Кэролайн Пекхам – Клуб смерти (страница 59)

— Ты доверяешь мне, chica loca? — С любопытством спросил я ее, гадая, действительно ли я поймал ее в свои сети или это она заманила меня в свои.

— Я думаю, смерть от твоей руки была бы лучше, чем многие другие, которые я могла бы заслужить, — ответила она, все еще наблюдая за мной, ожидая, подчиняясь.

Я упивался ее видом, задаваясь вопросом, действительно ли она была такой очаровательной, какой казалась, или я просто стал жертвой какой-то более серьезной ловушки, какого-то трюка, который я не мог разглядеть. Хотя, возможно, цена, которую мне придется заплатить, чтобы это выяснить, будет того стоить.

Собрав всю силу воли, я убрал отвертку от ее тела и встал, протягивая ей руку, возвышаясь над ней.

Она взяла ее, и я поднял ее, гадая, как нечто столь маленькое и легкое может быть настолько полно жизни и энергии, что она полностью пленила меня. Почему она доверяла мне сейчас? Она действительно понятия не имела, насколько я чертовски опасен, насколько я не мог не быть опасным, или же какая-то часть ее догадывалась об этом, но хотела узнать больше? Она определенно пробуждала во мне темную сторону, так что, возможно, мне следовало задуматься о ее темной стороне.

Но если бы она заглянула в мою голову и увидела все те грязные и развратные вещи, которые я до боли хотел с ней сделать, было бы ей все еще любопытно? Возбудит ли ее это так, что она уступит мне, или это заставит ее кричать при мысли о том, что я трахаю ее так жестоко, что она не знает, хочет ли она умолять меня остановиться или умолять продолжать вечно?

Я опустил взгляд на отвертку в своей руке и заставил себя сосредоточиться. Это был мой шанс, единственная возможность, на которую я надеялся каждое мгновение каждого месяца, пока меня держали здесь в плену.

Я собирался воспользоваться им в полной мере, освободиться, сбежать отсюда и убить того ублюдка наверху так жестоко, как только смогу. И когда это будет сделано и демон во мне будет купаться в его крови, пока не утонет, я возьму мою маленькую дикарку и подчиню ее своей воле. Я разрисую ее его кровью и позволю ей почувствовать всю силу монстра во мне, когда я верну себе свою жизнь и сразу же заявлю права на ее тело.

Ошейник был закреплен на моем горле висячим замком, и мне понадобился бы болторез, чтобы снять его, но вот цепь я мог забрать с собой.

Я подошел к стене, мое сердце бешено колотилось от адреналина, когда я представил все способы, которыми мечтал убить этого ублюдка наверху. Я хотел сделать это медленно, но и быстро тоже сойдет. Важно было только то, что в конце я буду держать его отрубленную голову в руках и смотреть в его мертвые глаза, зная, что я победил.

Te debo un año de dolor, hijo de puta. Я должен тебе год боли, ублюдок.

Четыре болта, которые были вкручены в стену, чтобы удержать меня, оказалось на удивление легко снять с помощью подходящего инструмента, и мрачная улыбка появилась на моих губах, когда крепление отделилось от кирпичной кладки и с громким лязгом упало на пол.

Я замер, прислушиваясь к каким-либо признакам того, что Найл это услышал, прежде чем немного расслабиться и поднять его.

Mi sol последовала за мной, когда дальше я подошел к двери клетки, посмотрев на висячий замок, который удерживал нас здесь, а затем вставил в него отвертку. Предполагалось, что цепь удержит меня на расстоянии от двери, поэтому замок не был массивным, и я был совершенно уверен, что с помощью правильного рычага смогу его сломать.

Я обмотал конец цепи вокруг ручки отвертки, а затем отступил назад и потянул, с рычанием решимости заставляя замок поддаться, напрягая мышцы.

Висячий замок сломался с грохотом и так внезапно, что я чуть не упал, но руки девушки легли мне на спину, чтобы поддержать меня, а затем она запрыгала вверх-вниз, возбужденно хлопая в ладоши.

— Ты сделал это, Мертвец! — воскликнула она, запрыгнув на меня и обвив руками и ногами, прежде чем ее губы коснулись моей щеки в поцелуе, который разжег огонь в моих венах.

Я схватил ее за задницу, удерживая в таком положении, прижал к прутьям клетки и вгляделся в ее сияющие глаза, пытаясь прочесть в них правду.

— Я собираюсь убить его, — прорычал я. — Я собираюсь уничтожить его и обагрить его кровью твою прелестную плоть.

Она медленно облизнула губы, долго колеблясь, а затем кивнула головой.

— Заставь его заплатить за плохие времена, Мертвец.

— Y luego te destruiré y descubriré cuánto puedes tomar. — А потом я уничтожу тебя и выясню, сколько ты сможешь выдержать.

Она улыбнулась, как будто прекрасно все поняла, и я опустил ее на пол, прежде чем взять цепь в руки и направиться в подвал.

Не теряя времени, я крадучись пошел вверх по лестнице, занимая лучшую позицию, какую только мог найти, на случай, если Найл решит вернуться. Замки на двери были слишком крепкими, чтобы я мог их взломать, не предупредив его, а я не хотел терять элемент неожиданности.

Девушка не последовала за мной сразу, и когда я оглянулся вниз по лестнице, я увидел, что она повернулась ко мне спиной, снимая с себя одежду и надевая другую.

Я наблюдал за ней, любуясь изгибами ее тела и давая волю своим фантазиям, представляя все, что хотел бы с ней сделать, как только у меня появится время, чтобы насладиться ей.

Из его пленницы она превратится в мою, и я надеялся, что она даже не заметит этого. Если я смогу очаровать ее, то смогу удержать ее без цепей и клеток, но если нет… ну, я был уверен, что что-нибудь придумаю. Потому что, знала она об этом или нет, она уже была моей. Она принадлежала мне так же, как и мое собственное тело, и когда я закончу заявлять на нее права, она больше никогда не сможет это отрицать.

Однако я не мог торопиться. Мне нужно было быть уверенным, что я смогу контролировать себя. Нужно было быть уверенным, что я не потеряюсь в ужасах, которые преследовали меня, и не уничтожу это маленькое создание раньше времени.

Шум за дверью заставил меня замереть, волосы у меня на затылке встали дыбом, и я сжал отвертку в одной руке, а цепь в другой.

Я медленно вдохнул, наполняя легкие запахом охоты. Порой я был уверен, что действительно чую свою добычу — стоило мне нацелиться на жертву, как сама ее сущность словно взывала ко мне, притягивая все ближе к финальному акту. В прошлой жизни я был ликвидатором. Лучшим из лучших. Иногда я убирал за другими, но часто мне приходилось и убивать. И, черт возьми, я был чертовски хорош в своем деле.

Пока я ждал, девушка прокралась вверх по лестнице позади меня, и я взглянул на нее, обнаружив, что она одета в светлый джинсовый комбинезон, разрисованный яркими мультяшными картинками. На ней был неоново-оранжевый кружевной бюстгальтер и такие же трусики, которые были отчетливо видны из-под джинсовой вставки спереди. Она собрала волосы в два пучка по бокам головы и надела на макушку ободок с черными кошачьими ушками. Она улыбнулась мне своими накрашенными бордовой помадой губами, и я улыбнулся в ответ так, что, был почти уверен, что стало ясно, как сильно я хочу снять с нее все это.

— Тебе нравится? — прошептала она, помахав передо мной ногой в белом кроссовке на платформе, пока я ее разглядывал. — Я подумала, что побег заслуживает особого наряда.

Звук открываемой двери раздался прежде, чем я успел ответить, и мы замерли в полной тишине, ожидая в темноте лестничного пролета, когда Найл попадется в нашу ловушку.

Дрожь предвкушения пробежала по моей спине, и я приготовился к схватке, крепко сжимая отвертку, пока засовы отодвигались и замок, наконец, щелкнул.

Найл широко распахнул дверь, и я прыгнул на него с яростным ревом.

Мы с грохотом упали обратно в коридор, и он выругался, а я со всей силы опустил руку вниз, направляя отвертку к его почерневшему сердцу.

Найл свирепо зарычал, скрестив запястья на груди, тем самым блокируя мой удар, в тот самый момент когда мое предплечье столкнулось с ними.

Я отскочил назад, вместо этого попытавшись нанести удар ему в бок, как раз в тот момент, когда его кулак врезался мне в челюсть, и моя голова дернулась влево.

Отвертка задела его ребра, но прежде чем я успел вонзить ее между ними, он просунул колено между нами и сбил меня с ног, отшвырнув в сторону кухни.

Мы оба мгновенно вскочили на ноги, а девушка проскочила между нами, не останавливаясь ни на мгновение, просто пронеслась мимо, направляясь к двери.

— Я ставлю на иностранца! — крикнула она через плечо, и я прищурился, глядя на Найла, который громко рассмеялся, прежде чем снова броситься на меня.

Он был жестоким, таким же крупным, как я, и, возможно, даже лучше обученным, но у меня было оружие, и я собирался использовать его в своих интересах.

Я увернулся от него, взмахнув цепью, которая все еще висела у меня на шее, и ударил его сбоку по голове тяжелым болтом, прикрепленным к ее концу.

Хлынула кровь, и я зарычал, снова бросаясь на него, пока он был ошеломлен ударом, но, конечно, он не собирался сдаваться так легко.

— Ты гребаный предатель, Колин! — крикнул он, и мне потребовалось мгновение, чтобы понять, что он обращается к чертовой цепи, прежде чем он врезался в меня, схватил за нее и сильно дернул.

Мой удар сошел с курса и прошел мимо, дав ему возможность врезать мне кулаком в нос.

Мы снова упали на пол, сцепившись, как животные, пока я пытался пырнуть его снова и снова, а ему удавалось уклоняться от каждого моего смертельного удара.