Кэрри Гринберг – Когда начинается смерть (страница 33)
Отражение коротко кивнуло. Ложка собралась вновь что-то поведать, но ее спугнул шум с нижнего этажа. Судя по доносившимся оттуда голосам, это вернулись Фрэнк и Ав… то есть Корделия.
— Ну я тебе покажу, безобидное домашнее привидение, — прошипела Виктория сквозь зубы и уже более спокойно обратилась к зеркалу. — Подожди, пожалуйста, и никуда не уходи. Мы эту тварь сейчас же заставим тебе тело вернуть. Пошли, Мэйси!
Девочка решительно направилась вслед за вампиршей, лишь на мгновение задержавшись возле камина, чтобы захватить кочергу. Кто знает, как сложится разговор с бывшим привидением, и какие аргументы придется использовать.
— Мне помогли, — вздохнула Виктория. Это вышло у нее так естественно, словно она действительно дышала.
Остановившись напротив зеркала, она предпочла разговаривать с ним, чем с Саймоном. Ее отражение до сих пор казалось Виктории маленьким чудом, в которое было сложно поверить. Хоть она и видела его вот уже почти сто лет, и все это время оно ей весьма нравилось.
— Кто же? — подтолкнул ее к мысли Саймон, видя, что вампирша глубоко ушла в свои мысли.
— О, ты вряд ли ее знаешь. Я сама ее едва ли знаю, я видела ее один раз — тогда. Она появилась как волшебная фея-крестная из сказки и пообещала исполнить мои желания. Мне же нужно было всего лишь пообещать ей — и то в далеком-далеком будущем, о котором я тогда даже не думала. Конечно, это была довольна необычная фея-крестная, но на некоторые странности с легкостью закрываешь глаза.
— Она? — Саймон начинал догадываться, кем могла быть эта загадочная «она», и эта догадка ему совсем не нравилась. — Колдунья?
— Кто?
— Ну та странная дамочка в черном, выглядевшая как оживший труп! Из-за которой я попал сюда. Неужели не помнишь?
— Не помню, — пожала она плечами. — Я же говорила тебе, что то прошлое, в котором жила я, отличается от того, что стало… что было… что есть… Проклятое согласование времен! В общем, отличается от того времени, из которого пришел ты. Временная петля, как угодно называй, об этом столько фильмов снято! В том прошлом ты никуда не пропадал.
— Ну хорошо, ладно. Пусть ты увидела ее впервые, но я готов поспорить, что это была Колдунья, — не отступал Саймон. — И что же она сказала?
— Знаешь, это было так неожиданно… Я сейчас начинаю вспоминать некоторые подробности, на которые до этого не обращала внимания.
Эта женщина появилась ниоткуда. Я даже не помню сейчас, видела ли я ее в действительности, или это был плод моего воображения. Но я точно помню, что она говорила со мной. Мне казалось, что она единственная, кто может говорить со мной о бессмертии, понимая, что это. Люди этого не понимают. А она была словно и человеком, и не совсем им. Как будто тень, намек на настоящего человека.
Женщина никак не представилась, но знала откуда-то все про меня. И про то, что я была вампиром. И про то, что мы…
— Что мы?
— Ничего. Это твое прошлое — то есть будущее. Которого, быть может, уже и не будет. К тому времени, как я встретила эту женщину — вернее, она встретила меня, — прошло уже немало времени. Это была заря нового века, и наши дороги давно разошлись: мне оставалось только с грустью вспоминать то время, когда все мы были вместе. В общем, та женщина появилась очень вовремя. Она знала, чего я хотела больше всего на свете…
— Вернуть своих старых друзей?
— О… Какой хороший вариант! Какого черта я тогда о нем не подумала? Но нет, я сказала, что хотела бы стать человеком вновь.
«Нет, я, конечно, все понимаю, но может быть начнем с чего-нибудь попроще? Например, с новой сумочки», — скептически произнесла моя собеседница.
«Кто ты такая, фея-крестная? И почему вдруг хочешь мне помочь?» — спросила я недоверчиво.
«Потому что я добрая и сочувствующая, — пожала та плечами. — И я действительно могу помочь. Хочешь выходить днем на улицу? Не то, что бы это было совсем безболезненно, но я подарю тебе красивую шляпку. Или… еще лучше. Разве не хочет такая красивая девушка, как ты, видеть свое отражение в зеркале? Тогда, может быть, у тебя и помаду получится ровнее накладывать».
С этими словами жестом фокусника она достала небольшое ручное зеркало и протянула его мне. Дрожащими руками я схватила его… и едва не вскрикнула: на меня действительно смотрела я. Не очень хорошо причесанная, да и помада действительно смотрелась ужасно, но все же это была я!
«Но как это возможно?»
«Довольно просто, не буду вдаваться в технические подробности. Но теперь ты мне веришь, и это главное. Добавим еще пару мелочей? Солнце не будет тебя убивать, и при желании ты сможешь покинуть дом днем. Что еще? О, как насчет человеческой еды? Только не говори, что все эти сорок лет ты не мечтала попробовать что-нибудь, кроме крови».
Мне не требовалось отвечать, «ДА!!!» в моих глазах и так читалось слишком явно.
«Но в чем подвох?» — задала я вопрос, мучавший меня с самого начала разговора.
«Мне нужна лишь символическая плата за мою услугу. Для тебя это — сущая мелочь, а мне приятно будет».
«Что же?»
«Это будет нескоро, в 2007 году»
«Когда? Это же будет через сто лет! — воскликнула я. — Да кто знает, что тогда будет, может и меня уже не станет, может, конец света наступит, его в 2000 обещали. И вообще, как я могу обещать сделать что-то, что будет через сто лет… А что надо-то?»
«Ничего сложного, — усмехнулась женщина. — У меня для тебя два маленьких, но очень ответственных задания. К 15 сентября 2007 году ты должна оказаться в Лос-Анжелесе — и не спрашивай, где это, в свое время узнаешь. В 17.43 ты подъедешь на машине к „Саузерн Хай“…»
«Подожди, не так быстро!»
«Я тебе памятку напишу, не волнуйся. Итак, в 17.44 из школы выйдет девочка — в это время оттуда выйдет всего одна девочка, ты не перепутаешь. Все, что тебе нужно сделать, это задавить ее машиной: насмерть или нет — неважно. Можешь выстрелить из пистолета или еще что, в общем-то, это не принципиально, но машина была бы предпочтительней. Потом…»
«Задавить ребенка?» — переспросила я. Конечно, я убивала до этого, и ни раз, но делала это исключительно в гастрономических целях. Предложение моей доброй феи было странным, но не настолько, чтобы от него отказаться.
«Проблемы?»
«Никаких, — я вновь взглянула на свое отражение и расставила приоритеты. — Это все?»
«Нет, я же сказала —
«Еще одного? Может, тебе киллера нанять? Хорошо, хорошо, нет проблем. Этого-то я как узнаю?»
«Его ты узнаешь сразу, как только увидишь. Ты
— Конечно, я тогда очень удивилась, — продолжала Виктория свой рассказ, изо всех сил не глядя на Саймона. — А она даже не объяснила, как ты попадешь в будущее. Просто сказала сделать это, иначе…
— Иначе? — переспросил Саймон.
— Не знаю. Она не сказала. Это было условие — принцесса получает карету, но в полночь она превращается в тыкву. Принцесса получает отражение, но для этого она должна убить Саймона.
— О, как мило!
— Но я не смогла. И не смогу теперь уже никогда, — печально продолжила Виктория. — И теперь… Я не знаю, что делать. Может быть, я оставлю тебя жить тут в ЛА, а моя добрая фея так и не узнает, что с тобой стало. Какая разница — убила я тебя или нет, если назад ты уже не вернешься?
— Ну уж нет, прелесть моя, так не пойдет! — Саймон попытался поймать ее взгляд, но тот упорно не ловился, блуждая по стене и полу. — Я весьма ценю твою честность, но, по правде… я не ожидал такого от тебя. Даже от тебя.
— Извини.
— Ах, неважно, — махнул он рукой. — Спасибо хоть, что предупредила. Но, надеюсь, ты не думаешь, что я брошу все — и в том числе свое прошлое, и останусь здесь?
— Ну, я по крайней мере попыталась. Значит, ты хочешь вернуться? — безнадежно произнесла она.
— Да. Только один вопрос: что будет с тобой, ты об этом думала?
— Думала. Даже слишком много. И поняла, что я понятия не имею, что будет.
Глава 14
— Ты ничего не хочешь нам рассказать, Корделия? — Виктория в сопровождении Мэйси высились на лестнице двумя суровыми судьями.
— Хочет, — кивнул Фрэнк, придерживая ее за плечи.
— О, ты уже знаешь? Значит, дело было не только во вкусных тортиках?
— Виктория, я был о тебе лучшего мнения — перепутать свою лучшую подругу с этой милой, но совершенно не похожей на нее девушкой?
— Ребята, не хочу вас отвлекать, но у нас есть дело, — перебила их Мэйси, сколь возможно уничижающее смерив Корделию взглядом. — И имей в виду, что если ты решишь сопротивляться…
— Не решит. Правда, Корделия? — ласково поинтересовался Фрэнк.
Девушка в теле Августы покорно кивнула. Она вообще выглядела на удивление притихшей и поникшей, что заставило вооруженную кочергой армию временно приостановить военные действия.
— Правда, — неуверенно пробормотала она. — Я пришла признаться, но вы и так уже все поняли. И… я готова помочь! Потому что я единственная, кто знает, что делать.
— То есть ты поможешь нам вернуть Саймона? — Виктория.
— Вернуть меня? — вторила ей Мэйси.