Келли Сент-Клэр – Мечты о свободе (страница 8)

Я наклоняю голову.

Он улыбается.

— Ты собираешься приступить к осуществлению миссии, которую не выполнял никто другой. Если бы ты не смогла убедить меня в своём праве быть Татум, как бы ты смогла убедить свой народ? Если ты сможешь показать им то, что только что показала мне — эту непоколебимую веру — тогда Солати пойдут за тобой в огонь Четвертой Ротации, — он смотрит на Короля. — Это то, чего я ждал.

Он кланяется, и я делаю ответный жест, моё горло сжимается от его трогательных слов. Потому что я даже не начинала анализировать тот ужас, который ожидает меня, как только я ступлю в Осолис. Я намеренно отрицала это. Мысль о том, чтобы предстать перед другими Солати, самой осуждающей расой, и показать свою истинную сущность, это жуткий кошмар.

Я убедила лидера Ире, что я могу сделать это.

Но сомнения борются с моей собственной убеждённостью.

И я могу только надеяться, что никто этого не увидит.

ГЛАВА 4

— Мой Король, я застала её за тренировкой.

Садра довольно пугающая, когда злится.

Её муж, Малир, командующий армией Гласиума, стоит в дверях прямо позади Джована. Я ещё не смотрела ему в лицо. Но Малир откровенно веселится.

Малир пользуется моим уважением с первых дней жизни на Осолисе, когда он был личным стражником Кедрика. Средних лет, боец высокой квалификации спас мою жизнь по дороге сюда. Он бросил вызов Блейну по пути в Гласиум и убедился, что со мной хорошо обращаются. Если бы решение моей судьбы было предоставлено Блейну, не знаю, выжила ли бы я в Оскале.

Я сижу на кровати, задыхаясь, и стараюсь не выглядеть виноватой. Я знаю, что пот, пропитавший мою рубашку, может выдать меня. Я не могу поверить, что Садра донесла на меня!

— Сейчас? — ледяной голос Джована ударяет по мне.

Может быть, он не так зол, как звучит. Я заглядываю ему в лицо.

Он зол.

— Оставьте нас, — приказывает он.

Прежде чем уйти Садра в последний раз неодобрительно покачивает головой. Она толкает Малира в грудь, и ухмылка сходит с его лица.

Джован пристально смотрит на меня, скрестив руки.

Я закрываю лицо и падаю обратно на кровать.

— Не начинай.

— Поверь мне, моя жизнь была бы намного менее напряжённой, если бы мне не приходилось этого делать.

Я приподнимаюсь на локтях.

— Что это должно значить?

Он остаётся стоять у закрытой двери. Его челюсть стиснута. Это выражение у него появляется, когда он хочет образумить меня.

— Ты не готова к тренировкам.

Я потираю подбородок предплечьем.

— Мне нужно восстановить свою форму, если мы отправляемся на следующей неделе.

Моё замечание встречает тишина.

Когда я поднимаю взгляд, лицо Джована — безучастная маска. Замечательно. Он делает круг в мою сторону и приседает передо мной. Маленькая капелька внутри меня предупреждает, что мне не понравится то, что он скажет дальше.

Он берёт меня за руки.

— Ты слишком больна, чтобы отправиться вместе с армией.

Я открываю рот, и он торопиться продолжить свою речь.

— Ты доведёшь себя до изнеможения. И замедлишь мужчин.

— Прошу прощения? — от возмущения мой голос становится пронзительным.

— Нам потребуется шесть недель, чтобы добраться до Осолиса.

— Как я могу свергнуть свою мать, если меня там не будет? Как я смогу убедить людей следовать за нами? — выговариваю я.

Это невероятно.

Джован сглатывает.

— Ты можешь остаться здесь ещё на пять недель и нагнать нас.

— И как?..

Он поднимает бровь.

— Флаер.

Мои щёки начинают гореть. Это было возможно, я совсем позабыла об этом. С Флаером я могла пересечь Оскалу за считанные дни. Но не в этом суть!

— Я справлюсь.

Я вырываюсь из его хватки и складываю руки на груди. Его взгляд опускается вниз, туда, где моя рубашка намокла и прилипла к телу.

Он прочищает горло и встречается с моим прищуренным взглядом.

— И тогда ты будешь настолько измотана, что не сможешь поднять руку, не говоря уже о том, чтобы взмахнуть мечом.

— Так ты будешь там. Лидер Ире будет там. А будущий лидер Осолиса будет просто лежать в кровати?

Его глаза мерцают, а черты лица становятся твёрже. Он собирается сменить тактику. Джован встаёт во весь рост.

— Тогда тебе не составит труда приказать Хамишу отправиться с тобой.

Я закатываю глаза.

— Это другое.

— Он почти умер. Он провёл в постели дольше, чем ты.

Я встаю на ноги.

— И он не лидер народа!

Джован хищно застывает на месте, и я напрягаюсь, прежде чем вспоминаю, что он приказывает мне оставаться в стороне. У Короля Гласиума какие-то извращённые представления о том, что должен делать женский пол.

— Ты пытаешься оставить меня здесь только потому, что я женщина. Снова!

Его рёв настолько громкий, что я подпрыгиваю, едва сдерживая писк, который пытается сорваться с моих губ.

Глаза Джована пылают.

— Я пришёл сюда думая, что ты можешь быть разумной. Это не просьба. Ты останешься здесь и будешь лечиться!

— Я Татума Осолиса. Ты не можешь приказывать мне, как подданной, — заявляю я.

Джован вскидывает руки вверх и несётся к двери, едва не срывая её с петель.

— Стража! — кричит он.

В ответ на его громогласный крик раздаётся спешный стук от людей и копий.