Кения Райт – Жестокий трон (страница 17)
— Ладно, — проворчал он. — Но, Лэй, нам нужно будет поговорить во Дворце.
— Лэю нужно отдохнуть, — плавно вмешался Дак, не дав Бэнксу разжечь новый спор. — Когда все окажутся по комнатам, идите отдыхать. Если кому-то понадобятся дополнительные услуги, банные принадлежности, ночной чай, одеяло потеплее или что-то еще, поднимите трубку и нажмите на кнопку с синей буквой S. К вам тут же подойдет человек и постучит в дверь, чтобы помочь. А вот если вы хотите поговорить с Лэем, то свяжитесь с Ченом завтра и запишитесь заранее.
В голосе Дака звучала такая четкая уверенность, что вся комната сразу притихла.
Бэнкс бросил в меня тяжелый взгляд:
— Понял. Но запиши меня на завтрашний обед, надо будет поговорить.
Я изо всех сил пытался сохранять спокойствие:
— Посмотрим, будет ли у меня время.
Бэнкс явно хотел сказать еще что-то, но Тин-Тин дернула его за руку.
К моему удивлению, Джо подошла с другой стороны:
— Эй, чувак. Давай просто ляжем спать, а с утра уже разберемся. Если Мони сказала, что с ней все будет нормально, я ей верю.
Тетя Сьюзи держала Хлою за руку:
— Я пойду с девочками, прослежу, чтобы им выдали нормальные комнаты и усилили охрану.
Я кивнул:
— Убедись, что они будут на моем этаже и под охраной лучших стражей Дворца. С ними ничего не должно случиться.
Тетя Мин убрала меч:
— Мы позаботимся о них, Лэй. А ты просто… отдохни сегодня. Утром ты и я выйдем на спарринг, будем готовиться к Лео.
Я моргнул:
— Ты и я?
— Я единственная, кто всегда его побеждал. Так что тебе стоит выучить мои приемы… раз уж… — она отвела взгляд, — раз уж даже я теперь хочу его смерти.
Я кивнул.
Все начали расходиться.
Дак ушел вместе со всеми, явно проследив, чтобы все шло как надо.
Я медленно спустился с последней ступеньки и повернулся к Диме, который остался, когда остальные покинули комнату.
Глава 5
Догадки во тьме
Лэй
На рубашке Димы все еще виднелись пятна крови Барбары, засохшие, потрескавшиеся, въевшиеся в ткань рукавов. Мрачное напоминание о том, что произошло этим вечером.
Он держал руки в карманах, но я ощущал, как от него исходит гнетущее, тяжелое напряжение.
Я сглотнул.
— Дима… Мне жаль. Мне нравилась Барбара Уискерс.
— Он не должен был ее убивать.
— Он и не убивал.
— Я хочу, чтобы он сдох, Лэй.
— Я знаю.
— Ты справишься?
— Да.
— Ты так говоришь, а люди продолжают умирать.
— Я принесу тебе его голову.
— Не придется приносить. Я сам буду на этом пиру. И на этой ебучей битве.
— Нет, ты не будешь. Это дело Востока…
— Это стало делом Синдиката «Алмаз», когда он схватил члена семьи банды Роу-стрит и убил мою кошку, полноправную участницу Цветочной мафии.
— Дима… он может использовать тебя против меня.
— Он уже это сделал, — Дима наклонил голову набок. — Честно говоря… я удивлен, что Роуз и я до сих пор живы.
— Что?
— Лео держал меня только для того, чтобы заставить тебя отпустить Моник.
Я плотно сжал губы.
— Я удивлен, что ты не дал мне сдохнуть.
Меня пробрало.
— Я знаю, ты ведь, наверное, хоть на секунду… может, на две… хотел этого.
— Это не имеет значения.
— Для меня имеет, — Дима вынул руку из кармана и провел по волосам. — Ты лучше меня.
— В каком смысле?
— Ради Роуз… я, возможно, бы…
Я сглотнул.
— Если коротко, то на той карусели мне было страшно.
— Даже если бы я захотел это сделать, Моник бы не позволила.
— Я тоже на это надеялся.
Он на мгновение замер, будто потерявшись в своих мыслях.
А когда наконец заговорил, его голос звучал неуверенно.
— Лэй… как думаешь, Барбара Уискерс сейчас на небесах с Виктором, Ромео и Шанель?
Я моргнул, сбитый с толку внезапной переменой.
Вопрос был до смешного простым, но в нем скрывалось куда больше, чем я ожидал от Димы. По крайней мере, не сегодня. Хотя, с другой стороны, он всегда был таким сложным, запутанным, таким, какого большинство не могло даже понять.
— Это глупо, что я спрашиваю? — В его взгляде пряталось что-то непривычное, какая-то неуверенность, совершенно на него не похожая. — Она же просто кошка, но…
Я глубоко вдохнул, не зная сначала, что ответить. Я не привык к таким разговорам. Да и кто из нас привык? Но у Димы всегда получалось замечать то, мимо чего другие проходили.