Кэрол Гудман – Готорн (страница 59)
— Почему она называет его Юдой? — прошептал мне Натан. — У меня от этого мурашки по коже.
— Потому что это помогает ближе подобраться к нему, — ответила Хелен. — Смотрите, он готовится к уроку. Он планирует демонстрацию одной из скучных римских битв.
Она указала на человека, сидевшего за столом, тем самым, который в наше время принадлежал мистеру Беллоузу. На столе стояли оловянные солдатики в римских одеждах и игрушечные колесницы. Сначала я подумал, что Хелен ошиблась. Худощавый молодой человек, склонившийся над сценой боя, не мог быть Юдикусом ван Друдом. Он выглядел как…
— Я, — сказал Натан. — Он похож на меня.
Ван Друд поднял голову, словно услышал голос Натана. Его серые глаза сверкнули на солнце. Прядь тёмных волос упала ему на глаза. Его черты, которые в один прекрасный день превратятся в маску презрения, сейчас выглядели тонкими и чувствительными. И он действительно был очень похож на Натана.
— Он нас слышит? — спросила я. — Это пространство его снов?
— Это пространство его снов, — сказала Хелен, — но он больше не приходит в него, поэтому не слышит нас. Но он слышит её.
Позади нас в холле раздался девичий смех. Лицо ван Друда, когда он услышал это, изменилось… стало мягче. Я обернулась посмотреть, откуда доносится смех, и увидела девушку, проходящую прямо сквозь нас. Меня бросило в дрожь. Хелен сжала мою руку.
— Ты это почувствовала? — я кивнула. — Хм, я никогда не чувствую, когда они проходят сквозь меня.
— Может, потому, что Ава наполовину Дарклинг, — предположил Натан. — Рэйвен говорил…
— Это моя мама, — перебила я. Девушка, чей смех смягчил лицо ван Друда, была моложе меня и одета в платье подогнанное корсетом. Её длинные рыжие волосы были собраны на макушке. Маленькие локоны выбились на лицо. Когда она улыбнулась ван Друду, на её левой щеке появилась ямочка.
Я никогда не видела свою маму такой молодой и такой беззаботной. Она прошла в переднюю часть класса и села, сложив руки на столе, глядя на учителя с выражением пристального внимания. Другие её одноклассники вели себя не так хорошо.
Теперь в класс входили всё новые девушки, наполняя помещение громкими голосами и хриплым смехом. Лицо ван Друда стало более суровым, шум усилился.
— Дамы, прошу вас! — возразил он слабым, дрожащим голосом. — Пожалуйста, сядьте и успокойтесь.
Я была потрясена, услышав робкий голос, исходящий из его рта. Его лицо покраснело от смущения. Он так крепко сжимал металлическую линейку, что она впивалась ему в руку. Он постучал ей по столу, привлекая внимание класса, и опрокинул бутылку чернил на какие-то бумаги. В классе на мгновение всё стихло, а затем девушки расхохотались ещё громче, чем раньше.
— О, повзрослейте же! — воскликнула Эвангелина, вставая лицом к классу. — Я, например, хотела бы послушать лекцию профессора ван Друда. Она по магии, не так ли, профессор? — она обаятельно улыбнулась ван Друду.
— ну и ну, она с ним флиртует, — сказала я.
— Не надо так удивляться, — сказала Хелен. — Многие девушки влюбляются в своих учителей, как я пыталась тебе объяснить, и, смотри, она заставила класс замолчать.
Я оглянулась на класс, который действительно с интересом разглядывал своего учителя.
— О да, пожалуйста, — сказала одна из девушек, похожая на молодую Альбертину Монморанси. — Расскажите нам о магии. Лекция профессора Йегера о четырёх видах магии для меня была совершенно бессмысленна.
— Это урок латыни, — сказал он, играя с одним из солдатиков. — Я подготовил урок о битве при Каннах, — он указал на тщательно продуманную сцену сражения.
— Но ведь мы изучаем латынь для заклинаний, не так ли? — сказала Эвангелина. — Так это действительно всё о магии, не так ли? И я уверена, что вы могли бы объяснить это гораздо лучше, чем профессор Йегер. Чего я не понимаю, так это как магия земли может разрушить магию воздуха. В этом нет никакого смысла. Вы можете это объяснить? — она почти хлопала глазами, смотря на него.
— Зачем мы это смотрим? — спросила я Хелен. — Я знаю, что ван Друд был влюблён в мою маму и что её отказ превратил его в чудовище…
— Шшш! — Хелен шикнула на меня. — Этот маленький кусочек очень важен.
Под уговорами Эвангелины ван Друд продемонстрировал принципы магии земли и воздуха, почти как это делал профессор Йегер. Он создал подобие моей матери, прикрепив прядь её волос к игрушечному солдатику. Он рассмешил мою маму, подув на солдата, тем самым взъерошив ей волосы. Он заставил класс ахнуть, заставив мою маму левитировать в воздухе, держа игрушечного солдатика над головой. Затем он осторожно опустил солдата на землю.
— Я воздержусь от демонстрации воздействия огня и воды на копию… по понятным причинам.
Девушки засмеялись. На мгновение ван Друд покраснел, но потом понял, что они смеются над его шуткой, а не над ним, и улыбнулся. Такая счастливая улыбка, что у меня заныло сердце.
— И вы отпустите меня? — спросила Эвангелина. — Или я останусь вашей рабыней до конца учебного дня?
Теперь он действительно покраснел, доставая из ящика колокольчик.
— Ох, да, всё что нужно, это немного земной магии… колокольчик, выкованный из капли крови…
— Фу! — взвизгнула Альбертина Монморанси. — Какая гадость!
— Но необходимая, — сказал ван Друд, звоня в колокольчик, — чтобы разорвать узы воздушной магии. Видите, как разрывается связь…
Он опрокинул игрушечного солдатика, и моя мать тяжело упала на землю. Все девушки ахнули, но не громче ван Друда.
— Эвангелина! — закричал он так, что стало ясно, как сильно она ему дорога.
Он протянул руку, чтобы помочь ей подняться, но при этом смахнул игрушечного солдатика в лужу пролитых чернил. Эвангелина закашлялась, синие чернила запузырились на её губах. Одна из девушек закричала. Дверь распахнулась, и в комнату вошла Дейм Бекуит. Она была моложе, но уже стояла у власти… Девушки мгновенно замолчали.
— Что здесь происходит? — потребовала ответа она.
— Я демонстрировал магию воздуха и земли, — пробормотал ван Друд. — И что-то пошло не так. Я использовал колокольчик, чтобы разорвать связь между Эвангелиной и копией… — он вытащил солдата из чернил, и Эвангелина закричала. — Но это не сработало! Я не знаю, что пошло не так!
— Зачем вы вообще демонстрировал магию на уроках латыни? — пробормотала Дейм Бекуит, осторожно беря игрушечного солдатика в руки. — Ах… Я вижу, на нём кровь. Смесь железа и крови в копии создает неразрывную связь с колоколами.
— Железо и кровь, — прошептала я. — Eisen und Blut. Должно быть, поэтому наши колокола не разрывают связь между солдатами и ван Друдом. Как нам её сломать?..
Хелен снова шикнула на меня. Дейм Бекуит отпустила класс, всех, кроме Эвангелины, которая лежала на полу и плакала.
— Я ни в коем случае не хотел причинить ей боль! — воскликнул ван Друд.
— Конечно, нет, Юд, — мягко сказала Дейм Бекуит. — Но с такой магией очень опасно играть, — она понизила голос. — Как только вы вводите кровь в смесь, вы уже работаете с теневой магией. Магия может быть разрушена только колокольным ребёнком. К счастью, у нас есть один. Я пошлю за Эммалайн Шарп. А пока присмотрю за Эвангелиной и её копией.
— Вот оно! — сказал Натан. — Колокольный ребёнок может разорвать связь между копиями и солдатами. Ава может это сделать.
— Но как? — сказала я. — И что он использует в качестве копий… — но внезапно я поняла.
— Ван Друд установил связь между солдатами и пушками, он создал солдат… — начал Натан.
— Частью машин, — сказала я, вспоминая ужасный сон о фабричных девушек, пришивающих себя к машинам, и ван Друда, пьющего их кровь. — Это дьявольщина.
— Но очень эффективная, — сказала Хелен. — Смотри, — она указала на ван Друда, который смотрел на разбросанных по столу солдат. — Тогда ему и пришла в голову эта идея.
— Я всегда думала, что это моя мама отвергла его, и он поддался теням, — сказала я.
— Отчасти, да, — ответила Хелен, — но всё началось здесь с его потребности контролировать. Никогда больше над ним не будут смеяться, и он не будет испытывать стыд.
Ван Друд с мрачным выражением лица отдавал приказы игрушечным солдатикам, глядя на ряды пустых стульев.
Хелен ахнула. Я проследила за её взглядом и поняла почему. Человек, стоявший у стола, не был молодым Юдом; это был ван Друд, которого мы знали, сам мастер теней.
— Поздравляю, дорогая, ты меня удивила. А я-то думал, ты просто играешь в прятки со своими друзьями. Ты раскрыла мой маленький секрет. Но тебе это не поможет. Ава до сих пор не знает, как снять моё заклинание с помощью её магии колокольного дитя, а у тебя нет времени. Ты слышишь это?
Некоторое время я слышала слабый барабанный бой, но теперь он стал громче. Он сотрясал стены Блитвуда так сильно, что стёкла в окнах задрожали, а книги попадали с полок в классах.
— Это моя армия стучится в ворота Боулионского замка. Это всего лишь вопрос нескольких минут, прежде чем они захватят замок и убьют твоих друзей. Ты чувствуешь этот запах? — он понюхал воздух. Я почувствовала запах дыма. — Пламя скоро доберётся до твоей комнаты в башне.
Внезапный толчок бросил меня на пол, который провалился подо мной. Пространство сна рушилось, и я погружалась в забытье. Я почувствовала тот же холод, что и тогда, когда упала в Северную Атлантику с «Титаника» и потеряла часть своей души. Я почувствовала, как меня снова затягивает в бурлящий водоворот, где мою душу разорвут на куски…