Кэролайн Коури – От Стамбула до Парижа (страница 23)

– Видела я, как ты пьешь. Бывало и похлеще.

Вторая фотография: я обвила руками его шею, он – мою талию. Неразрывный зрительный контакт.

– Кажется, это любовь, – сказала Лиз.

– Любовь? – пробормотала я. – Не любовь это.

Лиз пихнула меня в ребра.

– У вас что-то было. Никакой «саламандр Стив» или «жаба Пит» и в подметки моей лучшей подруге не годились.

Прозвища моих парней из университета заставили меня рассмеяться.

– Мне кажется, если ты даже не попробуешь его найти, то потом всю жизнь будешь жалеть, – сказала она.

Я погладила фотографию пальцем, изо всех сил подавляя воспоминания о том, как закончился вечер.

– Я же не могу вот так просто заявиться. Надо хотя бы письмо написать.

– У нас что, двадцатый век на дворе? Найди его в интернете, напиши ему, встретьтесь, займитесь безудержным сексом и… Ну, дальше тебе решать.

– И как же я его найду? Я не знаю его фамилию.

– Демир.

– А ты откуда знаешь?

– Выбила эту информацию из девушки из его университета. Она дала мне студенческий журнал со статьей о программе, по которой он прилетел. Ты знала, что он изучал предпринимательство и управление, а еще брал интенсивный курс английского?

– Нет. Лиз, это ведь был секс на одну ночь…

– Кто тебе это сказал?

– Ну, мы вместе решили.

– Значит, решим иначе. Слушай, это твоя последняя возможность сделать что-то дикое и безбашенное, прежде чем вернуться и быть скучной собой в Лондоне.

Я взглянула на Лиз. Сердце забилось быстрее, внутри забурлило предвкушение. Но хватит ли мне смелости отправиться туда одной, без поддержки лучшей подруги?

Глава двенадцатая

Автобус от станции Халкалы ехал на восток, в район Султанахмет. Я хотела считать остановки, но сразу сбилась, стоило мне сесть у окна. Стамбул завораживал – я хотела рассмотреть все. Безумное движение на дорогах, мошенники на улицах, магазины с розовыми витринами… Между жилым домом и зданием Domino’s pizza пристроилась изумительная мечеть, удивительное сочетание нового и старого. Хотелось все впитать, поглотить… Вдруг накатило облегчение: хорошо, что я не полетела домой с Лиз.

– Голубая мечеть, – где-то через час сообщил голос из динамиков, выдернув меня из транса.

Я вышла из автобуса с рюкзаком за плечами и в восхищении застыла перед мечетью. Мои сандалии звонко шлепали по брусчатке, пока я шла к своему отелю «Sarniç». Когда Лиз сообщила мне, что я остановлюсь в отеле, мне стало интересно почему – мы уже побывали во многих отличных и дешевых хостелах. Видимо, решила выложиться на полную на последней остановке. Знала, что я обрадуюсь личной комнате, ведь мы две с половиной недели делили спальню с чужими людьми и почти не спали.

Лиз настояла на том, что это удовольствие оплатит она сама.

– А вдруг ты захочешь к себе Оза пригласить? – подмигнула она тогда мне.

Я дала ей подзатыльник путеводителем по Стамбулу «Lonely Planet», который она отдала мне вместе с другими буклетами и билетом на самолет домой. К моему облегчению, обратно ехать на поезде не придется.

Отель напоминал желтую коробку из-под конфет: идеально симметричный, с высокими окнами и коричневыми керамическими плитками по периметру. На ступеньках, чтобы освежить вид, стояли кашпо с цветами.

Я поднялась в свой номер и сразу пошла к телефону, чтобы позвонить родителям. Я пообещала им, что буду звонить из каждого нового места. Прозвучал один гудок, и трубку сразу взяли.

– Алло.

– Привет, мам.

– Милая, привет! Как я рада слышать твой голос. Где ты сейчас?

– В Стамбуле.

– Боже, и как долго ты после этого будешь ехать домой?

– Лиз купила мне, то есть нам, билеты на самолет. Тут всего пару часов, – мой глаз ожидаемо дернулся.

– Как щедро с ее стороны.

В трубке раздалось тяжелое дыхание.

– Привет, пап, – я намотала телефонный провод на палец.

– Привет, малышка. Как ты поняла, что это я?

– Дышишь громко, – хихикнула я.

– Фил, я тебе потом расскажу, что она мне сказала. Совсем необязательно присоединяться к разговору через другой домашний.

– Но я хочу услышать ее голос.

– Тогда прикрой трубку ладонью.

Как будто комедийный сериал смотрю, честное слово. И так – каждый раз, когда я звоню.

– Что планируешь делать в Стамбуле? – спросила мама.

– Да как обычно, любоваться достопримечательностями, – сказала я. Глаз продолжал дергаться – я вспомнила фото, которые сделала Лиз, и настоящую причину, почему я здесь.

– Главное, будь осторожна, милая, – сказала мама. – Всегда носи с собой наличные, а не только карту, не ходи по улицам поздно ночью и не забывай ингалятор.

– Хорошо. Ладно, я пойду, а то звонки дорогие очень.

– Малышка, подожди, – сказал папа. – Пришло письмо от McKenzie’s. Я открыл его, вдруг там что-то важное. Оказалось, что это напоминание, что нужно подписать контракт на обучение. Я думал, ты уже все сделала перед отъездом.

Я сжала провод и туже намотала его на палец.

– Эм-м… Там очень много бумаг, я не хотела торопиться. Они пришли за день до моего отъезда, и я решила, что лучше спокойно их заполню, когда вернусь.

– Хорошо, малышка, тогда положу письмо к тебе в спальню. Пока, кроха.

Я положила трубку и выдохнула. Хорошо, что у меня получилось обойти все вопросы о том, почему это я не подписала контракт, который пришел еще за неделю до моего отъезда. Он так и лежит в одной из коробок из университета без моей подписи.

Я позавтракала в ресторане на крыше и пофотографировала потрясающий панорамный вид, что открывался на город. Потом я спустилась в лобби, нашла компьютер для гостей и зашла в свой аккаунт в соцсети. Поиск выдал мне восемь результатов на запрос «Озгюр Демир». Я понадеялась, что у него там какое-нибудь простое, понятное фото, а не как у меня – сложное и с вычурной позой. На фоновом изображении на голове у меня была огромная шляпа от солнца, и я смотрела на Браслет-бэй, мое любимое место в Мамблс. Каждое лето мы с папой пешком отправлялись к маяку во время отлива: добираться туда, карабкаясь по покрытым водорослями камням, всегда безумно весело. Когда я была ребенком, мы с папой придумывали страшилки о кораблекрушениях и заблудших душах, что до сих пор там бродят. Когда начинался прилив, отец цеплял меня за свои плечи и шел обратно к берегу. Я обнимала его шею руками, вода билась о мои босые ноги, и я чувствовала себя в безопасности. Эми как-то тоже с нами пошла, но ей совсем не понравилось, что потом нужно пробираться обратно. После этого она оставалась на берегу с мамой, которая не умела плавать.

Я прокрутила результаты, показанные на странице, но ни одна аватарка не принадлежала моему Озу, да и в Стамбуле никто из них не жил. Похоже, придется заявиться к нему домой и надеяться, что он будет там.

Эти поиски тоже не дали плодов. Адрес привел меня к охраняемому жилому комплексу. Охранники не знали никакого Озгюра Демира, да и по-английски они почти не говорили. Я забежала в кафе через улицу, чтобы немного отдохнуть от палящего солнца.

Стоило мне сесть за столик, как рядом тут же появился официант, чтобы принять мой заказ. За столом слева от меня расположилась стайка девчонок с ярким макияжем и в дорогой одежде. Наверное, мои практичные сандалии, футболка и юбка из Primark их не очень впечатлили.

Официант принес кофе, и от первого же глотка я поморщилась. Горький и густой, словно деготь. Официант подал мне сахар, и я тут же положила себе три ложки.

– Извините, можно кое-что у вас спросить? – поинтересовалась я.

– Мой английский не очень хороший.

– А, ну… Я ищу, – я показала на себя, – человека. Мужчину по имени Озгюр Демир.

Я задержала дыхание. Официант в задумчивости потер подбородок с щетиной в сантиметр длиной.

– Извините, – он покачал головой. – Не знаю это имя.

Я вздохнула и полезла в рюкзак за кошельком. В нем лежали фотографии, сделанные Лиз, но Оза на них видно только со стороны, так что в поисках они, может, и не помогут.

– Вы уверены? Может, он приходит сюда выпить кофе? – я указала на чашку кофе, надеясь, что не задену его своим подходом к его знанию английского. – Он дал мне адрес, который привел туда.