Кэнди Стайнер – Нечестная игра (страница 10)
– Внимательно. И у меня есть новости по поводу аукциона.
Она настороженно на меня посмотрела, бросив взгляд на дверь, которую я тщательно охраняла, а потом пожала плечами, словно даже не хотела утруждаться лишними вопросами. Шарлотта отвернулась и вошла в свой кабинет, а я не отставала от нее ни на шаг, слушая, как она надиктовывает список дел.
И мне отчего-то удавалось быть внимательной, несмотря на то что сердце заходилось в груди.
Глава 6
– Ну что, готов?
Стоя возле стадиона и словно волнуясь, что кто-нибудь нас подслушает, Джиана ломала руки и нервно стреляла по сторонам своими большими глазами. На утреннем солнце эти необыкновенные глаза бирюзового и золотисто-зеленого цветов, которых я раньше не замечал, казались еще ярче.
Ее опасения, что нас заметят, были ничем не оправданы. Почти все уже были на стадионе – разогревались и пытались побороть тревогу, которую уготовил нам всем этот день.
День отбора.
– Ты можешь отказаться, – сказал я.
– Нет, – поспешно ответила Джиана, покачала головой и расправила плечи. – Я в порядке, просто… – Она прикусила губу. – Слушай, я верю в то, что ты хочешь помочь
Она была вся на нервах, а когда глянула на облупившийся лак на ногтях, я увидел, что у нее дрожат руки.
– Но как я могу помочь тебе? – встряхнув головой, сказала Джиана. – Вызвать ревность у такой девушки, как Малия?..
Она не закончила мысль, просто прикусила щеку и взглянула на меня так, словно само собой подразумевалось, что к ней ревновать невозможно.
Я даже не удосужился подавить улыбку, когда обвел Джиану взглядом. Она оставила волосы распущенными, тугие кудряшки еще не успели высохнуть после душа, а макияж, если она его вообще наносила, был таким легким, что через тональник даже проглядывали веснушки на щеках. На носу у Джианы были очки в красной оправе в цвет клетчатой юбке и гольфам до колен. Она даже не догадывалась, какие сексуальные у нее ноги, как эта короткая юбка контрастировала со скромной рубашкой, застегнутой на пуговицы до самой шеи. Да любому парню-натуралу захотелось бы ее расстегнуть, а девушке – выглядеть так же соблазнительно, не прикладывая при этом лишних усилий.
– Уж поверь, – ответил я, неторопливо проводя взглядом снизу вверх, и посмотрел ей в глаза, – Малия умом тронется, когда нас увидит.
Джиана покачала головой и, повернувшись ко мне лицом, сцепила руки в замок.
– Может, пробежимся по плану еще разок?
– Я же говорил, что нужно было больше практиковаться.
Она отмахнулась от меня, всем своим видом выражая несогласие и дожидаясь от меня отмашки.
– Мы войдем туда вместе, держась за руки, и будем идти рядом. Пойдут слухи, – напомнил я ей. – После тренировки ты встретишь меня в столовой.
– И устрою сцену, подбежав к тебе и поздравив с тем, что ты попал в команду. – Она помолчала. – А ты уверен, что попадешь?
Я смерил ее недовольным взглядом.
– Ладно, – снова отмахнулась Джиана. – А потом… мы… поцелуемся.
Она залилась краской.
Я ухмыльнулся.
– Значит, поцелуемся. – Выгнув бровь, посмотрел на Джиану. – Точно уверена, что не хочешь отрепетировать эту часть?
Она закатила глаза.
– Размечтался!
– Просто предлагаю. Может, так успокоишься.
Джиана проигнорировала меня, выдохнув и поджав губы, а потом наконец перестала заламывать руки и распрямила плечи.
– Ладно. Пойдем, пока я не рухнула в обморок, или не передумала, или меня не стошнило, или все вместе взятое.
Она резко протянула мне руку, и я улыбнулся, переплетая наши пальцы. Стоило мне это сделать, как у Джианы перехватило дыхание, словно для нее было в новинку даже просто держаться за руки.
Я наклонился и прошептал ей на ухо:
– Подыграй и обыграй, Котенок.
Она зарделась, потупив взгляд, и я потянул ее к дверям, ведущим на стадион. Когда я просканировал свой пропуск, меня охватило чувство, напоминающее тревогу, а потом мы с Джианой вошли в роль.
Последние две недели мы были так заняты, что и поспать-то времени не хватало, не то чтобы определиться с планом действий в заключенной нами сделке. Осенние сборы проходили напряженно: ежедневные тренировки, включающие в себя силовые, встречи и просмотр фильмов. Джиана в эту горячую пору тоже была загружена: каждый день разбиралась с журналистами и умело управлялась со своими медийными задачами. Мы оба освобождались лишь поздно вечером, но были настолько без сил, что даже не обсуждали, что будет потом.
Я убедил ее, что лучшего дня для нашего дебюта в качестве пары, чем День отбора, не найти, и Джиана согласилась, но на этом все.
Она сдержала обещание не лезть ко мне с просьбами пообщаться с прессой, а я сдержал обещание вести себя подобающе, зная, что в конце сегодняшнего дня меня ждет интервью, но сделка почти не обсуждалась. Мы, конечно, приступили к исполнению плана – задерживались после тренировки в раздевалке, гуляли по кампусу, но сегодня…
Сегодня узнают все, и начнется великая игра.
Когда мы прошли через двери и увидели, что в коридоре, ведущем к раздевалке, еще тихо и пусто, я ощутил, как задрожала в моей ладони рука Джианы. Я услышал приглушенные голоса и отдаленный стук бутсов и понял, что сегодня все будут думать о своем.
К концу тренировки мы узнаем, кто попадет в команду, кто начнет в стартовом составе, кто окажется на скамейке запасных, а кто и вовсе уйдет.
День отбора – колоссальное событие. На протяжении дня его будут освещать все спортивные каналы, а те жители страны, кому не плевать на студенческий футбол, будут смотреть его по телевизору и давать свое заключение. Даже в школе мы с товарищами по команде делали ставки и смотрели, правы ли в том, кто оказался в стартовом составе наших любимых команд.
А еще мечтали, что однажды и кто-нибудь из нас окажется на первом месте.
Мы с Джианой проделали, наверное, всего шагов пятнадцать, когда из спортивной столовки вылетел Лео Эрнандес. Он откусил огромный кусок от наполовину съеденного маффина и рванул в раздевалку. Однако, заметив меня с Джианой, от удивления чуть не споткнулся. С изумлением смотря на нас, он чудом не врезался в стену и вытаращил глаза, заметив, как мы держимся за руки, а потом метнул взгляд на меня.
Но потом только осклабился, еще раз откусил от маффина и молча припустил к раздевалке.
– Дыши, – сказал я Джиане и сжал ее руку, когда мы подошли к двери.
Я все продумал заранее, зная, что парни не успеют даже задать вопросы, как нас позовут на поле. Мы только дадим им повод поболтать, чтобы слухи дошли и до Малии, которая впервые в этом сезоне выйдет на поле вместе с нами в составе команды поддержки.
После нашего расставания я с ней не виделся.
Внутри все перевернулось от осознания, что сегодня закончится эта полоса. Мне придется смело предстать перед Малией и попытаться взять себя в руки в один из самых волнующих дней сезона. Я ни капли не сомневался, что попаду в команду, но беспокойство оттого не становилось меньше, особенно теперь, когда моя бывшая будет смотреть, как тренер вывесит списки.
Когда мы с Джианой добрались до открытых дверей раздевалки, я поднес ее руку к губам и запечатлел на ней поцелуй.
– Увидимся после игры, – прошептал я. Не знал, притворством ли это было или получилось по-настоящему, но застенчивая и вместе с тем соблазнительная улыбка, которой она окинула меня в ответ, была истинным искусством. Джиана кивнула, сжала мою руку, после чего вырвалась из моей хватки и помчалась по коридору к кабинетам администрации.
Я с улыбкой смотрел ей вслед, а когда повернулся к товарищам, на меня с любопытством смотрела добрая дюжина пар глаз.
Некоторым хватило приличия отвести взгляд, они сделали вид, будто заново завязывают бутсы, разминаются или чем они там занимались до моего появления. Но другие даже не соизволили – например, Зик Коллинс и его девушка Райли Ново, которые с одинаковым любопытством за мной наблюдали. Холден тоже открыто пялился, а Кайл Роббинс самодовольно улыбался.
– Так-так-так, – сказал он и обхватил меня рукой за плечо. – Что это такое, Большой К? Уже нашел себе девку?
Я стряхнул его руку, сделав вид, будто разозлился, но вместе с тем и хитро заулыбался, отчего Кайл только сильнее захотел выведать у меня информацию. К счастью, я правильно подгадал время, и помощник главного тренера дунул в свисток, дав понять, что нам пора выходить на поле.
Быстро натянув джерси и бутсы, я замешкался, пропустив остальных вперед. А потом выбежал, держа в руке шлем.
И на какой-то миг совсем позабыл о Джиане и Малии.
Выбегая вместе с командой, я даже не глянул в сторону чирлидерш, которые уже разминались на боковой линии. Мы собрались в центре поля, где нас ждал тренер Сандерс, готовый произнести напутственную речь. Я мигом очутился в привычной уютной атмосфере, которая существовала для меня только на футбольном поле. Пахло дерном, и, стоя на поле, я словно очутился дома после тяжелого рабочего дня, а когда опустился на колено рядом с одним из приятелей, защитником, наконец почувствовал себя полностью собранным.
Обычно тренеру приходилось дуть в свисток, чтобы заставить нас замолчать перед тренировкой, но сегодня никто не проронил ни слова. Мы стояли вокруг него на коленях, положив одну руку на ногу, а другую – на шлем, и ждали.