Кэролайн Пекхам – Дикий волк (страница 5)

Я посмотрела на своего большого кузена Штормового Дракона, уловив садистский блеск в его глазах, затем взяла яблоко из переполненной миски в центре стола и опустилась в кресло напротив Итана, чтобы посмотреть на шоу.

— Я слышал, ты решил образовать пару с моей маленькой Розой, пока был в этой дыре, Лунный, — сказал Данте, сцепив пальцы на столе, наклонившись, чтобы получше рассмотреть Итана. — Скажи мне, судьба прошептала тебе на ухо ее имя, как только ты положил на нее глаз?

Итан взглянул на меня, но я ничего не ответила. Если он не мог сразиться с большим плохим Штормовым Драконом, значит, он не заслуживал места в этой семье, будь он Лунной парой или нет.

— Что-то вроде того, — увильнул от ответа Итан.

Молчание затянулось: дети хихикали и дергали Итана за рубашку в поисках новых чернил.

Данте резко свистнул, и дети разбежались, визжа и завывая на бегу, подзывая других детей, которые, несомненно, затаились в ближайших комнатах и ждали, чтобы узнать все, что те обнаружили о новоприбывшем.

— Послушай, я не знаю, что Розали рассказала тебе о том, как все это произошло, — сказал Итан, снова бросив на меня взгляд, но я лишь безучастно смотрела в ответ. Меня и так больше волновали другие, более важные вещи, чем то, как он там выясняет отношения с Данте.

— Не делай никаких предположений. Но я бы все равно не советовал врать, — промурлыкал Данте, как bastardo, и мои губы чуть не дернулись в улыбке, но сердце болело слишком сильно для этого.

— А где остальные? — спросила я, ожидая, что их всех проведут в эту комнату — сердце дома и все такое, — но их не было видно.

— Давай сначала займемся Лунным, а? — предложил Данте, я закатила глаза, но махнула рукой, показывая, что с этим пора заканчивать.

Я снова вгрызлась в яблоко, сок перекатывался на языке, но я ничего не чувствовала.

Итан выдохнул.

— Ладно, скажу прямо — я облажался. Когда мы с Розали впервые встретились, я понял, что хочу ее. Тогда же следовало понять, что это больше, чем просто желание. Она была моей судьбой, явленной мне во всей красе. Она была прекрасна — очевидно — но не в этом дело. Ее душа — это как пылающее зеркало для моей собственной. Я никогда не встречал никого столь сильного, как она, духом и разумом. Она притянула меня, как рыбу на крючок, и как только она меня зацепила, я уже не мог отрицать, что принадлежу ей безраздельно. Но…

— Но? — мрачно спросил Данте, и да, возможно, я передала ему немного «но», и, может быть, он уже выглядел очень взбешенным. Итану придется привыкнуть к этому, если он собирается стать Оскура.

— Как я уже сказал, я облажался, — сказал Итан на длинном вдохе. — Я… ну, я могу рассказать тебе обо всем, если нужно, но все сводится к тому, что я подвел ее. Я не сделал шаг вперед. Попытался скрыть, кем мы были… являемся. Если честно, это была гребаная трусость. Я знал, что, если я заявлю на нее права, это будет означать конец моей стаи, моего правления, и хотя я должен был быстрее понять, что она будет стоить всего, что я потеряю, заявив на нее права, в десятикратном размере, мне потребовалось слишком много времени, чтобы смириться с этой истиной. Полагаю, я упустил шанс заполучить ее в свои руки, но когда Роза образовала пару с Роари тоже, я понял, что не все еще испортил. Он… я… мы не похожи, но теперь он — моя стая. Мы втроем надолго, и я буду тратить каждый день, который мне посчастливится называть это потрясающее создание, сидящее за столом напротив меня, своей, чтобы исправить то, как я подвел ее в самом начале. Я буду достоин ее. Клянусь. И если ты питаешь ко мне ненависть из-за того дерьма, которое произошло между нами тогда, в Академии Авроры…

— Подожди, — нахмурившись, сказал Данте, глядя на Итана, и в воздухе вокруг него затрещало электричество. — Какое дерьмо в Авроре? Я не ходил с тобой на учебу, stronzo.

Итан сузил глаза на Данте, а затем бросил на меня обвиняющий взгляд.

— Ты сказала ему это, чтобы поддеть меня?

Я фыркнула.

— Нет. Ты явно не произвел особого впечатления. Я же говорила, что он не вспомнит какого-то выскочку-лунного десятилетней давности.

— Я был не просто случайным Лунным — я был вторым Райдера Дракониса, — твердо сказал Итан, подняв подбородок и посмотрев на Данте так, словно это было все, что нужно, чтобы оживить его память. — Тогда у меня не было столько чернил, — добавил он, когда Данте с таким же непониманием посмотрел на него.

— Вторым Райдером была Скарлетт Тайд. Ты — не она.

— Нет, — сказал Итан. — Ну… да, но тоже нет. Я был его секундантом в академии после того, как случилось все это дерьмо с Брайсом. Ты должен помнить меня. У нас были все эти стычки. Я как бы предполагал, что ты захочешь надрать мне задницу за то, что я даже взглянул на твою кузину — не то чтобы ты мог, но…

Раскатистый смех заставил меня вздрогнуть так сильно, что я чуть не уронила яблоко, и я вскинула голову, глядя на одну из балок, перекинутых через крышу кухни, где теперь висел вверх ногами Син, ухмыляясь нам.

— Все в порядке, котик. Никто не возражает, что ты был никем во времена учебы, — промурлыкал он, подмигнув Итану.

— Я не был гребаным не….

— Лимончик? — предложил Син, доставая из кармана ярко-желтый фрукт и протягивая его мне.

— Какого черта ты там делаешь? — спросила я, принимая лимон, потому что поняла: если Син Уайлдер предлагает тебе лимон, ты просто берешь его и не задаешь вопросов.

— Прячусь. — Син прижал палец к губам, но тут из дверного проема раздался вопль восторга: в комнату влетела целая стая щенков.

Син уменьшился так быстро, словно исчез совсем. Легкий вес приземлился мне на плечо, а затем крошечное хихиканье дало мне знать, где он находится. Его крошечные ножки прошлись по моему плечу, после чего он использовал прядь моих волос в качестве каната и запустил себя на стол.

Я смотрела, как он мчится к окну, прыгая в него с разбегу и снова сдвигаясь, превращаясь в женщину, покрытую рыжим мехом, словно кошка. Он дико размахивал длинным хвостом, и в тот же миг исчез в открытом окне.

Все щенки закричали и завыли от восторга, большинство из них повернулись и бросились к различным дверям, чтобы выбраться наружу и погнаться за ним, а парочка вылетела из окна головой вперед, едва не сбив огромную вазу с полевыми цветами.

Габриэль вышел из-за окна, поймал вазу, прежде чем она успела упасть, и одарил меня знающей улыбкой, которая говорила о том, что он это предвидел.

— Ты внесла хаос в будущее нашей семьи, приведя его к нам, — сказал он, глядя вслед Сину, который теперь мчался по краю бассейна, смеясь от души, а за ним гналась стая щенков.

— О, я знаю, — согласилась я.

— Суть в том, — твердо сказал Итан, привлекая внимание всех присутствующих к себе. — Розали — моя пара, и я никуда не собираюсь уходить. Так что если это будет проблемой, то мы должны решить ее сейчас.

Он поднялся на ноги, мускулы вздулись, челюсть сжалась, он смотрел на Штормового Дракона так, словно делал это каждый вторник. Надо признать, Альфа-мудак ему очень шел, хотя я все еще злилась на него за то, что он помог притащить меня сюда и бросить Роари.

В воздухе витало напряжение, молнии Данте трещали всюду, заставляя меня материть его, так как я снова вгрызлась в свое яблоко и получила укол в язык.

— Хорошо, — наконец сказал Данте, опустившись на свое место во главе стола и взяв яблоко из миски для себя. — Добро пожаловать в стаю, Лунный. Я с нетерпением жду, когда ты сможешь не отстать от меня в следующий раз, если мы будем бегать под луной.

Итан моргнул и посмотрел на меня, словно задаваясь вопросом, не является ли это какой-то ловушкой, и я громко вздохнула, махнув рукой в сторону его кресла.

— Садись, stronzo, — сказала я ему. — Теперь ты уже здесь. Я же говорила тебе, что это не больно.

— Да, — согласился Итан, медленно опускаясь на свое место, все еще выглядя неуверенным, хотя на его губах заиграла улыбка. — Думаю, да.

Его взгляд переместился на меня и застыл там, но я откинулась на спинку стула, когда он наклонился вперед на своем, не обращая внимания на руку, которую он протянул мне через стол.

— Мы вернем его, любимая, — сказал Итан низким рыком. — Клянусь всем, чем я являюсь. Мы его не потеряем.

— Может, тебе стоило подумать об этом, когда ты убегал, а не гнался за ним в тюрьме, — едко сказала я.

— Ты же знаешь, у нас не было выбора. Он уже был у них. Если бы мы не убежали, они бы поймали и остальных. И не надо притворяться, что я пошел против него, помогая тебе бежать с нами, потому что это бред, и ты это знаешь. Роари больше всего на свете хотел, чтобы ты выбралась, любимая. Он бы не поблагодарил никого из нас за то, что мы попались вместе с ним. Отсюда мы действительно можем помочь.

Я цокнула языком, пробормотав несколько оскорбительных фраз о его идее на фаэтальском, что лучше для меня, и Данте вздохнул.

— Он прав, lupa, — сказал мне Данте. — Тебе больно, и ты злишься, но если направить злость на людей в этом доме, это ни черта не поможет вытащить Роари, и ты это знаешь.

Я бросила взгляд на кузена, а потом вздохнула.

— Я знаю, — выдавила я из себя. — Я просто… мы были так охренительно близки…

Слезы жгли мне глаза, но я смахнула их. Слезы не могли помочь Роари, но у меня не было других идей. Один раз сбежать из Даркмора было чудом — пытаться вырваться из него дважды было просто невозможно.