Келли Сент-Клэр – Мечты о пламени (страница 62)

Я смутно различаю дом Санджея и Фионы. Фионы там нет. Все беспомощные члены ассамблеи находятся в замке. Я издаю громкий стон, вспоминая, что моя подруга беременна. Этот звук привлекает обеспокоенный взгляд Вьюги слева от меня. Бедный Санджей, наверное, сходит с ума.

Пока мы приближаемся к замковой решётке, мои глаза оценивают окружающую обстановку. Ничего необычного, кроме того, что ворота открыты, хотя должны быть закрыты. Где все тела?

— Брат, — спрашиваю я, доверяя его зрению, хотя моя вуаль снята.

— Путь чист, — отвечает он, ничуть не запыхавшись.

Я продвигаюсь вперёд, сохраняя ровный темп, замедляясь лишь по мере того, как поднимаюсь по гигантской лестнице к входу.

Одна из тяжёлых дверей приоткрыта.

— Что насчёт псарни? — шепчет Вьюга, предлагая альтернативный маршрут.

Малир жестом указывает Льду и Рону, которые отходят в сторону, чтобы проверить этот путь.

Через пару минут они приседают рядом со мной. Каура и Лео рысью бегут за ними.

Каура оставляет Рона и садится рядом со мной. Я рассеянно глажу её, нетерпеливо поглядывая на двух мужчин.

— Дверь псарни открыта, но двери на второй этаж и в главный коридор заблокированы. Должно быть, они поставили что-то с другой стороны, — отрывисто сообщает Рон, глядя на Лео.

Я прислоняюсь спиной к камню замка и наклоняюсь вперёд, чтобы заглянуть сквозь вход. Я подаю сигнал Льду, и он бросается в полумрак коридора. Остальные быстро следуют его примеру, а Малир движется сзади.

Замок устрашающе тих.

— Что-то не так, — говорит Санджей, повторяя мои мысли.

Не слышно писка детей, не слышно смеха женщин. Нет ни лязга, ни криков, ни звона разбитых тарелок и бокалов. Нет ни единого звука, к которому я привыкла за последние полперемены.

— В обеденный зал? — спрашиваю я Оландона.

Он это обдумывает.

— Или туда, или на тренировочный двор.

— В обеденном зале только один вход, — шепчу я. — Легче охранять и защищать, чем двор.

Рядом с тронным столом есть зал заседаний, но он не связан с остальной частью замка. Насколько я знаю, не связан.

Мы движемся шагом к сердцу замка, каждый мужчина в группе напряжён и готов к битве. Я вздрагиваю от скрипа ногтей Кауры по камню. Тяжёлые шаги Санджея звучат как падающие кирпичи. Но я прощаю его рассеянность, видя, как напряжены его глаза.

В поле зрения вырисовывается арочный проход. Без охраны. Пятеро дозорных лежат без движения, их позы неестественны и согнуты. Зияющие раны подтверждают их смерть. Малир быстро осматривает их на предмет признаков жизни. Командир смотрит прямо на меня, серьёзно покачивая головой.

Я осматриваю пространство в поисках других тел. По моим подсчётам, здесь должен быть ещё пятьдесят один человек.

Я делаю осторожные шаги в сторону арочного проёма. Почему-то мне вспоминается, как я впервые прошла здесь, расстроившись из-за слишком толстых стен, которые не позволяли разглядеть трон снаружи. С тех пор я узнала, что это было сделано для защиты. Так что убийца не мог выстрелить в Короля из коридора, но это означало, что теперь мне придётся полагаться на свой слух. К этому я уже привыкла. Мы задерживаем дыхание, напрягая все силы, чтобы услышать хоть что-то, хоть что-нибудь, чтобы сказать нам, что наша семья по-прежнему жива.

Хныканье ребёнка.

Я подношу дрожащий кулак ко рту и бросаю на Санджея полный надежды взгляд. Мой мозг мечется в поисках какого-нибудь плана. Нам нужно знать, во что именно мы ввязываемся, но очень высока вероятность того, что в попытке заглянуть через вход для ястребов, нас заметят по пути на крышу. И кто знает, кто погибнет, пока мы будем тратить время, пытаясь получить лучший обзор?

Я предлагаю остальным отступить в разветвляющийся коридор.

— Я пойду первой, — говорю я. — Нам нужно узнать больше, прежде чем вступать с ними в бой. Я войду одна. Слушайте внимательно, что я говорю, я постараюсь передать любую информацию, которую смогу, не вызывая их подозрений. Если их будет слишком много, вам нужно будет придумать другой план. Возможно, Элиту можно будет выманить на тренировочный двор и там пристрелить.

Малир сглатывает.

— Король снимет с меня голову, если я позволю тебе войти одной.

Я невесело ухмыляюсь.

— Малир, ты видел меня в драке. Ты знаешь, что Джован доверяет моим суждениям. И скоро ты ко мне присоединишься. Мы сохраним элемент неожиданности.

Он узнаёт в моих словах приказ и коротко кивает. Я достаю свою вуаль из-под туники и встряхиваю её.

— Со своей вуалью ты ничего не увидишь, — говорит Оландон.

— Это не будет проблемой, — отвечаю я. — Я должна войти в вуали, иначе они сразу же убьют меня. Будьте готовы. Без сомнений это закончится кровопролитием.

Я смотрю в глаза мужчин, все они верные друзья.

Напоследок я смотрю на Оландона.

— В твоих глазах огонь, братец, — замечаю я с мрачной улыбкой.

— И лёд в твоих, — отвечает он.

Я киваю остальным и накидываю вуаль на голову. Мне нужно задержать Элиту, чтобы получить у них информацию. Вид Татумы заставит их остановиться.

— Ждите моей команды, если только они не убьют меня сразу же, — инструктирую я.

— Будь аккуратна, девчушка, — говорит Лёд.

Я выпрямляюсь, моргаю, пока не получается различить угол зала, в котором мы сгрудились. Затем, оставив мужчин позади себя, мягкими шагами направляюсь к арке. Я думаю о том, что ждёт меня по ту сторону, и моё тело начинает гудеть.

Я Татума Осолиса, и я собираюсь защитить своих врагов от моего народа.

Я прохожу под массивным изогнутым входом в обеденный зал. Плечи прямые, шаги размеренные. Мои органы чувств сосредоточены. Мои уши улавливают вздохи и крики большой группы людей. Звук высокий. Это кричат женщины или дети. В моих костях поселяется облегчение. По крайней мере, кто-то ещё сохранил жизнь. Звуки доносятся из дальнего конца зала, где обычно сидят дозорные, дальше всего от платформы у трона.

Большая часть моего внимания сосредоточена на остальной части зала. Точнее, на жужжании выпущенной стрелы.

Жужжание меня не настигает. В отличие от голоса. Того, который я ненавижу.

— Как неожиданно, Татума Олина. Рад, что у тебя всё хорошо. В течение последней половины перемены мы боялись, что ты в плену или мертва, — по комнате разносится голос Харе. Моего мучителя.

В моих ушах звучит глубокий голос Джована: «Чушь собачья». Если бы только так было принято вести в игре в Осолисе.

— Действительно, Харе, — я говорю холодным, отстраненным тоном. — Ты будешь рад сообщить благоприятные новости моей матери, — я скрываю отвращение и продолжаю: — Я знаю, что армия Татум ждёт в Оскале, но не ожидала увидеть здесь Элиту.

Я поворачиваю голову на его голос, поглядывая по сторонам. Здесь, по меньшей мере, семь силуэтов. И я слышала стук ног по камню. Не знаю, есть ли ещё Элита или это испуганно шарахаются женщины и дети.

— Мы пришли перерезать ассамблею Короля, — отзывается он.

Его честность удивляет меня. Я гадаю, какую реакцию он от меня ждёт. Продолжай говорить, Олина.

— Кассий всегда был фанатом тактик Татум Ронсина. Тем не менее, вам повезло, что я прибыла раньше, чем вы успели последовать его приказу, — скромно говорю я.

Продолжаю размеренно идти по залу. Моё сердце замирает. Их здесь больше двенадцати. Драммонд был прав. Либо Элита расширилась, либо они привели подкрепление.

— Повезло — интересный выбор слова, Татума, — говорит он, не обращая на меня внимания, опуская моё имя в конце титула.

Я усмехаюсь.

— Ты смел, чтобы оскорблять меня, Элита. Или глуп. В любом случае, это многое говорит мне о ваших приказах.

Солдат напрягся, несомненно, злясь, что выдал себя.

— Как поживала моя мать, когда ты в последний раз видел её? — я вздыхаю и прикрываю рот рукой, когда мужчина дёргается. — Прошу прощения, Харе, надеюсь, я не оскорбила твои хрупкие чувства вопросом. Я слишком долго пробыла в Гласиуме, и мои манеры Солати страдают от отсутствия практики.

Вопросы были верхом дурных манер.

— Ваша мать процветает, как всегда. Сильна и прекрасна.

Я прикусываю внутреннюю сторону щеки, чтобы не рассмеяться.

— Без сомнения, ты подчеркнул слово «прекрасная» из-за вуали, которую я ношу.

Позади меня начинает плакать ребёнок. Я взмахиваю рукой в воздухе, отступая в сторону, чтобы оказаться спиной к скамейкам, а не к женщинам и детям. Если они выстрелят в меня, я не хочу уклоняться от стрелы, которая может попасть в одного из испуганных Брум позади меня.