Кэрол Мортимер – Золушка для герцога (страница 4)
Джейн побледнела, поняв, о чем толкует леди Салби.
– Вы имеете в виду, что, поскольку лорд Сен-Клер отсутствует за столом, вы желаете вывести меня, чтобы за столом было равное число обедающих.
– Да, да, именно это я и имею в виду! – Женщина нахмурилась. – Что с тобой такое, девочка?
Джейн с трудом сглотнула, представив, что сидит за одним столом с грозным герцогом Сторбриджем. После их злополучного столкновения на лестнице он наверняка не захочет видеть ее снова!
Как выразилась леди Салби, это никуда не годится!
– Но у меня нет ни одного подходящего наряда…
– Что за чушь, девочка! – Кровь бросилась в лицо леди Салби, пухлые, припудренные щеки покраснели от мысли, что на ее пути возникли новые препятствия. – Как насчет моего желтого платья, которое Клара подогнала под твою фигуру? Оно вполне годится, я в этом уверена, – безапелляционно провозгласила леди Салби.
Сердце Джейн упало при воспоминании о ярко-желтом наряде. Леди Гвендолин приобрела его для себя, но, решив, что оно ей не подходит, отдала Джейн.
– Я буду чувствовать себя неуютно среди ваших гостей…
– Меня совершенно не волнует
– Да, леди Салби. – Джейн стало дурно. Она развернулась и послушно побрела к двери.
– Хорошо. А теперь пришли мне Клару. – Леди Салби вновь опустилась на подушки и прикрыла глаза. – И скажи ей, что мне потребуется ее лекарство, – слабым голосом бросила она вслед девушке.
Лишь оказавшись в коридоре, Джейн дала волю чувствам. Ее охватывало отчаяние при мысли о том, что она спустится вниз в этом кошмарном желтом платье. И предстанет в таком виде перед надменным, но поразительно красивым герцогом Сторбриджем.
Глава 2
– Это такая новая светская игра? Или вы просто обдумываете, какие развлечения можете предложить мне тет-а-тет сегодня вечером? – иронически усмехнулся Хок, обращаясь к женщине, которая стояла – скрывалась? – за кадкой с растением. Этот фикус не слишком надежное укрытие, знаете ли, – добавил он, не дождавшись ответа на свои язвительные выпады.
Настроение Хока ничуть не улучшилось, когда он спустился в салон, чтобы встретиться с прочими гостями дома. Вода в ванной была горячей, но ее оказалось слишком мало для его нужд. Камердинер Долтон тоже остался недоволен тем, как его разместили в доме. Разнервничавшись, порезал герцогу щеку при бритье, чего с ним не случалось ни разу за всю его долгую преданную службу.
Однако через несколько минут герцог немного развеселился. За вежливым разговором со своей старой знакомой, леди Эмбридж – дамой, по правде говоря, не первой свежести, – он заприметил похожее на призрак желтое существо, которое перебежками передвигалось от одного громадного растения в горшке к другому. Похоже, оно желало остаться незамеченным, но добилось совершенно противоположного эффекта.
Хок тут же извинился перед леди Эмбридж, пересек зал и встал рядом с растением, за которым в данный момент скрывалось эфемерное создание.
Одного взгляда герцогу хватило, чтобы понять – перед ним та самая девушка, которая сначала врезалась в его грудь, а потом ткнула его зонтиком в живот. Выходит, она не служанка, удивился Хок. Но его удивление затмило странное поведение девушки.
– Вы вполне можете покинуть свое укрытие, знаете ли, – посоветовал он.
– Я бы предпочла этого не делать!
– Вы только привлекаете к себе внимание, прячась за кадками, – счел своим долгом сообщить ей Хок.
– Думаю, это вы привлекаете внимание к нам обоим, беседуя со мной! – раздраженно бросила она.
Хоку пришлось признать, что девушка права. Он был самым высокопоставленным гостем в доме и самым ярким пером в шляпке леди Гвендолин Салби, а значит, все взгляды были тайком направлены на него, хотя гости усердно делали вид, что поглощены беседой друг с другом.
– Может, если бы вы объяснили мне, отчего прячетесь за рядом этих нелепых растений в кадках?..
– Не могли бы вы просто уйти и оставить меня в покое? Пожалуйста, ваша светлость! – виновато добавила она, вспомнив, с кем разговаривает.
Хоку вдруг стало смешно.
А ведь в последнее время он редко находит повод даже для улыбки, не говоря уже о том, чтобы посмеяться вместе с женщиной. Ох уж эти женщины, все они хищницы. Он открыл это для себя в последние десять лет, унаследовав титул герцога после того, как его родители в одночасье погибли в дорожной катастрофе.
– Но вы не можете скрываться весь вечер, – вздохнул он.
– Я могу попытаться!
– Но зачем вам это? – Любопытство не давало герцогу покоя.
– Неужели вы не понимаете?
Его брови взлетели вверх.
– А что я должен понимать?
– Платье, – трагическим тоном произнесла девушка. – Вы ведь заметили мое платье?
О да, трудно было не заметить такое неистово желтое пятно на фоне пастельных тонов, которые предпочитали прочие дамы, кроме Оливии Салби, которая была в девственно-белом. Желтый цвет абсолютно не подходил к ярко-рыжим волосам девушки, но…
– Умоляю вас, уйдите, ваша светлость!
– Боюсь, что не могу.
– Почему?
Хок не собирался признаваться себе в возникшем в нем интересе, который сам находил беспрецедентным. Он бросил на девушку еще один взгляд. Ее платье выглядело особенно безобразным на фоне рыжих волос и полыхающих огнем щек.
– Ваша модистка не говорила вам, что желтый не подходит… э-э-э… вашей индивидуальности?
– Платье заказывала не я, я леди Салби. – В голосе девушки послышались раздраженные нотки, которых раньше он не замечал. – Я уверена, что любая уважающая себя модистка никогда не оденет рыжеволосую клиентку в желтое, превратив ее в огромный кусок фрукта. Весьма неаппетитного фрукта!
На этот раз Хок не сумел сдержать смеха, отчего все головы сидящих поблизости гостей тут же повернулись к нему и в их глазах разгорелось любопытство.
Джейн заметила эти взгляды, и ей захотелось только одного – чтобы герцог ушел.
Надев это платье, Джейн поняла, что выглядит оно хуже, чем она предполагала, а желтая лента в волосах, на которой настояла леди Салби, сделала ее внешность еще более нелепой.
Но Джейн знала, что леди Салби превратит ее жизнь в настоящий ад, если она не спустится к обеду, и у нее не осталось выбора, как только надеть ненавистное платье, завязать ленту и выйти в гостиную. Единственное для нее спасение – это постараться быть как можно более незаметной, пока не начнется обед. А за столом, может статься, ее платье не будет так сильно бросаться в глаза.
Но Джейн не приняла во внимание излишнее любопытство и нежелательное внимание герцога Сторбриджа. А смеяться – над ней! – в данных обстоятельствах было просто жестоко.
– Вам действительно лучше выйти, знаете ли, – протянул герцог. – Я уверен, что в этом зале не осталось ни одного человека, который не заметил бы, как я беседую с цветком!
Джейн поджала губы, признавая правоту герцога. Последние пять минут все взгляды были прикованы исключительно к важному гостю, разговаривавшему – и веселившемуся – с пышной зеленой кроной в кадке. Девушке хотелось затеряться на фоне растительности. Задача, по правде говоря, практически невыполнимая, когда на тебе слишком яркая одежда, но Джейн вполне могла бы справиться с ней и протянуть время до обеда, если бы не явный интерес к ней герцога Сторбриджа.
Ей ничего не оставалось, как последовать его совету и покинуть свое убежище, и вновь испытать унижение, заметив, что герцог даже не попытался скрыть своего отвращения, осматривая ее с ног до головы – от желтой ленты в волосах до кружевной оборки у туфелек.
– Боже правый, это еще хуже, чем я полагал, – поморщился он.
– Вы немилосердны, ваша светлость. – От возмущения ее щеки раскраснелись еще больше.
– Боюсь, что так, – высокомерно кинул он.
Глаза Джейн распахнулись от изумления.
– И вы даже не извинитесь?
– А какой в этом смысл? – Герцог пожал плечами. Безупречно сидящий вечерний наряд выгодно подчеркивал и ширину его плеч, и мускулистость подтянутого тела. – Вы ведь и так наверняка сочли меня помехой?..
Джейн судорожно вдохнула.
– Напротив, ваша светлость. Помехой являюсь именно я!
Взгляд Хока мельком скользнул по кремовым грудкам в низком вырезе платья – удивительно пухлым грудкам, если учесть общую хрупкость и худобу девушки, – и вернулся к ее личику. Такие лица сейчас не в моде, подумал он. Но от зеленых глаз в окружении густых черных ресниц оторваться было просто невозможно. Маленький носик, как и следовало ожидать, усыпан веснушками, рот немного широковат, но губки полные, чувственные, подбородок заострен.
Да, она не обладает красотой смазливых блондинок, что нынче в моде, – именно эта приторная миловидность и отталкивала его в Оливии Салби! – но телосложение и цвет волос этой юной леди намекали на то, что она не утратит своей привлекательности даже в старости.
Все это промелькнуло в голове Хока за считаные секунды, что само по себе было удивительно.
Для герцога Сторбриджа женщины давно стали обычным предметом удобства – тем, чем можно насладиться в редкие часы, свободные от многочисленных обязанностей герцога.
Его связь с графиней Морфилд была краткой и не удовлетворяла его в физическом плане, еще раз убедив Хока в том, что полученное от любовницы удовольствие совершенно не соответствует усилиям, потраченным на ее завоевание.