Кэндзабуро Оэ – Вырывай ростки, истребляй детенышей (страница 3)

Когда холодный вечерний воздух коснулся лиц полицейских и сумерки сгустились, к ним подъехал человек на старомодном велосипеде с огромным тусклым фонарем размером с собачью голову. Он заговорил с полицейскими, после чего погрузил велосипед в грузовик. Полицейские громко закричали, курсанты выстроились в колонну, и надзиратель наконец подбежал к нам.

– Ребята, полицейские сказали, что довезут нас на грузовике, – сказал он.

Мгновенно воспрянув духом, мы с криками вскарабкались в кузов. Когда грузовик с тяжелым скрипом тронулся с места, мы увидели, как курсанты строем двинулись в противоположном направлении по уже ночной дороге. Мы восхищенно наблюдали за этой картиной.

Сильно раскачиваясь из стороны в сторону, грузовик со скрипом поднимался вверх по крутой и узкой ночной дороге. Когда дорогу перегораживали оползни, вызванные недавними ливнями, нам приходилось вылезать из грузовика и обходить его спереди. Прищурив глаза от света фар, мы наблюдали, как грузовик медленно перебирается через опасный участок по красной глиняной жиже. Однако деревенский мужик средних лет, сидевший рядом со старомодным велосипедом с высоким седлом, курил самокрутки из чего-то едкого вроде диких трав и не желал вылезать. Казалось, мы его совершенно не интересуем, он просто молчал. Однако время от времени он бросал взгляд на наши тощие плечи и колени, в такие моменты его налитые кровью глаза быстро шевелились. Но затем он вновь терял интерес, и его взгляд становился вялым. Грузовик двигался все медленнее по неровной горной дороге, шум мотора отзывался в плотном ночном воздухе. Черная мелкая листва каких-то деревьев сжимала узкую дорогу с обеих сторон, а холодный, несущий тяжелый туман ветер, от которого было больно щекам, утихомиривал возбуждение и не давал ему разгореться.

Кроме того, грозные плечи сидевшего в конце кузова полицейского, который из-за сильного ветра плотно сжал губы, выглядели так внушительно, что никто не рисковал болтать. Полуночная поездка проходила бы в абсолютной тишине, если бы не стоны больного мальчика. Но всякий раз, когда фары грузовика освещали склоны, густо поросшие темными деревьями, напоминавшими высокие берега реки, или их свет проникал в глубь леса, откуда вдруг доносились ночные крики какого-то зверя, мы зорко всматривались в темноту, надеясь обнаружить прячущегося там дезертира.

Усталость от долгого пути, возбуждение из-за истории с дезертиром, тряска грузовика и надзор полицейского слились воедино и погрузили нас в глубокий сон, мы прижались головами к жестким, шершавым доскам кузова. Чтобы защитить детский сон брата, я подложил руку ему под голову, после чего и сам навалился на него и заснул.

Я уже привык просыпаться посреди ночи из-за ежедневных воздушных налетов, поэтому с привычным недовольством застонал и открыл глаза, когда услышал чей-то голос у уха и почувствовал, как меня трясет рука. Я обнаружил, что растянулся на досках в кузове, а мой брат упорно пытается меня разбудить. Все остальные уже вылезли из грузовика, а деревенский коренастый мужик навалился на задний бортик кузова и пытается перетащить через него переднее колесо велосипеда. Я быстро вскочил, отряхнулся и приподнял холодный мокрый руль велосипеда, чтобы помочь ему. Велосипед был довольно тяжелым, глядя, как от напряжения у меня задрожали руки, мужчина сдержанно улыбнулся. Когда он спустил велосипед на землю, я спрыгнул вниз, но мой брат замешкался. Тогда сильные руки деревенского жителя без труда спустили его вниз, и он смущенно засмеялся от щекотки.

– Спасибо, – вежливо низким голосом поблагодарил брат за неожиданную услугу.

– Не за что, – ответил крестьянин и взялся за свой велосипед.

В темном ночном воздухе за бледной полосой узкой дороги виднелся костер, который обступили со всех сторон люди. Полицейские и надзиратель подошли к ним. Деревенский мужик, неловко подпрыгивая на своем велосипеде, поехал вслед за ними. Мы стояли рядом с грузовиком, кожа на затылке покрылась от холода мурашками, мы наблюдали за взрослыми. Было холодно. Странный, невиданный прежде холод проникал в самое нутро, будто мы попали в совершенно другой климат. Я подумал, что мы и правда глубоко в горах. Прижавшись тощими плечами друг к другу, мы дрожали, как собаки. Но у этой дрожи было и другое происхождение. Напряжение, окружившее костер, словно плотная стена деревьев в лесу, вызывало резонанс и в нашей группе. Я молча наблюдал, как полицейские вошли в круг у костра и начали совещаться.

Вокруг полицейских шла оживленная беседа, но как бы отчаянно мы ни прислушивались, ничего не было слышно. Глаза привыкли к темноте, и теперь мы уже различали при свете костра многочисленные фигуры курсантов и неторопливо двигавшихся деревенских жителей с длинными бамбуковыми копьями и мотыгами. Казалось, там идет какая-то маленькая война. Сжавшись всем телом, мы наблюдали за происходящим.

Деревенский мужик вернулся из круга переговорщиков, на заднем багажнике его велосипеда были закреплены дрова. Он свалил дрова около нас и молча поехал обратно. Через минуту он опять приехал, сжимая в руках ярко горящий факел, с которого капало масло. Пока он ставил велосипед к дереву, мы уложили дрова и попытались разжечь костер. Но дрова никак не разгорались. Мы опасливо подбежали к краю леса, набрали охапку сухих листьев и веток, которые ломались легко, со звонким треском, после чего аккуратно разложили их вокруг костра. Когда крестьянин наклонялся к дымящим листьям, пытаясь раздуть слабый огонь, на его сильно загорелой, почти оранжевого цвета короткой шее, жилистой, несмотря на лишний вес, и почти без жира, проступали следы многочисленных ожогов.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.