Келли Оливер – Загадка исчезнувшей пумы (страница 7)

Я открыла рот, чтобы спросить у мистера Поттера разрешения поработать с микроскопом, когда дверь заскрипела, и я обернулась. Мозги всмятку! Опять Батлер. Хотела бы я, чтобы он был плодом моего воображения!

– Мисс О’Рурк, мистер Патель. Планируете какой-то новый проект? – Бакенбарды мистера Поттера двигались в такт его словам. Из-за проплешин это выглядело так, будто ему на щёки приклеили ёршики для мытья посуды.

– Да, – заявил Батлер. – Мы с Кейси работаем вместе.

Чтоб тебе пусто было! Я же хотела отделаться от Батлера. А теперь ещё и придётся с ним работать.

– Можно нам воспользоваться микроскопом? – спросила я. – Я… мы работаем над особым проектом. – Это было почти что правдой. Потому что я работала над особым проектом – а точнее, старалась найти нашего пропавшего котёнка пумы до того, как его захватит агент Охраны животных Стинки Киллджой.

– Да, точно, – подтвердил Батлер. – Очень особый проект.

Я старалась на него не смотреть, ещё, чего доброго, убью взглядом.

– Конечно. Очень рад, что вы, ребята, интересуетесь наукой. – Мистер Поттер махнул рукой в сторону рабочих столов. – Прошу, стол номер три. В науке очень важно уметь сотрудничать. И то, что вы работаете вместе, особенно ценно.

Бах! Взрыв застал меня врасплох. Келли Финкельман хихикала, прикрываясь ладошкой. Её соседка по парте, Джессика Доуби, хлопала глазами, как олень в свете фар, высоко подняв брови. Парочка чирлидерш, считавшихся самыми крутыми девчонками в школе.

– Проклятье! – Мистер Поттер рванул к их столу. – Что такое?

Вонючка Келли кое-как прекратила хихикать и пискнула:

– Мы нечаянно.

Из глаз Джессики покатились слёзы.

– Вы целы? – спросил мистер Поттер. – Проклятье! Ваши брови…

– Идём, – сказала я Батлеру и направилась к столу номер три. Тяжёлая вонь горелых волос перебила «Алка-Зельтцер» и заполнила лабораторию.

У стола номер три я вытащила из кармана шпионской жилетки пластиковый пакетик.

– Что это? – тут же спросил Батлер.

– Волос.

– Чей волос?

– Это я и хочу узнать.

– Ух ты! Круто! – Положив ладони на стол, он наклонился, чтобы лучше разглядеть улику.

– Я нашла его на месте преступления. – Я осторожно извлекла волос из пакета.

– Чума! А что за преступление?

«Да как тебе сказать… Воровство, похищение с вероятным закрытием нашего зоопарка». Не говоря ни слова, я поместила волос между двумя стёклами и положила его на столик микроскопа.

– Чумы достаточно. – У меня бешено билось сердце.

– Можно глянуть? – спросил Батлер.

– Ладно. Только не испорти улику. – Я отодвинулась, чтобы он мог наклониться к микроскопу.

– Ну и какой человек его потерял? – спросил Батлер.

– Не человек, а зверь, – поправила я. – Видишь, какая толстая медулла, а кутикула состоит из овальных пластинок?

– Медулла? Овальных? – пробормотал он.

– Медулла значит сердцевина. А кутикула – это наружный слой. Кутикула у этого волоса состоит из овальных чешуек – как у рыбы, только другой формы. – Я выдрала волос у Батлера и положила его под микроскоп.

– Ай! – он схватился за голову.

– У человека волос тоньше, пластинки не такой чёткой формы, они волнистые, как хлопья. Видишь, как на первом волосе переливаются разные цвета? А теперь сравни со своим.

– Ух ты! Откуда у такого чёрного волоса столько цветов, и пластинки такие чёткие? – Он улыбнулся, и на щеках появились ямочки. – А мой волос больше похож на змеиную кожу.

– У человека волос менее разнообразен по окраске и более разнообразен по форме чешуек. – Я достала волос из-под микроскопа и вернула в пакет. Очень удачно, что мама так подробно всё объяснила мне про волосы, следы и помёт животных. Теперь я знала своих зверей не хуже мамы.

– Это, друг мой, не человеческий волос, – сообщила я Батлеру.

Услышав слово друг, Батлер приосанился и засиял. У меня загорелись щёки.

– Это просто оборот речи.

– Значит, это волос животного?

– Собаки, если быть точным.

6

Фредди чуть не раздавили

С трудом дождавшись звонка с последнего урока, я вскочила с места. Мне не терпелось вернуться домой и продолжить работу с уликами. Теперь, когда я установила, что волос принадлежал не человеку, а собаке, у меня появилась хорошая зацепка. Нужно было ещё раз проверить улики и вычислить похитителя Аполлона. Я была уверена, что котёнок не просто убежал. Его кто-то увёл. И я обязательно узнаю кто. Кем бы он ни был, я очень надеялась, что ему известно, как следует ухаживать за котёнком пумы. Бедный малыш!

Я пролетела мимо шкафчиков, стараясь не попадаться на глаза чирлидершам и футболистам, тусовавшимся в коридоре после уроков. Не то чтобы они особо замечали моё существование – разве что если им требовался объект, чтобы поймать на ходу и кинуть в стенку вместо мяча. В школьной команде есть парочка таких дураков, которые считают очень забавным швырять меня как мяч. Меня сразу начинает тошнить. Жуть какая-то. Вот почему я и стараюсь с ними не пересекаться. Просто один из способов выживания в средней школе. Предпочитаю общество самой себя и книг. Пожалуй, вы вполне обоснованно можете решить, что мои лучшие друзья – юный детектив Нэнси Дрю и волшебник Гарри Поттер. У Хрустика есть его пушистики, а у меня – персонажи из книжек. Грустно, но это так.

Утром я собиралась в школу впопыхах и забыла шляпу и шарф. От ветра замёрзли уши, а пальцы сразу заледенели. Я в Теннесси не привыкла к такой погоде, к тому же в мае. Бедный Аполлон! А вдруг он просто потерялся и не может найти дорогу домой? Очень надеюсь, что ему тепло там, где он сейчас… и что он сыт. Он привык, что его кормят. Как он выживет сам? При одной мысли о том, каково сейчас малышу одному в холодном лесу, у меня внутри всё сжималось.

Надо прикинуть… прошло примерно двадцать четыре часа с момента его исчезновения. Хотела бы я знать, как долго могут голодать котята пумы. Вода не проблема – он напьётся из лужи. Но что он будет есть? Хорошо, если он умеет охотиться. Ведь в последние два месяца от него требовалось лишь дойти до миски с едой.

Я торопливо шагала к начальной школе Хрустика. Надо было забрать его оттуда, привести домой и ещё раз обыскать каждый дюйм[6] нашей территории – даже если придётся пересечь границу владений мистера и миссис Приставал (которая всё равно по праву должна быть нашей).

Ну как всегда… вот и сам Хрустик, топает как ни в чём не бывало, и Фредди выглядывает из ворота его свитера.

– Тебе велено было ждать меня у школы. Из-за тебя нам обоим влетит.

– У меня был мозговой штурм.

– Скорее уж мозговое затмение, – буркнула я себе под нос.

– Я знаю, чья была заколка, – сказал он.

– Вот как? – Вообще-то, если кто и дружит с собакой, носящей заколки, так это Хрустик.

– Это Ронни.

– Ронни? – удивилась я.

– Наша сестра, – кивнул он.

– Вероника нам не сестра, – воскликнула я.

– А папа сказал, что сестра.

– Папа с Мари не женаты, так что она даже не сводная сестра… пока. – Меня перекосило при одной мысли о том, чтобы назвать сестрой Гадскую Ронни.

Спасибо поджогу Хрустика – теперь мы видели папу только по выходным. Его тощая подружка пыталась умаслить нас домашними печеньками с кокосовой начинкой. С Хрустика что взять – он слаб и поддался с первого раза. Но только не я. Хрустик, мелкий предатель, обожает крутиться на барных табуретах у папы на кухне с таким видом, как будто всё у нас прекрасно, и набивать рот сладостями.

Но можете мне поверить, у нас совсем не всё прекрасно. Я даже не знаю, любит ли ещё нас папа. Просто стараюсь верить, что любит. По крайней мере, должен. Он всё-таки наш папа. Но теперь он живёт с другой семьёй, а мы для него просто гости.

– Почему так говорят: сводная сестра? – поинтересовался Хрустик.

– Потому что надо свести её с ума?

– Я серьёзно.

– Потому что ребёнка не рожают, а приводят к новым родным. – Ладно, я ведь не только словарь читаю, я ещё и в энциклопедию нос сую. Я вообще люблю узнавать новое. У меня постоянно что-то отнимают – наш пруд, наше ранчо, нашего папу, – и только то, что попало ко мне в голову, уже не отнимет никто. Мой мозг – это моё секретное оружие.

Я вытащила из кармана заколку и подняла перед собой.