Кэндис Робинсон – Тин (страница 6)

— Не благодари меня.

Дороти пошла по дороге из желтого кирпича, осматривая постаревшие дома. Ее сердце быстро билось, когда она распихивала орехи в карманы своего комбинезона, и раздавливая несколько, чтобы открыть.

Тин тоже съел немного и откусил сладкий фрукт, прежде чем они двинулись по желтой тропинке на Юг. Ветерок овевал их прохладой. Деревья мирно колыхались вокруг, пока Дороти наблюдала, как маленькие феи копошатся вокруг желтых и оранжевых фруктов.

Они уходили все дальше от страны гномов, где их окружал лес. Вдруг Дороти потеряла равновесие, споткнувшись.

Она посмотрела под ноги и ахнула, дорога была потрескавшейся и местами сломанной.

— Что случилось с дорогой из желтого кирпича?

Тин просто пожал плечами, проходя мимо.

— Что случилось? — снова спросила Дороти. Дорога стала не только бледно-желтой, но и с трещинами: некоторые кирпичи сломаны, другие пропали, как будто по некогда красивой дороге пробежал смерч.

— Большая часть Изумрудного города и его окрестностей были разрушены, — он снова небрежно пожал плечами. — Ни одна из территорий страны, не осталась той, что раньше.

— Но не Глинды, верно? Юг в порядке, не так ли? — все не могло быть так плохо, ведь они туда и направлялись, не так ли?

Он помолчал какое-то время.

— Ты задаешь слишком много вопросов. Мы идем туда, потому что там Лион.

— Я победила злую ведьму Запада, а мой дом рухнул на ведьму Востока. Все должно быть хорошо. Остались Локаста с Севера и Глинда с Юга. Они были хорошими и хотели поделить между собой территории, которыми правили злые ведьмы.

— Когда один злодей умирает, всегда появляется другой. Добро не всегда побеждает зло. Кроме того, почему тебя это волнует? Ты ушла из страны Оз, не оглядываясь назад.

Она схватила его за руку и развернула, ее гнев закипел.

— Я никогда не переставала оглядываться! Я ушла домой, Тин. Но это не значит, что я никогда не хотела вернуться! Я не могла! Ко мне никто не приходил, я никогда не находила другого портала, и люди в моем мире мне не верили. Меня держали взаперти месяцами. Люди причинили мне боль, физически и эмоционально. Ты хоть знаешь, что это такое?

Выражение его лица на мгновение изменилось, ненадолго, но что-то мелькнуло. Он выглядел так, словно хотел дать исчерпывающий ответ, но потом просто сказал: «Нет».

— Конечно, ведь твое сердце каменное, — гневно сказала она.

— А ты простая смертная, — он пожал плечами и пошел дальше.

Его слова взбесили ее, и она сжала кулаки. Дороти отправится на Юг одна, но не раньше, чем заставит его проявить эмоции.

Она сделала выпад и, схватив его топор, побежала вперед. Возможно, это было по-детски: украсть топор, но он ее безумно раздражал.

Позади совсем рядом послышались шаги, но Дороти ринулась вперед, быстро увеличивая пространство между ними. Через мгновение в ее тело что-то врезалось сбоку, повалив на землю. Она отпустила топор и крикнула Тину в лицо:

— Это нечестно! Пока меня не было, ты перенял привычки Лиона.

Но она смотрела не в серебряные глаза Тина, это был кто-то другой, с покрасневшими глазами и капающей слюной изо рта. Человек с гниющей кожей и длинными клочьями волос — смертный — тот, кто съел слишком много фруктов фей.

Когда мужчина щелкнул зубами у ее лица, Дороти уловила блеск стали. Оружие рубануло его по шее, и голова исчезла, а горячая кровь хлестанула на нее.

Все, что осталось, это безголовое тело, лежащее на ней и заливающее кровью.

Сильные руки схватили Дороти, неподвижное тело упало с нее. Пара серебряных глаз, сверкавших яростью, впились в девушку.

— Я говорил тебе, что Оз уже не тот, — процедил Тин сквозь зубы. — Теперь, я надеюсь, ты поняла это?

Она быстро кивнула, скорее просто машинально. 

Глава 5. Тин

У людей и фейри не так много общего, но, очевидно, объединяло их нежелание прислушиваться к здравому смыслу. Дороти была в этом числе. Тин издал что-то между стоном отчаяния и рычанием, смотря на окровавленную женщину перед собой. Тело фейри-наркомана растянулось у их ног, голова находилась недалеко от тела, а кровь покрыла лицо и шею Дороти. Тин ожидал, что она заплачет или закричит. Хорошо, что девушка этого не сделала. Было бы намного хуже, если бы закричав, она нахлебалась крови. Что-то в плодах фруктов фейри делало кровь отвратительно горькой. Он узнал об этом, когда однажды убил такого человека в обмен на недельное проживание и пищу. Ему следовало догадаться, что хлынет изрядное количество крови, и должен был отойти подальше, но век живи, век учись… Более того, это опасно для Дороти, в крови были вещества из фруктов фейри, вызывающие зависимость.

— Ты уверена, что у тебя достаточно монет, чтобы совершать глупости? Потому что если тебе нечем заплатить — у меня нет причины спасать твою жизнь, — прорычал он.

Дороти дрожала в его руках несомненно от шока, смешанного со страхом.

— Ты просишь деньги в обмен на спасение моей жизни?

— Я беру плату за убийство. — Это стоило вдвое дороже, так как клиент бросился навстречу неприятностям и усложнил задачу. Тин отпустил ее, чтобы вернуть топор на бедро. Они остановятся у первого водоема, чтобы смыть кровь с оружия и одежды, прежде чем запах привлечет фейских тварей. — Поскольку ты этого не знала и с учетом нашей истории, на этот раз это было бесплатно.

Ее нужно доставить к Лиону и Ленгвидер живой, чтобы он мог получить за нее деньги, деньги, которые он заслужил в десятикратном размере с учетом трудностей. Но Дороти не нужно об этом знать, он лишь хотел напугать ее, чтобы держать в узде остаток пути.

Пока Дороти просто стояла и смотрела на обезглавленное тело, Тин соскребал мох с ближайшего дерева.

— Держи. Используй это.

Она взяла мох с его ладони и скептически выгнула бровь.

— Что я должна с этим делать?

— Вытри им лицо, — проинструктировал он. Дороти бросила мох на землю и вместо этого использовала руки, которые еще больше размазали кровь. Тин презрительно покачал головой. — Используй мох, вместо ткани.

— Так пойдет, — ответила она, вытирая руки о бедра.

— Ты предпочитаешь рискнуть с фейри нежели использовать мох? — недоверчиво спросил он.

Ее взгляд на мгновение метнулся к нему, как будто она пыталась понять, серьезно ли он говорит, прежде чем поднять мох с земли.

— Спасибо.

Тин не ответил на ее благодарность. Он дал ей мох, чтобы уменьшить запах и избежать заражения. Хотя, если быть честным, то заражение не имело большого значения, ведь он вел ее к Ленгвидер.

— Чисто? — спросила Дороти, протирая лицо. Кровь окрасила ее кожу в светло-розовый цвет, но мох собрал большую часть.

— Практически.

Дороти потянулась к тому же дереву, с которого Тин взял мох. Он наблюдал, как она пытается соскрести побольше мха, но получала лишь маленькие кусочки. Фейри какое-то время забавлялся над ее усилиями, прежде чем использовать свои перчатки с острыми наконечниками, чтобы отрезать кусок.

— Позволь мне.

Дороти потянулась к свежему мху, но Тин убрал свою руку вне ее досягаемости. Обеспокоенный блеск в ее глазах заставил Тина ухмыльнуться. Не говоря ни слова, он приложил мох к тому месту, где оставалась кровь. Она ахнула, когда он мягко провел от уха к подбородку. От этих ощущения и ее реакции, что-то заскрипело у него в груди.

Для смертной женщины она не была непривлекательной. Ленгвидер будет довольна ее тонкими чертами лица. Хотя, признаться, она была не совсем в его вкусе. За эти годы он получал удовольствие от нескольких искательниц острых ощущений, но никогда не знал их имен. Дороти была другой. Тин не должен был представлять то, как ее лицо будет пылать в агонии страсти. Но желание прикасаться к ней вспыхнуло внезапно и глубоко. То, что она всю ночь провела рядом с ним на узкой постели, только усугубило это желание. Она была такой теплой, такой доверчивой, когда прижималась к нему своим мягким телом, окутывая своим ароматом. Он ощущал его и сейчас, и член Тина напрягся. Будет ли она такой же на вкус, как и аромат ее тела?

Он резко отпрянул от Дороти.

— Достаточно для того, чтобы сохранить нам жизнь, пока мы не достигнем реки.

— Прости? — спросила она, задохнувшись. — Что ты имеешь в виду, когда говоришь «сохранить нам жизнь»?

Тин протянул руку, показывая на лес.

— Я имею в виду всех пикси, кобольдов и лепреконов, которые называют эти леса своим домом. Если ты думала, что наркоман — это худшее, что мы встретили…

Он специально пугал её, чтобы она вела себя послушно, Тин не думал, что кто-то из этих фейри нападёт на них. Его репутация убережёт противников от этого опрометчивого шага. Им стоит опасаться троллей и келпи обитающих у воды, так как они до сих пор держали на него злобу за то, что он убил одного из них, ради чешуи, из которой потом сделал броню. И то, и другое было реальной угрозой, но ему нужно было, чтобы Дороти не настолько боялась, чтобы не пойти с ним в лес. Он не собирался тащить её на руках, это бы замедлило его по дороге к Лиону.

— Ну что? Идём? — спросил Тин.

Дороти кивнула, затем быстро покачала головой.

— Одну минуту, — пробормотала она, возвращаясь к обезглавленному телу. Она наклонилась над ним и осторожно вытащила небольшой нож из ботинка. Прижав клинок к груди, Дороти поспешила обратно к Тину.

— Тебе это не понадобится, — он будет защищать ее, пока не передаст Лиону.