Кэрол Гудман – Готорн (страница 43)
Уложив её в постель, я вернулась назад и прогулялась по Тюильри, бродя по ухоженным дорожкам и аккуратно высаженных аллей подстриженных деревьев, высматривая лица в толпе хоть кого-то знакомого. Мы в Париже были уже четыре недели, а я не видела ни Рэйвена, ни Марлина, ни кого другого из наших друзей. Неужели они бросили нас? Отказались от меня, потому что я выдала местонахождение сосуда? Или приспешники ван Друда спугнули их… или хуже, устранили их?
От мысли, что я была совершенно одна, в милости ван Друда, я зашагала быстрее и быстрее. Я проходила мимом модных дам, прогуливавшихся под ручку, и нянечек, бегавших за своими подопечными по широким дорожкам. Я улавливала обрывки разговоров. Многие говорили о суде над Мадам Генриетте Кайо, жене финансового министра, которая застрелила редактора газеты «Фигаро» за публикацию личной переписки её мужа, разоблачив её интрижку с ним во времена, когда он был ещё женат. Другие обсуждали вопрос куда они уедут, чтобы избежать угнетающую жару.
— Я слышал, кайзер сейчас на водном курорте в Бад-Ишль, — щеголь в полосатых брюках высказал своей более пожилой компаньонке. — Возможно, нам стоит отправиться туда.
— А я слышала, что Мариенбад шикарней, — ответила ему компаньонка.
«Вы все с ума что ли посходили? — хотелось мне закричать. — На пороге война! И никто, в том числе и я, ничего не предпринимаем».
Я обогнула водоем, где маленькие мальчики запускали игрушечные военные кораблики, пожилые мужчины прогуливались, сложа руки за спиной, а молодые парни нежились на чугунных скамьях и читали газету «Фигаро». Заголовок гласил «Признание. Приговор позора». Значит мадам Кайо была оправдана. Единственная колонка в верхнем правом углу страницы рассказывала об Австро-сербском конфликте. Как все могут быть так слепы?
Я минула статую Медее, скорбевший по детям, а затем статую одного римского сенатора в спокойной позе, прошла мимо статуи борющихся мужчин в скудных туниках. Статуи чередовали сцены трагедий и мира, как будто отражали человеческую способность отводить взгляд, когда другие страдали. Я остановилась перед статуей Кассандры и стала рассматривать обречённую троянскую женщину. Она была проклята видеть будущее, но не быть уверованной. В конечном счете, это свело её с ума. Я представила себя как бегу через Тюильри, выхватываю газету из рук того хорошо одетого щеголя и говорю ему, что он будет маршировать по Бельгии буквально спустя несколько недель, кричу на маленьких мальчиков, запускающих свои кораблики, что настоящие военные корабли — и летающие — уже были на пути и скоро начнут бомбардировать их, встряхиваю пожилую даму, которая считала Мариенбад шикарнее Бад-Ишль. Это было бы умнее, чем прятаться в своём погребе.
Они запрут меня в больнице. Точно также запер меня ван Друд в «Павильоне Бельвью для душевнобольных». Только на этот раз никто за мной не придёт.
Я отвернулась от статуи в полном расстройстве, и обнаружила стоящую передо мной высокую женщину с вуалью на лице. Сначала я подумала, что это была Хелен, но эта женщина была выше. Неужели я разговаривала сама с собой? Она вызовет жандармов, чтобы те забрали меня?
Но затем она приподняла вуаль, и я узнала Лиллиан Кори.
— Слава Колоколам, мы неделями пытались поймать тебя одну! Пошли со мной… у нас мало времени!
ГЛАВА 24
Лиллиан опустила вуаль на лицо, взяла меня под руку и повела к прибрежной стороне парка. Она вела нас размеренным шагом, но хватка на моей руке была крепкой, и я могла сказать, что она хотела идти быстрее. Мы свернули налево, на набережную Тюильри и присоединились к вечерней толпе, медленно прогуливающейся вдоль Сены.
— Клянусь, как бы я хотела сбить шляпы с этих леди и джентльменов просто, чтобы разбудить их, — сказала она.
— Я как раз подумала о том же. М-мне было так одиноко. Где вы все были?
— Неподалеку, — ответила она, стиснув мою руку. — Но мы должны были быть осторожны. У ван Друда повсюду шпионы. В отеле, в Тюильри, в Мезон-де-кутюр, даже в Лувре. Но Рэйвен и Марлин наблюдали за тобой с крыш, так что, когда ты нам понадобилась сегодня, мы знали, где тебя найти.
— Понадобилась вам? Что-то пошло не так?
— Главный вопрос, всё ли прошло правильно! Но я позволю другим ввести тебя в курс дела. Мы созвали собрание.
Мы перешли по мосту Пон-Нёф на остров Сите.
— Ты знала, — спросила она, — что первое поселение города было здесь, на этом острове? Существует легенда, что первые поселенцы — Парижане, — были выжившими из утраченного города Ис. Их звали людьми с корабля. Вот почему на гербе Парижа изображена лодка, а девизом её является «
Мы прошли мимо собора Нотр-Дам под бдительным оком гротескных каменных горгулий. Я вздрогнула, вспомнив скульптуру крыс, прогрызающих себе путь из земли.
— Я не видела ни одного фейри с тех пор, как приехала сюда.
Мы подошли к небольшому парку за собором на краю острова. Я огляделась в поисках друзей и фейри, но увидела только старую женщину, которая сидела на скамейке и вязала носки.
— Просто надо знать, где искать, — сказала она. И затем, кивнула старухе: — Бонжур, Мэри.
Мэри с неохотой издала ворчащий звук и щёлкнула спицами. Ограда за её спиной исчезла, оставив только зеленоватый туман — и теперь я заметила, что такого же зелёного оттенка были её постаревшие глаза. Эта зелень напомнила о Жилли. Раньше, чем я успела спросить не была ли эта француженкой-сестрой Жилли Ду, Лиллиан произнесла
— Рэйвен! — вскрикнула я, когда он обернулся.
Он бросился ко мне по траве и подхватил меня на руки. Он поднял крылья над нашими головами и поцеловал меня. Все сомнения, которые я испытывала последние недели, рассеялись.
— Мне так жаль, что я не смог прийти к тебе. Ван Друд…
— Знаю, знаю, — сказала я. — Тебе лучше держаться подальше.
Свет, пробивавшийся сквозь перья, испещрил его лицо. Он взял моё лицо в ладони и пристально посмотрел в глаза.
— С тобой всё в порядке? Этот монстр…
— Он не прикасался ко мне, — сказала я, но Рэйвен уже поднял мою руку и смотреть на сеть под перчаткой. Я отдёрнула руку: — Не надо! Не хочу, чтобы это перебросилось и на тебя.
— С чего тебе об этом переживать, если ты действительно в порядке? — потребовал ответа он. Он распутал крылья и отвернулся от меня: — Омар, ты уже придумал, как снять с неё эту штуковину?
Омар раздвинул свои длинные ноги и встал посмотреть на мою руку. Он взмахнул рукой над сетью и произнёс несколько слов на хинди. Сеть зашевелилась и начала раскачиваться туда-сюда, как раскачивается голова кобры от музыки флейты заклинателя змей, но затем она вновь опустилась и ещё глубже впилась в кожу. Я прикусила щёку, чтобы не заплакать.
— Боюсь, я пока что не освоил правильное заклятье, — печально сказал он.
— Но ты хоть как-то сместил её, — сказала я, попытавшись успокоить Омара и Рэйвена. — Уверена, ты выяснишь, как снять её. А пока… — я повернулась к остальным собравшимся.
Мисс Шарп поднялась и обняла меня. Долорес Йегер и Гас тоже здесь были.
— Я думала, ты отправился на поиски мистера Беллоуза в Арденны, — сказала я Гасу и затем, повернувшись, обняла Долорес. — А про тебя думала, что ты в Вене!
На ней была полосатая юбка и жакет, а через грудь была перекинута сумка посыльного. Она почему-то выглядела старше, словно повзрослела за считанные недели с момента нашей последней встречи.
— Мы летали в Арденны, но не нашли ни единого признака присутствия мистера Беллоуза или сосуда. Так что мы полетели в Вену, проверить Долорес…
— Гас перенёс меня сюда, чтобы я смогла доставить отчёт нашим друзьям, — сказала Долорес, жестом указав на остальных. Обнажённая женщина поднялась на ноги, её длинные чёрные волосы льнули вокруг неё, отождествляя одеяние: — Это Айла, — представила её Долорес. — Она шелки. Она из Британии и она представитель своего вида. А это…
Она протянула руку и один из «фонарей» спустился с изгороди и приземлился на её ладонь. Это был миниатюрный крылатый спрайт, очень похожий на сияющего спрайта, но облачённый в прозрачные слои марли, которые почему-то были более элегантными, чем деревенские наряды сияющих спрайтов. Я склонилась ближе, ожидая, что она коснётся крыльями моей кожи, чтобы поговорить… а она тут же чихнула мне в лицо.
— Прости, — сказала Долорес, — я должна была тебя предупредить. Огонёчки так общаются. Они родственницы нашим сияющим спрайтам.