реклама
Бургер менюБургер меню

Кэролайн Невилл – Позиция прикосновения (страница 11)

18

Во мне говорили гормоны, привязанность и прочие выдуманные термины.

«Ты просто скучал по ней. Скоро ты снова не вспомнишь её», – твердил мне рассудок, но сейчас я был в отключке, чтобы прислушиваться к нему.

– Я всё равно верю в тебя, Брэндон.

Я решительно взял девушку за руку. Мне хотелось чувствовать её тепло, и плевать, если завтра нам снова придется расстаться.

– Что бы не случилось? – переспросил я, затаив дыхание.

– Что бы не случилось.

Наш странный и глупый лозунг, который звучал роднее всех обещаний.

Глава 6. Одри

Тело дрожало, когда находилось рядом с ним. Оно реагировало на него так, словно увидело его впервые. Мертвые бабочки внизу живота запорхали вальс.

Я надеялась, что чувства к Брэндону постепенно стихали, но сейчас они были переполнены до краёв. Я боялась лишний раз посмотреть на парня, чтобы не выдать себя, но чёрт.

Он стал ещё более мужественным. С годами его атлетичное тело ничуть не растеряло свою форму. Ткань одежды скрывала его груду мышц, но я знала, что там сохранились все рельефы. А в памяти до сих пор застывали картинки с его боёв с оголенным и идеальным торсом.

«Держи себя в руках, Одри!»

Внутри разгорался самый настоящий пожар. Я сгорала от ненависти и желания за прошлое и настоящее. Всё смешалось в кучу, и я уже не могла разобраться.

Если раньше Брэндон читал меня, как открытую книгу, то сейчас следовало усмирить свой пыл, пока он ничего не понял.

Поначалу я была холодна к нему. Придерживалась отработанной тактике – меньше взаимодействия, меньше проблем. Но я не учла только одного. План почти сразу покатился к чертям, когда мы заговорили с ним. Я словно переместилась во времени и, между нами, уже не было той неловкости, что скрывалась за завесой стольких лет.

Старые незнакомцы, которые знали всё друг о друге, снова встретились при самых нелепых обстоятельствах.

Мне было стыдно признаться самой себе, что встреча с родителями отчасти была прикрытием, чтобы увидеть Брэндона. Я собиралась встретиться с ним, чтобы обсудить все недосказанности и навсегда разойтись из жизней друг друга. Я была уверена, что после случившегося всё разрушится, но я не ощущала разворачивавшейся драмы, которую сама себе придумала.

Но что он по-настоящему чувствует ко мне?

Я замечала глупые улыбки родителей, когда они видели нас вместе. Раньше нам приходилось скрываться. Однажды папа даже предупреждал меня, чтобы я не смотрела на Брэндона больше, чем на друга. Только его запреты подогревали во мне сильный интерес. Наша семья всегда держала Картера рядом.

Когда ты беспомощная и хрупкая малышка – всё ощущается иначе. Я считала его своим старшим братом.

Но у взросления были свои планы на меня.

Впервые я посмотрела на него совсем другими глазами в свои четырнадцать. Его прикосновения стали вызывать во мне не заботу, а влечение. Привлекательный парень с большими амбициями. Он знал меня лучше остальных. Когда-то эта стена, между нами, должна была сломаться.

Сейчас мне девятнадцать, но Брэндон всё также старше меня на эти чертовы шесть лет.

Только почему-то эта разница уже не казалась запретом.

Всё выступление я провела в напряжении. Глаза нервно бегали по экрану, а на лице застыла нелепая улыбка. Сердце в груди рвалось в смятениях.

Моё плечо соприкасалось с его. Мы оба сидели неподвижно, словно боялись нарушить эту идиллию.

Но в один момент у Брэндона громко зазвенел телефон. Он явно забыл выключить звук. Люди, сидевшие поодаль, отправили в нас свои недовольные взгляды.

– Прошу прощения, – проговорил он и принялся искать кнопку. На экране высветилось уведомление.

Я не хотела этого делать, но всё же осторожно заглянула в его смартфон и прочитала сообщение.

Как поживает самый угрюмый спортсмен? У меня освободилось окошко в понедельник. Приходи, если будет время и силы. Последнее тебе точно понадобиться. XOXO

Всё внутри сжалось, и я попыталась расслабиться, заерзав на стуле.

«Спокойно. Он ничего тебе не обещал. Не реагируй так, словно ты истеричная стерва».

Спустя полминуты я всё же не выдержала.

– Девушка?

– Подруга, – без тени стеснения ответил Брэндон. Похоже, что его не смутила моя напористость.

– Теперь это так называется, – я издала смешок. – не думала, что такие взрослые люди как ты, отнекиваются настолько расплывчатыми понятиями.

– У нас ничего серьезного.

Я заставила себя приподнять уголки губ.

– Ты можешь ничего не объяснять мне.

Выходит, что они просто спят. Какой нормальный парень не откажется от секса без обязательств с красивой девушкой.

Интересно, какой она была? Успешной, милой, понимающей? Была ли она похожа на меня?

Чем дольше я задавала себе эти вопросы, тем тяжелее становилось на душе.

Все наши разговоры на вечере начинались и прерывались совершенно случайно. Снова повисла неловкая пауза. Мы не знали, как общаться друг с другом.

– Я знаю, что это важно для тебя, – еле слышно произнёс Брэндон. – не стоит беспокоится об этом.

– Хорошо.

Смятение наравне с уязвимостью прошлись по мне током. Между нами никогда не было никаких секретов. Мы делились буквально всем, что взбредет нам в голову. А сейчас не получалось связать и слова друг с другом.

Сеанс плавно подходил к концу. Это был один из тех случаев, когда я пропустила почти всё. Я не запомнила ни главных героев, ни декораций, ни главной мысли, что прослеживалась на протяжении всего фильма. Но я хорошо отпечатала в памяти этот момент после долгой разлуки.

Мы перебросились с Брэндоном ещё парой фраз, а потом он внезапно взял мою ладонь в свою.

Я вздрогнула.

– Не знаю, что на меня нашло. Не хотел тебя напугать, – он собирался расцепить руки, но я сжала их крепче.

– Так лучше.

– Уверена?

Брэндон поднял на меня свой взгляд. На мгновение я застыла, рассматривая его глаза – светлые и янтарные, похожие на солнце.

– Боишься до меня дотронуться?

– Я делал это уже много раз. Так что твоя теория слишком провальна.

Играть в игры в детстве с Брэндоном мне нравилось. Но сейчас любой контекст оставлял снизу покалывания. Тело не слушалось. Оно продолжало существовать отдельно от моей головы.

Внезапно громкая музыка помогла мне отвлечься. Впереди следовали титры. Как и полагалось, на сцену вышла вся команда, которая работала над этим проектом. Надеюсь, что у папы останется запись, чтобы я могла пересмотреть фильм заново.

Зал стихал. Каждый участник говорил своё ответное слово. Обычно оно состояло из благодарностей.

Мама стояла вместе со всеми и переглядываясь, смеялась. Она выделялась среди остальных – красотой, харизмой, стремлением. Мама притягивала к себе. Держала рядом с собой нужных людей и умело справлялась с трудностями.

– Я несу ответственность перед многими людьми, что находятся здесь. Мне сложно сказать обо всём, что творится у меня на душе, потому что я создана быть чем-то большим. И это большее вы видели сегодня. Каждый из вас свидетель моих взлетов и падений. Я также равнялась на многих, чтобы достичь своей цели, но прежде всего нужно верить в самого себя. Не бывает легких путей, есть извилистые дороги, по которым ты ступаешь день ото дня. Если вы чувствуете, что не справляетесь – найдите путника, что сможет стать вам опорой. Некоторые говорят, что лучше справляться в одиночестве. А я верю, что ты по-настоящему становишься счастлив, когда находишь частицу себя в другом человеке. В вашем продолжении. Я люблю свою семью. И выражаю свою благодарность за их поддержку.

Весь зал аплодировал вновь. Глаза заслезились. Предательские капли стекали одна за другой. Это было очень трогательно.

Не дожидаясь восторженных криков, вниз выбежал папа с огромным букетом белых роз.

Их любовь была для меня примером. И как столько искренности и чувств могло умещаться в двух влюбленных сердцах?

После утомительных речей, мы поднялись на террасу, чтобы исполнить самый главный ритуал. Каждый отснятый фильм сопровождался битьём тарелки, исписанной пожеланиями или автографами всей команды.

Мы громко отсчитывали от десяти до одного, и когда осколки стали рассыпаться повсюду, последовали громкие поздравления и фонтаны из шампанского.