Кендалл Райан – До упора (страница 38)
После, наверное, полудюжины поцелуев Оуэн выходит, и я зашнуровываю свои спортивные туфли для утренней пробежки. Бег всегда помогает прояснить голову, и мне нужно серьезно подумать о том, что я собираюсь сказать Элизе.
Где-то на второй миле картина складывается. Этот разговор должен быть о чувствах Элизы и нашей дружбе. Потому что, что бы ни случилось, я не хочу потерять нашу дружбу.
Пробежав всего три мили, я запрыгиваю в душ, а затем мчусь в кафе, чтобы встретиться с Элизой. Когда я вхожу, она уже стоит у стойки, делая заказ.
Несмотря на то что вчера вечером Элиза выпила на четыре восклицательных знака, выглядит она удивительно собранной. Ее волосы уложены свободными волнами, спадающими на плечи ее просторного розового свитера. Когда она замечает меня, я слышу, как она добавляет к своему заказу второй латте с миндальным молоком. Она слишком хорошо меня знает.
Как только мы устраиваемся за угловым столиком, я едва успеваю сделать глоток, как Элиза поднимает тему, которую мы должны были обсудить.
– Итак, ты и мой брат, а? – Она вскидывает бровь, и в ее взгляде больше любопытства, чем огорчения. Может быть, она не так сильно злится из-за всего этого, как я думала.
– С некоторых пор. – Я пожимаю плечами. Пока я опущу подробности ситуации. Важнее убедиться, что наша дружба не пострадала. – Ты ведь не злишься, верно?
– О, боже, Бекка. Конечно, нет, – выпаливает она, затем задумчиво хмурится. – Ну, я немного расстроена тем, что ты мне не рассказала. Но я вполне понимаю это. Я бы себе не рассказала на твоем месте.
Прохладная волна облегчения окатывает меня. С «немного расстроена» я могу справиться, главное – она не злится. В конце концов, если бы мы с Элизой не стали лучшими подругами, то и с Оуэном тоже не подружились бы. И я никогда не позволю ничему встать между мной и Элизой. Особенно парню. Пусть даже этот парень – ее брат.
– Как бы там ни было, – говорит она, ставя латте на стол, – я бы соврала, если бы сказала, что не волнуюсь. Мы обе знаем, что у Оуэна не самый блестящий послужной список, когда дело касается женщин. Я просто не хочу, чтобы тебе было больно.
Я стираю пенку со своей верхней губы.
– Вполне понимаю. И ценю, что ты беспокоишься за меня. Но все хорошо.
– Рада слышать, – отвечает она, кивнув. – Не пойми меня неправильно. Я рада за тебя. Просто не хочу, чтобы твое сердце разбилось из-за любви Оуэна к случайным связям.
Тот нервный узел, который так и не появился в животе сегодня утром?
Я нервно жую нижнюю губу в поисках нужных слов.
– Ну, я не уверена, что наша связь случайна.
Ее глаза распахиваются от удивления.
– Правда? Ты уверена?
Внутри у меня все переворачивается, и я сомневаюсь в том, что Оуэн сказал мне прошлой ночью.
Что он там сказал? Он не знает, как быть хорошим парнем? Я решила, что он хочет попробовать, но, может, я неправильно его поняла. Может, он хотел сказать, что не создан для отношений и не ищет их. Две невинных рюмки текилы после почти месяца трезвости могут серьезно сбить восприятие.
Элиза права. Любой, кто знает Оуэна Пэриша, в курсе, он – король случайных встреч. И это мне не подходит. Я не хочу чувствовать боль и знаю, что, получив Оуэна, я получаю и все его прошлое вкупе с репутацией.
Но я должна верить в то, что я – иная. То, что у меня с Оуэном, никогда не было ни с кем другим. Когда он притягивает меня в объятия, я чувствую себя так, будто нашла что-то давно потерянное. И то, как он смотрит на меня, заставляет меня верить, что он чувствует то же.
– Я ни в чем не уверена, – говорю я, слегка улыбаясь. – Но одно я знаю наверняка. Я пойду до самого конца.
И остается только надеяться, что мое сердце не разобьется по пути.
Глава 21
Уверенность в изобилии
Оуэн
Взгромоздившись на один из табуретов в моей кухне, Бекка смотрит, как я готовлю для нее. Сегодня я делаю куриную пикату. Она хотела помочь, но мне нравится кормить ее, поэтому я дал ей единственное задание: нарезать лимоны, с чем она быстро справилась.
– Спасибо, ангел, – говорю я, забирая у нее разделочную доску и лимоны.
– Ты это серьезно говорил? Все, что сказал тогда в машине?
Я недоуменно смотрю на нее.
– Конечно.
Она улыбается.
– Мы пили кофе с Элизой и… – Она качает головой. – Не важно.
– Эй. – Я пересекаю кухню, чтобы встать перед ней, и провожу большим пальцем по ее щеке. – Это важно для меня.
Она облизывает губы, играя с вылезшей ниткой на подоле футболки.
– Она сказала, чтобы я была осторожней.
Дерьмо. Можно было предвидеть. Моя сестра не самого высокого мнения о моей способности быть порядочным человеком. Хотя, должен сказать, я не ожидал, что она попытается предостеречь Бекку от меня.
– Она не хочет, чтобы ты пострадала.
Бекка кивает.
– Да, что-то вроде того.
Я касаюсь губами ее губ.
– Тут мы с ней солидарны.
Она улыбается и целует меня еще раз.
– Сколько еще ужину готовиться? – спрашивает она, бросая на меня страстный взгляд.
Я гляжу на таймер микроволновки.
– Двадцать восемь минут. А что?
Не ответив, Бекка спрыгивает с табурета, хватает меня за руку и тянет за собой в спальню.
Едва ли не через тридцать секунд она уже голая у меня на коленях, трется всеми этими прекрасными изгибами о мою грудь, заставляя меня рычать в предвкушении.
Я беру презерватив с прикроватной тумбочки и надеваю его. Ее язык проводит линию вдоль моего горла, пока она дразнит меня, ерзая бедрами по моему вставшему члену.
Какое-то неожиданное чувство поднимается во мне, и я закрываю глаза. Эта девушка, наша связь, все это было так неожиданно, а теперь я не могу представить свою жизнь без нее.
– Хочу тебя внутри, – бормочет она, поднимая колени, чтобы найти нужный угол.
Я помогаю ей, поддерживая член, пока она медленно насаживается на него.
Вот так и выглядит рай.
Она громко стонет, отчаянный звук, от которого сводит яйца.
– Ангел, – рычу я, поглаживая прыгающие груди.
Бекка экспериментирует, двигает бедрами, ища ритм, который бы ее удовлетворил. Я слышу прерывистое дыхание, и мне требуется секунда, чтобы понять – это я. Нет больше той робкой девушки, что нуждалась в моей помощи, на ее месте – неотразимая женщина, которой я не могу насытиться.
– Стой, стой, стой, стой, – задыхаюсь я.
Она смотрит на меня широко раскрытыми глазами, замирая.
– Что такое?
– Ты, мать его, убьешь меня. –
Ленивая улыбка трогает ее губы, когда она склоняется поцеловать меня, и длинные волосы скользят по моей груди.
– Думаю, ты справишься, разве нет?