Кен Лю – Стена Бурь (страница 122)

Флот из этих кораблей льуку, усиленный несколькими судами, которые степняки в качестве пробы сил построили по канонам Дара еще при жизни адмирала Криты, получил приказ отправиться строго на запад, дабы попытаться отыскать острова Дара. Льуку никогда не заплывали далеко в океан, веря, что его однообразное пространство простирается в том направлении до бесконечности. В большинстве своем их корабли ходили вдоль берега, перевозя товары для торговли или воинов для набегов. Но теперь льуку знали, что за горизонтом есть земля, а потому все мужчины и женщины на борту были исполнены рвения и радостных ожиданий.

Однако обратно вернулся только один из этих кораблей, год с лишним спустя, и доставил весть, что путь на запад непроходим. Флот сумел пересечь океанское течение в той области, где оно замедлялось, как и было отмечено в журналах Криты. После этого он оказался неподалеку от Стены Бурь, тоже описанной адмиралом.

Уцелевшие говорили о завесе из циклонов, встающей от моря до неба. Долгие месяцы корабли плыли сперва на север, а затем на юг, в надежде отыскать открытый проход, но так ничего и не нашли. Обескураженный командир эскадры приказал отважно ринуться прямо в бурю, но та оказалась такой яростной, что все прочие суда льуку погибли, а этому только чудом удалось вовремя отойти. Затем один из циклонов отделился от стены и, словно был наделен собственным разумом, несколько дней упорно гонялся за уцелевшим кораблем, играя с ним, как кот с мышью. И лишь по чистому везению капитану удалось оторваться от преследования и вернуться с докладом на родину.

«Пэкьу стоит оставить свою мечту, – заявил устрашенный капитан, – похоже, дорогу в рай охраняют яростные демоны моря и воздуха».

Но Тенрьо не сдался. Он приказал казнить спасшихся моряков за то, что проявили трусость и посмели ослушаться приказа: им было велено найти проход к островам Дара, а не возвращаться назад, поджав хвосты, с жалкими уверениями, что сие невозможно.

Была отправлена вторая экспедиция, чтобы довершить то, чего не сумела сделать первая.

– Полное повиновение! – пророкотал пэкьу Тенрьо. – Запомните это!

Однако судьба нового флота оказалась еще трагичнее: прошел год, а ни один из кораблей так и не вернулся. Кое-кто из самых преданных Тенрьо танов ворчал, что бескомпромиссный приказ пэкьу, видимо, побудил участников второй экспедиции сбежать и попробовать найти приют на каких-нибудь необитаемых островах, предпочтя жизнь отшельников верной смерти, будь то от Стены Бурь или от руки властителя.

Пэкьу признал наконец, что его план завоевания Дара не что иное, как несбыточная мечта, и больше не говорил об этом.

Уцелевших пленников распределили по племенам как обычных рабов, и льуку вернулись к кочевой жизни в степи, видения рая постепенно выветрились у них из головы. Флотилия городов-кораблей стояла на якорях у берега под охраной специального подразделения армии льуку и дюжины гаринафинов. Время от времени агоны, которых вынудили переселиться в самые неприютные районы степи, устраивали бунты, и тогда Тенрьо отряжал отряды на их подавление. Но в остальном жизнь вернулась к привычному для большинства туземцев укладу.

А затем, пять лет спустя после отплытия второй экспедиции, на берега Укьу и Гондэ выбросило обломки кораблекрушения. Вырезанные на кости изображения красноречиво свидетельствовали о том, что это остатки второй экспедиции флота.

Да вот только флот этот, покинув Укьу, отплыл на северо-запад, а обломки принесло с юго-востока.

– Это и был тот самый ключ, который помог мне разгадать тайну течения, – сказал Луан Цзиа.

– Ключ?

Луан объяснил, что Кудьу и Вадьу попросили его найти путь обратно в Дара, и он внимательнейшим образом изучил записи, которые ему показали. Район и время обнаружения обломков кораблекрушения помогли ученому совершить настоящий прорыв.

– Это кольцо, – пробормотал он. – Великое океанское течение описывает круг.

– К такому же выводу пришел и пэкьу Тенрьо, – кивнул Ога Кидосу. – Течение, которое принесло нас сюда, подобно змею, кусающему свой хвост. Если бы адмирал Крита продолжил следовать ему, даже когда оно замедлилось близ берегов Укьу, нас принесло бы обратно к островам Дара.

– Надо полагать, что мы с Дзоми, твоей дочерью, обнаружили обломки того же флота, – промолвил Луан.

И он рассказал Оге о фантастическом видении, посетившем Дзоми в бытность ее еще ребенком, и про то, что его собственное стремление исследовать север подстегнули именно таинственные находки с вырезанным по кости стилизованным изображением гаринафина.

– Получается, экспедиция Мапидэрэ вдохновила отправку двух флотов пэкьу Тенрьо, а те, в свою очередь, привели сюда вас, – с удивлением отметил Ога Кидосу. – Какая удивительная череда совпадений.

– Представляющая собой такое же кольцо, как и океанское течение, соединившее нас, – ответил Луан Цзиа. – Возможно, оглядываясь на свой жизненный путь, мы понимаем, что за подобными совпадениями стоит сама судьба.

Ога покачал головой и хмыкнул:

– Философ из меня неважнецкий. Я могу лишь сказать, что обломки этого второго флота навели пэкьу Тенрьо на мысль, что существует некий северо-западный проход в Дара. Флот вторжения должен отплыть на северо-запад, снова войти в течение и следовать ему, пока не прибудет в Дара. Мечта пэкьу Тенрьо о великом завоевании снова ожила. Он отрядил для проверки маршрута третью флотилию, на этот раз строго-настрого приказав морякам не подвергать себя ненужному риску и раздобыть ценные сведения. Эта экспедиция вернулась спустя год с докладом, что течение действительно вынесло их в северную часть Дара, где кораклям лишь ценой огромных усилий удалось вырваться из потока. Но, увы, Стена Бурь была и там…

– …о чем нам обоим прекрасно известно, – перебил собеседника Луан Цзиа и легонько хмыкнул.

– Образующие Стену штормы там перемещаются хаотически и угрожают поглотить любые приблизившиеся корабли. Хотя третий флот целых три месяца держался близ Стены Бурь, однако морякам так и не удалось найти проход. А попытка пойти через нее напролом привела бы к повторению трагедии, постигшей вторую экспедицию. Пэкьу Тенрьо собрал всех рассеянных по степным племенам пленников из флота адмирала Криты и бросил нас в темницу.

– Потому что хотел выведать у вас тайну прохода через Стену Бурь? – спросил Луан.

Ога устало кивнул.

– Не важно, сколько раз мы повторяли, что прошли через Стену исключительно благодаря удаче, сами не зная, как это работает. Пэкьу упорно отказывался поверить. Пытки были безжалостными, и некоторые из пленников, не в силах терпеть боль, давали ответы. Совершенно очевидно, что все эти навигационные приемы оказались фикцией, что выявилось в ходе последующих экспедиций, и обманщиков казнили. Долгие годы я слагал эпос о пэкьу Тенрьо – вы наверняка слышали обрывки из него. То был способ выжить, и я развлекал правителя в надежде, что мне удастся при помощи вымышленного рассказа пробудить в его сердце добрые чувства, смягчив исконно присущие ему жестокость и воинственность. Так, по преданию, Тутутика раздает мужчинам и женщинам волшебные зеркала, в которых они выглядят прекраснее, чем на самом деле, и тем самым подвигает их становиться лучше. Но перед лицом таких ужасов я не сумел сдержать язык и однажды сочинил главу, где пэкьу выглядел таким, какой он есть: человеком, видящим прекрасный сон, который на поверку обращается для всех лишь кошмаром. В приступе ярости Тенрьо изгнал меня прочь и бросил сюда, чтобы я осознал свои проступки. Я уже потерял счет дням, проведенным в этой лишенной солнца темнице. Я последний уцелевший из тех, кто прибыл из Дара, и, как сами видите, едва ли протяну долго.

Луан Цзиа закрыл глаза и переосмыслил все, что случилось с ним со дня выхода на берег. Все оказалось ложью.

Разглядывая «Гитрэ юту» и обломки плота-змея, принц и принцесса льуку наверняка сообразили, что он крупный ученый, и разработали хитрый план. Они построили массовые могильники и состряпали фальшивую историю взаимоотношений дара и аборигенов. Воспользовавшись его инстинктами учителя и уязвимостью после мучительного путешествия, Кудьу и Вадьу обманом заставили Луана указать их флоту путь в Дара.

Вместо того чтобы везти тела умерших членов экспедиции Криты, флот доставит на Острова огромную армию и принесет гибель десяткам тысяч человек.

Хотя льуку уже знали, что океанское течение описывает кольцо, Луану они ничего про это не сообщили. Вероятно, то была проверка, действительно ли он так умен или просто делает вид, не обладая на самом деле знанием, как делали многие «повелители Дара».

Загадка, которую льуку так и не удалось решить, заключалась в том, как можно пробраться через Стену Бурь. Именно ее и предложили Луану. Кудьу и Вадьу задумали сделать его соучастником в величайшем из бедствий, которые когда-либо обрушивались на Дара.

Луан вздрогнул. А ведь это им почти удалось.

Стена Бурь, подобно цикаде, вылезающей из земли только в определенные годы или во время солнечных и лунных затмений, подчиняется определенному распорядку. Периодически в ней открываются проходы различной ширины и продолжительности. Луану Цзиа удалось наконец составить модель, в которую вписывались все накопленные факты. Используя эту модель, можно было предсказать точную дату образования в Стене Бурь очередного устойчивого прохода, через который мог пройти флот вторжения.