнула, словно ей в голову пришла очень важная мысль. – Подожди, но при чем здесь вообще он?

Я нехотя подняла голову, сцепив пальцы. У меня взмокли ладони.

– Моя мать не хочет, чтобы я общалась с ним. Я не хочу, чтобы она контролировала мою жизнь. Я совершенно ясно сказала ей об этом, и она поставила меня перед выбором. Я выбрала Томаса.

Шокированное лицо подруги говорило само за себя.