Кэрол Гудман – Готорн (страница 5)

— Да, — нетерпеливо ответила Хелен. — Мы могли бы сформировать почётный караул и устраивать переменки, а вы могли бы жить в Блитвуде и преподавать, ну, ботанику или что-то в этом роде.

Мистер Страж переводил взгляд с Хелен на меня, его глаза сияли в свете крыльев Примроуз.

— Очень мило с вашей стороны, девочки, беспокоиться о таком старике, как я, но мой долг охранять сосуд, сломан он или нет, и я никогда не почувствую себя вправе покинуть его. Но… если бы вы вернулись и навестили старика после того, как найдете другие сосуды… ну, я был бы рад услышать новости о других стражах.

Он разжал руки и вытер липкую слезу.

— Мы расскажем им, как замечательно вы исполняете свой долг, — сказала Хелен, пожав ему руку.

— И мы придем к вам с их новостями, — добавила я.

— Благодарю вас, мои дорогие, — сказал он, взяв нас обоих за руки. — Скажите им… скажите им, что я сосуд, а сосуд — это свет. Теперь вам лучше уходить или ваши друзья будут обеспокоены, где вы находитесь. Возможно, вас не было дольше, чем вам кажется.

Несмотря на тепло его руки, я почувствовала озноб от его слов и тревогу о нашем исчезновении. Я протянула свой колчан Хелен и завела руки за спину, чтобы расстегнуть два отверстия, которые мисс Джейнвэй сделала в моей рубашке. Мне больше не нужен был корсет, чтобы удерживать крылья. Я научилась складывать и поднимать их по своему желанию. Теперь я раскрыла их, почувствовав облегчение от того, что растянула их на всю длину.

Мистер Страж ахнул.

— Феникс! Вы не сказали об этом!

— Ава очень скромная, — сказала Хелен, гордо поглядев меня.

— Но это же чудесно! Смотрите… — мистер Страж начал перекидывать повисшие корни и открыл за ними нарисованную женщину с крыльями, выкрашенными в красный и золотой цвета, как у меня. — Есть легенда, что феникс защитит последний сосуд.

— Я, конечно, сделаю всё, что в моих силах, — сказала я, чрезвычайно сильно желая уйти, чтобы испытать восторг от того, что я была частью легенды. — Пойдём, Хелен.

Я наклонилась и Хелен залезла мне на спину. Затем я взмахнула крыльями и оттолкнулась. Оконное отверстие оказался дальше, чем я думала. Когда мы добрались до него, и я посмотрела вниз, вздернутое наверх лицо мистера Стража выглядело маленьким и тусклым. Я сосредоточилась на нём, взмахивая крыльями, чтобы остаться на месте, пока Хелен ухватится за край отверстия.

Мне вдруг стало грустно, что я поспешила уйти, когда он рассказывал мне о легенде феникса. Я подняла руку, чтобы помахать на прощание, а он поднял обе руки, растопырив пальцы. Его лицо, освещённое светом Примроуз, было похоже на луну, наполовину скрытую за ветвями деревьев. У меня внезапно возникло ощущение, что я смотрю на кого-то, кого давно знаю — кого-то, кого никогда больше не увижу. Я подняла глаза, чтобы сказать Хелен, что мы должны вернуться, но она уже заползала через край окна, и меня охватило убеждение, что я и её потеряю, если не останусь рядом, поэтому я последовала за ней. Когда я оглянулась, в комнате было темно. Примроуз, должно быть, погасила свой свет, чтобы защитить мистера Стража, но у меня было тревожное чувство, что они оба исчезли в забвении прошлого.

Когда я выползла из отверстия, меня подбодрил вид Хелен, скорчившейся у потрескивающего огня.

— Я сделала заклинание огня, чтобы немного согреть нас перед возвращением. Стало так холодно! Не помню, чтобы в прогнозе говорилось о морозе. Сейчас же только сентябрь!

— В Блитвудском лесу погода может сыграть злую шутку, — сказала я, вспомнив ледяных великанов и ледяных фейри, пока грела руки у огня.

Я накинула крыло на плечи Хелен, и она придвинулась ко мне поближе.

— Я и забыла, что у тебя своя печка, — сказала она, потирая руки. — Крылья Марлина тоже были тёплыми… — она умолкла, лицо её порозовело в свете костра. — Я имею в виду…

— Тебе не нужно притворяться передо мной, Хелен. Я знаю, что вы двое близки. Ты видела его с тех пор, как вернулась?

— Э-э, нет, не совсем, то есть один раз, но только бегло. Нам пора идти, не думаешь? Мы должны сказать остальным, что сумрачные вороны пытаются проникнуть в сосуд. Натан, вероятно, собрал поисковую группу на наши поиски.

Она потушила огонь брызгами наколдованной ледяной воды и выбралась из пещеры так быстро, как только смогла. Я сложила крылья и, шагнув на улицу, обрадовалась их теплу. Было холодно. Земля была покрыта инеем, кусты боярышника голые и замерзшие в свете полной луны…

— Забавно, — сказала я Хелен, — разве луна не стала убывать всего две ночи назад?

Мы должны были следить за фазами Луны, так как они влияли и на определённые заклинания.

— Наверное. Не могу вспомнить. Мы уже можем пойти, Ава? Эти ужасные вороны всё ещё могут быть здесь.

Я вздрогнула при мысли о сумрачных воронах.

— Может нам стоит полететь? — предложила я. — Из-за твоей лодыжки.

— Нет, нет, я не хочу быть обузой. Я отлично смогу дохромать, — сказала она, пошатываясь, идя передо мной.

У меня было чувство, что Хелен хочет побыть одна. Что-то случилось с Марлином? Может быть, я была не единственной, кто поссорился с парнем.

Я поспешила за Хелен, оглядываясь по сторонам в поисках любых признаков присутствия сумрачных ворон, но ничего не видела и не чувствовала, чтобы что-то преследовало нас. На самом деле лес казался пустым, даже бесплодным. Как будто из него высосали всю жизнь. Голые ветви деревьев терлись друг о друга с жалобными скрипами, похожими на испуганных мышей. Ветер стонал, как в трауре. Даже луна спрятала своё лицо за пеленой рваных облаков. «Мне просто грустно оставлять мистера Стража одного, — сказала я себе, — и потому что Рэйвена не видела всю неделю. Завтра я пойду искать его. А сейчас, мы вернёмся в Блитвуд, и я буду чувствовать себя лучше».

Прошло полчаса, и я задумалась, не сбились ли мы с верного пути.

— Ты знаешь, куда мы направляемся, Хелен? — спросила я, дёрнув её за рубашку.

Она удивлённо посмотрела на меня, как будто я задала ей трудный вопрос.

— Я… я не знаю… о, подожди, ты слышишь это?

Она приложила палец к моим губам, веля мне помолчать. С моим слухом Дарклинга я должна была услышать это первой. Вдали звонил колокол.

— Это колокола Блитвуда. Они зовут нас домой! Ну же!

Она схватила меня за руку и потащила по узкой тропинке между поваленными деревьями — я не могла припомнить, чтобы было столько поваленных деревьев на опушке леса. Казалось, здесь прошёл торнадо. Кроме того, в звуке колокола было что-то странное. Да, он звучал как один из колоколов Блитвуда — большой басовый — но если они зовут нас домой, почему не звонят во все колокола?

Мои опасения были развеяны, когда мы вышли на лужайку и увидели сверкающую с правой стороны от нас реку и затуманенный корпус Блитвуда, вырисовывавшийся под светом спрятанной облаками луны. Лужайка была настолько окутана туманом, что было трудно разглядеть наши ноги, не говоря уже о замке. Хелен дважды споткнулась, её лодыжка — и, несомненно, старая травма — явно беспокоили её.

— Эти проклятые птенцы! — выругалась Хелен. — Они оставили хоккейное снаряжение на лужайке. Поговорю о них с Дейм Бекуит.

— Я уверена, что Дейм Бекуит и учителя сначала захотят услышать о сумрачных воронах, попытавшихся проникнуть в сосуд.

Я представила мисс Шарп, мисс Кори и мистера Беллоуза, собравшимися у камина в библиотеке. Хотя странно, что они не искали нас. И почему в школе было так темно? Даже если бы было очень поздно, мне кажется, они оставили бы свет гореть, чтобы указать нам путь.

— Хелен, — сказала я, когда мы подошли к краю хоккейного поля, где на ветру развевалась разорванная сетка. — Тебе не кажется это странным…

Я так и не закончила предложение. Хелен стояла немая и бледная в свете луны, которая вышла из-за облаков. Её лицо на мгновение напомнило мне лицо мистера Стража, её глаза были такими же широкими, как и его, а кожа бледной, как и его с землистым оттенком. Я проследила за её потрясённым взглядом до башни Блитвуда — только вот там не было никакой башни, лишь один скелетный фрагмент, поднимавшийся из разрушенных руин, которые когда-то были нашей школой.

ГЛАВА 4

— Пропал!

Голос Хелен был настолько сиплым, и на миг я подумала, что сумрачные вороны вернулись и каркают над опустошённым окаменелостями Блитвуда. Затем бросившись вперёд, она закричала:

— Натан!

Я схватила её раньше, чем она смогла распластаться на обломках. Она повернулась ко мне, размахивая руками у меня перед лицом.

— Нам надо попасть внутрь! Там могут быть замурованы люди, и они пострадали… Натан… и Дейзи и Кам! Долорес и Би! Вот почему они не ищут нас, потому что школу взорвали, равно как господин Хофмейстер пытался взорвать Вулворт-билдинг. Ван Друд взорвал Блитвуд! Неужели ты не видишь… Ава, почему ты на меня так смотришь? Почему ты не даёшь мне пойти и помочь им?

— Хелен, — сказала я, схватив её за обе руки и посмотрев в её широко распахнутые глаза. — Наших друзей нет там. Приглядись.

— Что ты имеешь в виду? Большая часть здания уцелела! — она внимательно осматривала обломки, теперь уже полностью обличённые светом немилосердной луны. — Там могут быть выжившие.

— Значит, они остались в живых уже давным-давно. Посмотри на виноградную лозу и мох, растущий поверх обломков, — я потянула Хелен к обрушенной стене и сорвала ветвь лозы, взбиравшейся по камням. Она оборвалась с сухим треском. Внутри развалин что-то задвигалось. Мыши. Или змеи: — Это не только что случилось, Хелен. Это произошло много лет назад.