Кеннет Харви – Брад (страница 34)
Брад кивнул. Мимо него проплывали смутные тени людей.
— А настоящий маньяк недалеко тусуется. Он немножко тронутый. — Щен покрутил пальцем у виска. Вид у него был смущенный, словно он кого-то оговорил. — Сильно тронутый. Я его знаю.
Щен подумал, что совсем разболтался. Лучше бы ему помолчать. Маленькое личико исказила гримаса. Мальчик уставился на тротуар и добавил:
— Он мой отец. — Но так тихо, что Брад его не услышал.
— Темно, — только и ответил он.
— Тот парень, что убил столько людей, — Щен говорил так, словно обсуждал всем известный факт, — он мой отец.
— Убил. — Брад вспомнил, как его отец резал коров и объяснял ему, что это не убийство. Убийство — это когда люди убивают других людей. Тех, кого Господь создал по образу и подобию Своему. В этом разница. Брад задрожал, понимая, что он наделал. Ему стало грустно и одиноко. И ужасно не по себе.
— Он в этот бар иногда приходит. Ты его увидишь. Я покажу. Тогда ты сможешь рассказать все фараонам, и они от тебя отстанут. Он хвастун.
Щен шагал впереди. Он расстроился, потому что дурак, похоже, совсем не радовался такой ценной информации. А ведь Щен ради Брада предал кровные узы.
Брад покорно шел за мальчиком. Тот почему-то все время ускорял шаг. Куда они торопятся? Неужели их кто-то преследует? Браду хотелось снять очки, но он помнил, что сказал его маленький друг: в очках его никто не найдет. В темном мире Брад в безопасности. Он невидим. Его станут искать. Злые духи никогда не отступают. Раз вырвавшись из огня, они преследуют свою жертву, пока не завладеют ее душой. Они охотятся за душами убийц. Но что это такое — душа и что они хотят у него отобрать? Это как рука или нога? А может, его душа в больших пальцах? Да ведь их и так у него нет. Может, у него уже давно отобрали душу? Брад заморгал и провел языком по зубам. А какая душа на вкус?
Брад замерз и очень испугался. Рубашка с короткими рукавами совсем не грела. И Щен уже не мог его успокоить. Куда его ведут?
Глава шестая
НЕОЖИДАННОЕ ОТКРЫТИЕ
Андрена давно легла спать. Джим обещал, что тоже скоро ляжет, но усталость отступила, и спать совсем не хотелось. Адвокат сидел на диване и старался собраться с мыслями. В молодости он занимался каратэ. И там ему показали символ, «инь-ян». Черное и белое. Две половинки. Надо разложить все по полочкам, разобраться как следует. Крайности не могут вечно смешиваться. Стив. Расстояние между ними. Кто из них черный, а кто белый? Символ прочно поселился в голове Джима. Мысли гнались одна за другой, изгибались, как половинки кружочка.
«Раздели их, — велел себе Джим. — Раз и навсегда. Растащи в стороны».
На каминной полке громко, будто насмехаясь над адвокатом, тикали деревянные часы. Стрелки уносили с собой надежду на ясность, на разделение черного и белого. Они напоминали о ненадежности и мимолетности всего сущего. Джим с трудом поднялся и подошел к камину. Ему хотелось разбить часы, вместо этого он стал к ним спиной и оглядел гостиную. Такая знакомая квартира. В этот поздний час она вдруг стала чужой и пугающей. Дыхание убыстрялось, сердце стучало все чаще. Неподвижная комната давила на психику.
Джим медленно вернулся на диван. Он боялся потерять сознание. Постоянный недосып и бурные переживания привели к приступам паники. Джим знал, что это такое. Много лет назад, еще когда учился в колледже на адвоката, он просыпался по ночам, не понимая, где находится, и задыхаясь. Сердце колотилось в горле, в ушах отдавались странные слова. Они подминали под себя сознание. Разделение. Точность. Слияние. Приятие.
Джим лег и зажмурился. Он начал глубоко и ровно дышать, задерживая выдох до счета «пять». Через минуту тело и душа успокоились, его окутала дрема Джим открыл глаза. Над головой белел потолок. Рядом с диваном стоял столик с газетами. Надо почитать. Забыть о Браде. Джим сел и взял газету. Пальцы погладили шершавые страницы. Он просмотрел первую полосу. Ничего интересного. Джим открыл следующую страницу и пробежал глазами заголовки. Сообщение об аресте убийцы. Фотография.
Сознание заволокла белая пелена. В ушах звенело. Все стало чужим: газета, даже собственные руки. Джиму казалось, что он заваливается набок. Черно-белая фотография. Человек на ней так похож на Брада Адвокат почти уткнулся носом в страницу. Потрясающее сходство. Джим поморгал, вдохнул поглубже несколько раз подряд и начал читать. Имени человека никто не знал. Полагали, что это он совершил ряд кровавых убийств. Невозможно! Но как похож! Это Брад. Как же он убил всех этих людей? Не мог он этого сделать. Если на фотографии и в самом деле Брад, то он невиновен. Джим все вглядывался в лицо на газетной странице. Да, это Брад. Точно.
Сквозь сон Андрена слышала, как ее зовут. Она перевернулась на другой бок. Вроде тихо. Девушка приподняла голову и вгляделась в темноту. Вот, опять. В дверях темнел смутный силуэт.
Она еще не совсем проснулась и никак не могла понять, что происходит. Голова клонилась к подушке, руки и ноги налились тяжестью.
Внезапно зажегся свет. Андрена вздрогнула и зажмурилась. Белое сияние пробивалось даже сквозь веки. Девушка с трудом выпростала руку из-под одеяла и прикрыла ладонью глаза. Голова упала на подушку. В ушах почему-то шуршала газета.
— Ты хоть знаешь, кто это? — закричал Джим.
Над кроватью невыносимо громко шелестели страницы.
Андрена приоткрыла один глаз. Нет, свет не такой яркий. Над ней нависала газета. И фотография. В животе похолодело. Девушка прищурилась, потрясла головой. Андрена начала понимать, что происходит. Ей стало страшно.
— Это Брад.
— Джимми, — простонала девушка.
Адвокат потрясенно смотрел на фотографию. В свете люстры его лицо казалось очень бледным, почти зеленным.
— Это и есть тот человек, о котором ты писала статью? Это он? Твое новое задание? Здесь нет твоей подписи. Где она?
Андрена потерла щеки и кивнула.
— Поверить не могу. — Джим вылетел из спальни, по дороге со всей силы ударив по выключателю.
Андрена лежала в темноте. Она окончательно проснулась. Натянутые нервы аж искрились от напряжения.
— Джимми! — умоляюще крикнула она, голос охрип и был едва слышен.
Андрена прокашлялась и снова позвала мужа. Между ними вставала почти зримая стена Джим не ответил. Надо подниматься. Но вылезать из кровати ужасно не хотелось. Девушка представила себе, что сейчас будет. Муж страшно разозлился. Нет, даже не разозлился. Он просто вне себя.
«Откуда мне было знать?» — подумала она и выбралась из-под простыни.
В дверях Андрена остановилась. Стал слышен тихий и ровный голос мужа Джим стоял к ней спиной и что-то удрученно говорил в телефонную трубку. Слов не разобрать, но Андрена и так знала, что он пытается найти брата. В конце концов, Стив ведь встречался с Брадом. Он должен быть в курсе всех подробностей этой трагедии.
Андрена тихонько чертыхнулась и шагнула на мягкий ковер. Неприятно стоять в одном белье посреди гостиной — уж очень беззащитной себе кажешься. Холодно. Глаза слипаются. Джим что-то говорит, глядя в пол. Спрашивает, где Стив. Похоже, на дежурстве. Она стянула с кровати простыню, закуталась и вернулась в гостиную. Рот раздирала зевота, приходилось прикрываться рукой, чтобы муж не заметил.
Джим попросил позвать другого полицейского, своего знакомого. Подождал, потом снова заговорил. Негромко и сдержанно, как подобает профессионалу.
— Куда его назначили?
Все это время Джим возил ногой по ковру, оставляя на ворсе широкие светлые полосы. Внезапно нога замерла Джим выпрямился.
— Какой пожар?
Глава седьмая
БРАД ВИДИТ СВЕТ
Щен с Брадом вошли в бар. Под потолком висели клубы табачного дыма. Завсегдатаи обернулись, с любопытством разглядывая гостей. Вышибала захлопнул за новыми посетителями дверь, и публика вернулась к своим занятиям — выпивке и разговорам. Впрочем, кое-кто еще долго не мог оторвать глаз от яркой одежды Брада. Ишь ты, белые штаны, сапоги ковбойские! Сразу видно: дельце обстряпал, деньжат срубил.
Ножки стульев заскрежетали по полу, для странной пары освободили проход. Давненько тут таких не видали. Один — сразу видно, важная птица, — в темных очках, голова как брюква, и выступает чинно. Другой — мальчишка — сияет, будто самого Бэтмена сюда притащил.
Брад нечаянно задел стул, это расценили как знак превосходства. Толпа затихла, все замерли. Человек, сидевший спиной ко входу, оглянулся через плечо, заметил темные очки Брада вкупе с бесстрастным лицом и сделал вид, что не интересуется ничем, кроме выпивки. Он принялся сосредоточенно изучать стакан, надеясь избежать драки.
В уголке прямо на полу примостилась стайка подростков в черном. Спинами они протирали намалеванный на стене багровый закат.
— Это «вороны», — объяснил Щен.
— «Вороны», — повторил Брад, разглядывая компанию сквозь густой дым. Он прищурился и подошел поближе. Подростки не обратили на это никакого внимания.
— Без крыльев.
— Это точно, — засмеялся мальчик и оттащил друга в сторону. — Один тут уже пытался летать, да асфальт помешал. Прикольные пацаны. Каждый со своим бзиком.
Еще несколько голов повернулись к ним с Брадом. Что, мол, за незваные гости?
Щен помахал человеку, восседавшему с женой и дочерью у барной стойки.
— Тоже чокнутая семейка. — Мальчишка спрятался за Брада, чтобы «чокнутая семейка» не услышала. — Всегда вместе пьют. Девчонка — здоровая кобыла, моя ровесница, а все с ними ходит. Предки никак ее отшить не могут. Ну и гудят втроем. Типа, семейный праздник. Я их тут сто раз видал. Даже как-то следить пытался, смешно ведь.