Кения Райт – Жестокий трон (страница 81)

Только она.

Ее пальцы сжались в моих волосах, и с ее губ сорвался тихий стон. Волна жара пронеслась по моему телу, разрывая остатки контроля, который у меня еще оставался. Я прервал поцелуй и прижал лоб к ее лбу, пока мы оба жадно ловили воздух.

— Я люблю тебя. Ты даже не представляешь, насколько. Ты не знаешь, что ты со мной делаешь.

Ее ладони скользнули вниз, обхватили мое лицо, и она провела большими пальцами по линии моей челюсти.

— Лэй, думаю, у меня есть представление, потому что ты делаешь то же самое со мной.

Я сорвал с себя тяжелый церемониальный мундир и бросил его на землю. Он упал прямо рядом с ее меховой шубой.

Она тихо усмехнулась.

— Ты выглядел в нем хорошо.

— Да? — я резко стянул рубашку, не заботясь о том, что пуговицы разлетаются в стороны или ткань рвется.

Но в ее взгляде уже не осталось и следа веселья. Вместо этого она скользнула глазами по моей груди, по мускулам, и в ее голосе прозвучало хриплое:

— Лэй…

— Да, Моник.

— У нас впереди пир. Что ты творишь?

Я бросил рубашку на землю и расстегнул верхнюю пуговицу на брюках.

— Ты голодна? Или… хочешь остаться здесь и насытиться друг другом?

Глава 25

Глубины страсти

Лэй

Если Моник думала, что уйдет из этого укрытого места, а я не возьму ее, не присвою ее полностью, то она была не в своем гребаном уме.

Одна только мысль об этом заставила мою челюсть сжаться, а руки зачесались от желания разорвать ее платье на куски.

Но все же я ждал, выжидал, словно хищник, выслеживающий добычу. Терпение никогда не было моей сильной стороной, не тогда, когда дело касалось ее, но сегодня ночью… этой ночью я позволю ей самой прийти ко мне.

Я стоял и смотрел на нее, пока светлячки танцевали вокруг нас, их мягкое сияние освещало ее лицо. Ее губы были припухшими от моего поцелуя. Ее грудь стремительно вздымалась и опадала, будто она пыталась отдышаться после всей этой яростной бури.

Боже, какая же она красивая.

Я опустил взгляд на ее руку, на которой сверкало мое кольцо, и ухмыльнулся.

Она вся моя.

И тогда Моник заговорила:

— Нет… я не голодна.

— Ты уверена?

— Лэй… я просто думаю о том, насколько сегодня все серьезно.

— Это серьезно. Это битва насмерть.

— Не говори так.

— Это правда.

— Но… ты не можешь умереть.

— Я не умру. Я просто хотел, чтобы ты знала, что я прекрасно понимаю, насколько эта ночь серьезна, и все же… — я склонил голову набок. — Я все равно хочу тебя выебать. Прямо здесь. Прямо сейчас.

Она облизнула губы.

— Уверен, Чен уже ищет меня.

— Слава Богу, он не знает об этом месте.

— И никогда не узнает. — Я поцеловал ее снова, на этот раз медленнее, вкладывая в прижатие губ все то, что не мог выразить словами.

С ее уст сорвался тихий стон. Мои руки скользнули по ее спине, притягивая ее еще ближе, пока я не почувствовал ровный стук ее сердца в своей груди.

Нет смысла ждать ее ответа. Она хочет мой член так же сильно, как я хочу отдать его ей.

Через мгновение я уже расстегивал великолепное платье, обтягивавшее ее тело. Еще больше светлячков слетелось к нам, закружившись вокруг, словно крошечные золотые звезды.

Не прерывая поцелуй, я опустил ее вниз, укладывая нас на мой мундир и ее шубу. Цветы под нами словно зажили собственной жизнью.

Она оседлала меня.

Верх ее платья соскользнул, и передо мной открылся ее атласный голубой бюстгальтер без бретелек. Я поднял руку и провел пальцами по линии ее груди.

— Может, нам и правда стоит попробовать сбежать. Сейчас мне уже плевать на битву.

Она улыбнулась.

— Я умею бегать. Я готова сбежать.

— Думаешь, мы смогли бы жить где-то в этих горах?

— Я с тобой до конца, Лэй. Я бы попробовала, если бы ты этого захотел. Мне понадобилась бы только птица или что-то в этом роде, чтобы передавать послания сестрам.

Усмехнувшись, я кончиками пальцев очертил изгиб ее ключицы. Она задрожала от моего прикосновения, а потом медленно потянулась назад и расстегнула бюстгальтер, позволяя ему упасть.

Черт.

Издав хриплый звук, я уставился на ее идеальные груди, такие круглые, полные, с темными сосками, которые умоляли, чтобы их взяли в рот.

Старый ублюдок… ты думал, что я позволю тебе забрать ее? Для этого тебе пришлось бы убить меня этой ночью.

Наши губы снова встретились.

И этот поцелуй был всем.

Таким чувственным.

Таким наполненным страстью и желанием.

Не прерывая этого поцелуя, я начал играть с ее грудями, лаская их полноту и запоминая каждую линию, словно карту, ведущую к несметным сокровищам. Она задыхалась прямо мне в губы. Я взялся за один напряженный сосок, потер его по бокам и слегка прищипнул.

Она откинулась назад и терлась своей киской об меня.

— Черт, Лэй.

— Я хочу выебать тебя до безумия. — Я щелкнул ее сосок пальцами. — Почему ты думала, что я поведу нас обратно к пиру?

— Я забыла, с кем я.

— Никогда не забывай этого.

— Достань свой член.

Я облизал губы.

— Хочешь оседлать его?