Кендра Эллиот – Первая смерть (страница 5)

Слушать храп Андерса по дороге обратно в город Трумэн счел за благо.

Он доставил Биба в небольшой полицейский участок и как раз устраивал его в одной из трех камер, когда Ройс Гибсон просунул голову внутрь и наморщил нос.

– О, Господи, что это за запах?

– Обычная смесь алкоголя и немытого тела, – ответил Трумэн, вышел из камеры и запер дверь.

– Привет, Андерс, – поздоровался Ройс. – И когда же ты мылся в последний раз?

Трумэн смерил его взглядом. У молодого полицейского хватило совести смутиться.

– Я свободен от налагаемых правительством ограничений и не подчиняюсь законам Соединенных Штатов, – пробормотал Андерс.

– В таком случае считай это безопасным убежищем. Переждешь здесь, пока не сможешь ходить без посторонней помощи, – предложил Трумэн. Старик кивнул, лег на койку и снова захрапел.

– И никакого объединения, – весело резюмировал Дейли.

– Понятия не имею, что он имеет в виду, – заметил Ройс. – Я такое просто игнорирую.

– Он верит, что таким образом не подпадает под действие наших законов. Что-то насчет отсутствия юридического согласия между ним и нами… – Начальник городской полиции покачал головой. – Присматривай за ним. Я собираюсь провести вечер дома.

– Погоди-ка. Я пришел сообщить, что звонили из отделения ФБР в Бенде: они вызвали двух агентов из Портленда осмотреть… место убийства Биггса. Хотят, чтобы кто-то стал их проводником, поскольку преступление совершено более двух недель назад, а дверь на замке.

Ужин с бифштексом и печеной картошкой, о котором Трумэн мечтал весь день, внезапно отодвинулся на час. Или на два. Желудок протестующе заурчал.

– Обязательно именно сегодня вечером?

– Как я понял, они уже ждут снаружи возле дома.

Трумэн коротко кивнул и направился к двери. По пути прихватил ковбойскую шляпу, которую повесил на крючок, когда пришел с Андерсом, и надел ее на голову. Никто не мог шататься возле дома Джефферсона Биггса без его ведома.

Через пять минут Трумэн припарковался рядом с другим черным «Тахо» перед местом убийства двухнедельной давности.

Из машины вышли двое. Полицейский слегка удивился при виде женщины.

Может, я слишком долго пробыл в Иглс-Нест?

Ему случалось работать со множеством женщин на прежней службе в правоохранительных органах, а также в армии. А за полгода в этом изолированном уголке страны он стал превращаться в деревенщину. Среди его подчиненных не было женщин, однако, как говорили коллеги, ни одна никогда и не подавала заявку на службу в полиции.

На агенте мужского пола были темные очки и толстое шерстяное пальто; без головного убора. Он шагнул к Трумэну и протянул руку:

– Спецагент Эдди Петерсон. Спасибо, что пустите нас в дом.

Петерсон энергично пожал полицейскому руку и посмотрел уверенно.

Женщина вышла вперед. Трумэн едва удержался от того, чтобы приподнять шляпу, заметив, что она тоже протянула руку.

– Спецагент Мерси Килпатрик.

Ее рукопожатие оказалось не таким сильным, но зеленые глаза смотрели испытующе и смышлено. У Трумэна появилось ощущение, что она просветила его насквозь одним долгим взглядом и узнала все секреты. Ростом не ниже своего напарника, женщина была благоразумно одета в непромокаемую куртку с капюшоном и резиновые сапоги.

– Трумэн Дейли, начальник полиции Иглс-Нест. Буду признателен, если в следующий раз предупредите о приезде немного заранее.

Трумэн не удержался от легкой колкости: они отнимали у него время, а он проголодался.

– Приносим свои извинения, – ответил агент Петерсон. – Мы только что из дома Фейхи и хотим осмотреть места двух предыдущих убийств, пока первое еще свежо в памяти.

Трумэн нахмурился:

– Я слышал об убийстве Неда Фейхи. Думаете, оно связано с теми?

Мысленно он выругал Роудза, шерифа округа Дешутс. Шериф и не думал раскрывать подробности смерти Фейхи, так что теперь Дейли выглядит неосведомленным идиотом. Конечно, владения Фейхи находились в пределах округа, но Трумэн считал этого странного человека своего рода почетным жителем Иглс-Нест. Тот время от времени заходил в торговый центр «Джон Дир» и болтал с местными, которые собирались там по будням с утра выпить сомнительного качества кофе и обменяться сплетнями.

Спецагент Килпатрик отвернулась взглянуть на дом.

– Может быть, – ответила она. Полицейский не видел движения ее губ – только отблески дождевых капель на выбившихся из-под капюшона черных прядях.

Освещаемые последними лучами дом и хозяйственные пристройки выглядели одинокими, словно ждали возвращения хозяина. Над Трумэном нависло ощущение опустошенности, угрожающее похоронить его в нахлынувших воспоминаниях. Джефферсон Биггс никогда не вернется домой. Трумэн недавно переехал в Иглс-Нест поближе к своему дяде, а его больше нет. Смысл теперь оставаться здесь? За полгода он не слишком укоренился в городе.

– В доме еще есть электричество? – спросила Килпатрик. – С виду темно.

– Есть. Дом подключен к городской сети, но на всякий случай установлено несколько резервных систем питания.

– Хорошо, – капюшон Мерси качнулся от кивка. – Вы прибыли на место преступления одним из первых? Успели осмотреть его непосредственно до начала расследования?

– Я обнаружил его, – кратко ответил Трумэн. – Я сам заглянул к нему, когда он не пришел выпить кофе.

Килпатрик с любопытством посмотрела на полицейского.

– У вас был ключ от двери?

Ему захотелось съежиться под пристальным взглядом зеленых глаз.

– Он мой дядя.

Взгляд Мерси стал сочувственным.

– Примите мои соболезнования. Ужасно. У вас в городе остались другие родственники?

Трумэн ощутил, как вокруг сердца вырастают невидимые стены. После смерти дяди они поднимались уже не раз.

– Нет, из нашей семьи в Орегоне жили только мы двое.

– Вы не отстранились от участия в расследовании? – спросил Петерсон.

– Город маленький, следователей мало, выбирать не приходится. Кроме того, я хотел видеть каждый шаг расследования, чтобы удостовериться, что нигде не напортачили.

Килпатрик молча изучала собеседника. Он выдержал ее взгляд. Она могла выговаривать ему сколько угодно: это его город, и последнее слово за ним.

– Давайте зайдем и осмотрим, – предложила Мерси. – Покажите нам дорогу и поясните вкратце, что вы там нашли.

Трумэн сухо кивнул и повел чужаков в дом.

– У вас есть на примете подозреваемые? – поинтересовался Петерсон после того, как они обошли несколько луж размером с озеро, видимых в тусклом освещении.

– Ни единого. Я снял дюжины отпечатков пальцев. Девяносто девять процентов принадлежат моему дяде или мне, больше ничьих.

– Однако его арсенал пропал, – заявила Килпатрик.

– Да. До последнего пистолета.

На прошлой неделе Трумэн обнаружил, что на имя дяди зарегистрировано лишь два ствола. Он знал, что у Джефферсона Биггса их по меньшей мере тридцать.

Начальник полиции остановился у двери и вытащил ключи из кармана куртки. Дубликат дядиных ключей висел на старинной цепочке с эмблемой «Пабст Блю Риббон»[10]: такую Трумэн мечтал иметь в юности и завидовал ее обладателям. Он перебрал ключи, вставил один в замок и оглянулся на агентов через плечо:

– Готовы?

4

В памяти Мерси вспыхнули слова шерифа Роудза. Он назвал сцену убийства Неда Фейхи чаепитием по сравнению с убийством Биггса.

Что нас там поджидает?

– Все точно так же, как в тот день, когда я его нашел, – предупредил Трумэн.

Мерси кивнула начальнику полиции:

– Мы готовы.