Кен Бруен – Стражи (страница 24)
— Ты алкаш?
— Не понял?
— Алкоголик? Ты из-за этого здесь, я угадал?
— Наверное.
— Так и знал. Издалека отличаю алкашей. У нас свои собственные антенны. Значит, ты проходишь курс?
— Чего?
— Алкогольный курс. Здесь — лучший в стране. Я тут несколько раз бывал.
— Не обижайся, Билл, но если здесь так хорошо лечат, как вышло, что ты попал сюда… снова?
— Скажу тебе честно, Джек, люблю я выпить. Когда ухожу в запой, то звоню сюда и прошу забронировать мне место. Попадаю сюда два-три раза в год.
— Господи!
— Не кривись, ты сначала попробуй. Там, в мире, как в аду, и приятно знать, что существует этот рай.
Я невольно содрогнулся. Он взглянул на меня. Я сказал:
— И удалиться от мира.
— Здесь тебе вкатят либриум, приведут в норму.
Мимо прошел человек, наткнулся на меня, выпрямился и, шатаясь, пошел к двери. Билл ухмыльнулся:
— Это местная достопримечательность.
— В смысле?
— Этот парень. Посмотри, видишь, он шатается, как будто набрался. Раскачивается под свою внутреннюю музыку, весь день так. Господи, до чего же мне здесь нравится!
Я уже немного устал от Билла. Эти его восторги утомляли. Он спросил:
— Вопросы есть?
— Гмм…
— Я в твоем распоряжении. Здесь нет ничего такого, о чем бы я не знал… И где тут что, могу показать. — И, к моему ужасу, он подмигнул, черт бы его побрал.
Если и доживу до ста лет, что очень сомнительно, то все равно не забуду этого подмигивания. Это что-то ужасное. Стараясь не показать, что я чувствую, сказал:
— Есть у меня один вопрос.
— Что угодно, готов служить.
— Где тут библиотека?
Вопрос его явно поразил. Он минуту размышлял, потом ответил:
— Ты шутишь…
— Послушай, Берт…
— Билл!
— Не важно. Я понимаю, что ты знаешь меня целых десять минут, но спроси себя, серьезно спроси: я похож на шутника?
— Нет.
— Итак… где библиотека?
Он смешался — хотел дать достойный ответ.
— На читателя ты не похож.
Пришла моя очередь рассмеяться. Если вы в дурдоме не рассмеетесь хотя бы один раз, значит, надо усилить дозу лекарств.
— Как, по-твоему, должен выглядеть читатель? — спросил я.
— Черт, откуда мне знать, такой серьезный козел…
— Билл, слушай, Билл, поверь мне на слово, я очень серьезный парень.
Он все еще никак не сдавался. Неудивительно, что из жителей центральной полосы получаются хорошие фермеры. Он затарахтел:
— Но ты же алкаш, сам признался. Откуда у тебя время читать?
— Между запоями. Когда назюзюкаюсь, я читаю.
— Никогда о таком не слышал. Между попойками я лежу в постели и… умираю.
— Я всегда любил читать. Я многое уже потерял, но за чтение еще держусь.
Он снова закурил и пробормотал:
— Тут не любят, когда читают.
— Господи, да мне на это плевать. Билл, так где библиотека?
— На втором этаже. Ты не сможешь пойти сейчас — после обеда ТТ.
— Что такое ТТ?
— Трудовая терапия. Корзинки делаем.
Только этого мне не хватало. Корзинки делать.
Появились медсестры с подносами лекарств. Я получил свой либриум и сказал Биллу:
— Увидимся позже.
— Но сейчас трудовая терапия!
В моем голосе зазвучал металл:
— Моя терапия — книги.
Я слышал, как Билл пробормотал:
— Первый раз вижу такого странного алкаша.
* * *
Книги в моей жизни были всегда. В моей переменчивой судьбе это единственное, что неизменно. Даже Саттон, ближайший друг, однажды воскликнул: «Что это ты все читаешь, парень, еж твою мышь? Ты же был полицейским, черт побери!»
Вот вам ирландская логика в ее лучшем проявлении.
Я тогда сказал ему то, что потом много раз повторял:
— Чтение приводит меня в восторг.
Он ответил со свойственной ему наглой самоуверенностью: