Кэролайн Карвер – Пекло (страница 16)

Господи, подумала Джорджия, глядя им вслед. Мало того, что негигиенично. Отвратительно.

Выйдя на главную улицу, Джорджия остановилась. Небо все еще было хмурым, затянутым дождевыми тучами, и в воздухе что-то изменилось. Стерев пот с висков, Джорджия вспомнила, что скоро приедет ее мать и пора возвращаться к миссис Скутчингс. Рыбы она не купила, но ее мать тоже любит устриц, так что, пока открыто кафе Мика, голодной она не останется. Мимо прогромыхал автомобиль, груженный коробками со всякими напитками, среди которых она заметила «фанту» и что-то новое, «твангу», о которой она что-то слышала: вроде бы смесь манго и… Чего же? Господи, как ей справиться с маркетингом, если она не может запомнить даже состав нового напитка.

В эту минуту сзади послышались шаги, и мужской голос произнес:

— Ты в порядке?

Дэниел Картер.

— Все отлично.

Она обратила на него свою самую лучезарную улыбку, которую как раз совершенствовала за несколько дней до похорон Тома.

— Видела Бри?

— Да.

— Слышал, ему плоховато.

— Плоховато.

Пытаясь справиться с обуревающими ее чувствами, Джорджия сосредоточилась на стайке ребят-аборигенов, которые шагали по Оушен-роуд и громко смеялись, награждая друг друга безобидными тумаками. Две истощенные дворняжки бежали следом. Несмотря на жалкий вид, они высоко поднимали хвосты и пружинили шаг.

— Прошу прощения.

Дэниел повернулся, чтобы не мешать подросткам, и плечом коснулся ее плеча. Потом занял первоначальную позицию, кстати, одновременно с Джорджией, и откашлялся.

Сунув руки в карманы, Джорджия проговорила:

— Тебе надо знать. Ли сказал, что мы упали не случайно.

Дэниел напрягся:

— Не случайно?

— Бри напомнил мне, — не глядя на Картера, храбро врала Джорджия, — что Ли говорил об этом. Когда мы еще были там. В общем, извини, я забыла, много всякого свалилось, сам понимаешь, Ли вытащил Бри, у него горели ноги, потом Сьюзи умерла… Я говорила тебе, что от нее пахло жасмином? Я не уверена, духи это или мыло, но аромат был чудесный, нежный, и когда Бри…

— Эй, эй, не торопись. — Дэниел поднял руки и нахмурился. — Передохни.

Джорджия послушалась. Она старалась не думать о том, что лжет полицейскому:

— Как раз перед появлением парамедиков Ли сказал мне, что видел нечто необычное, когда пытался сбить пламя с мотора. Труба не была привинчена.

— А я думал, кончилось горючее. — Дэниел нахмурился. — Во всяком случае, так написано в рапорте. Значит, топливо вытекло, и загорелся моторный отсек.

— Так сказал Бри, когда мы падали, но видел это Ли.

— Господи. — Дэниел провел ладонью по волосам. — Кто, кроме Ли, думает, что это не случайность?

— Бри. Он только что сказал мне об этом.

— Ладно.

Дэниел смотрел, как тарахтит мимо старенький «ниссан» с двумя пастушьими собаками: густая шерсть вздыблена, языки свесились набок.

По его щеке поползла струйка пота, и он вытер ее.

— В первый раз слышу о том, что это вредительство. Если так, то следует задействовать ОРВА. Пусть покопаются в обломках. — Он повернулся к Джорджии: — Мне непременно надо побеседовать с Ли. Получить сведения, так сказать, из первоисточника.

Джорджия молчала, надеясь, что он не спросит, виделась ли она с Ли. Ей было отлично известно, что с ее лицом лучше не врать.

— Хочешь кофе? — неожиданно спросил Дэниел, сверкнув голубыми глазами. — В «Национале» варят отличный ирландский кофе. Думаю, тебе не помешает после таких-то сорока восьми часов. Мне точно не помешает.

В душе Джорджия оставалась подростком, и этот подросток сдался без боя. Сам Дэниел Картер пригласил ее на чашку кофе! Однако взрослая Джорджия не хотела поддаваться, да и осторожность подсказывала ей отказаться от приглашения — ведь ей ни к чему расспросы о Ли. К тому же в доме миссис Скутчингс ее наверняка уже ждала мама.

Джорджия взглянула на волосы Дэниела, взъерошенные, словно он только что вылез из постели.

— Звучит неплохо, — ответила Джорджия, решив, что позвонит матери из «Националя».

Полдороги прошло в разговорах о том, почему Налгарра не вкладывает деньги в новый культурно-спортивный центр, если в старом поселились три семьи летучих мышей и тропический лес уже пророс сквозь крышу, когда мимо проехал черный «мерседес» и остановился в пятидесяти ярдах от них в глухом переулке. Из автомобиля вышли трое мужчин азиатской наружности.

Двое прислонились к автомобилю и закурили. Третий пошел навстречу Джорджии и Дэниелу, не глядя на них. Несмотря на непогоду, все трое были в черных очках. Джорджия оглянулась и убедилась, что на улице больше нет ни души. Ни детей, ни собак, ни одной машины. Ей показалось, что волосы у нее на затылке встали дыбом.

Едва они поравнялись с «мерседесом», двое мужчин оттолкнулись от автомобиля и тоже направились к ним. Они улыбались. Дэниел резко остановился:

— Ты их знаешь?

Джорджии казалось, что высокого она как будто недавно видела, но она бы в этом не поклялась:

— Нет.

— И я не знаю. — Дэниел опустил руки. — Иди назад.

Джорджия не медлила ни секунды. Крутанувшись на пятках, она торопливо зашагала в обратном направлении. Когда же оглянулась через плечо, то с ужасом увидела, что двое мужчин набросились на Дэниела. Одного он ударил кулаком в лицо, и тот отлетел назад, но прежде чем успел нанести еще удар, второй нападавший ногой ударил его в пах. Дэниел согнулся, потом упал на колени.

— Дэниел, — крикнула Джорджия и бросилась к нему.

Он стонал, пытаясь подняться на ноги, когда первый ударил его по голове, и Дэниел камнем повалился на землю. Джорджия звала его, но кто-то схватил ее и ударил в живот.

У нее перехватило дыхание, и она тоже упала на тротуар. Второй удар пришелся в грудь, еще один — в солнечное сплетение. Джорджия застонала. Ее вырвало. Она попыталась поднять голову, но ее с силой вдавливали в дорожное покрытие. Задыхаясь, Джорджия пыталась глотнуть воздуха, носом и ртом всасывая рвоту.

Ей показалось, что она слышит свое имя. Странно, но ей померещился голос Ли, однако в следующее мгновение у нее словно взорвалось ухо, и в голове пророс гигантский алый цветок, наполнивший ее болью. Потом все потемнело.

12

К Джорджии медленно возвращалось сознание. Она лежала в углу плохо освещенной комнаты. Помимо воли она отметила, что пол пыльный, со стен облезла краска, а из мебели всего несколько стульев около большого деревянного стола.

За столом сидел китаец. Джорджия не сводила с него взгляда. Она хотела заговорить с ним, но когда подняла голову, он встал и ушел из комнаты. До нее донесся запах стряпни, еще она услышала, что работает телевизор, заглушая китайскую речь, и звякает металлическая посуда.

С опаской она поднялась на колени, прижимая к груди забинтованную руку. Боль пронзила ее, и она согнулась пополам, ощущая позывы к рвоте. Тыльной стороной правой ладони Джорджия вытерла рот и, встав на ноги, двинулась к двери. Когда дверь открыли, она остановилась.

В комнату вошли четверо мужчин. Один положил на стол черный рюкзачок и сел. На нем был кожаный пиджак нараспашку поверх белой футболки. Джорджия узнала мужчину, который плюнул на пол в коридоре больницы. Еще один, севший рядом, был постарше и в костюме. Остальные двое, высокие крепкие ребята в джинсах и рубашках, встали у стены, скрестив на груди руки. Окно было позади них, и Джорджия не могла рассмотреть их лица.

Тот, что в костюме, сказал что-то Кожаному Пиджаку. Судя по голосу, он был заядлым курильщиком.

Кожаный Пиджак наконец-то посмотрел на Джорджию:

— Где Ли Денхэм?

У Джорджии перехватило дыхание, голова кружилась.

— Где он?

— Я н-не знаю.

Он взглянул на Костюм и перевел взгляд на Джорджию. Костюм закурил, потом рявкнул, задавая очередной вопрос. Джорджия уставилась на коричневую дыру между его передними зубами, но потом поняла, что это тоже зуб, только изменивший окраску от никотина.

— И Миншу?

— Кто?

— Сьюзи Уилсон.

— Она погибла, когда упал самолет.

Кожаный Пиджак подошел к ней, и Джорджия разглядела на его майке надпись: «Волны встречаю стоя». Такая же, как у Ли. Джорджия не знала, что это значит, и не хотела знать.

— Где Минцзюнь?