Келли Армстронг – Тревожа мертвых (страница 17)

— Да-да, — ворчу я. — Просто будь с ним осторожнее.

Пока мы шли, мы миновали пару тех боковых проходов, о которых упоминал Майкл — тех, что больше никуда не ведут. Стоило нам продолжить путь, как мы почти сразу достигли следующего, и…

Майкл вскрикивает и бросается в боковой проход. Я подавляю желание отпихнуть МакКриди, хотя, возможно, мой толчок получается не самым нежным.

Майкл уже там, в этом проходе, он склонился над распростертой фигурой мужчины, и при виде этой фигуры мое сердце делает крошечный скачок. В тенях я могу разобрать лишь смуглую кожу гладко выбритой щеки и темные волнистые волосы, спадающие на волевой нос. Требуется всего мгновение, чтобы понять — это не Грей, и в следующее мгновение Майкл уже кричит: «Дядя Селим!» и трясет мужчину за плечо.

Я спешу мимо МакКриди. Мужчина — Селим, брат леди Кристи — лежит на боку, глаза его закрыты. По шее стекает струйка крови. Я прикладываю пальцы к его горлу и чувствую пульс.

— Дункан, — бросаю я МакКриди. — Зови Дункана.

Мы перенесли Селима наверх, в кухню. Грей не разрешил нести бесчувственное тело молодого человека дальше, пока не проведет должный осмотр. Во время осмотра Селим приходит в себя, и Грей объявляет, что его можно перевести в гостевую спальню. Мы сейчас там; Селим медленно приходит в чувство, пока Грей обрабатывает рану на затылке. Эта рана, очевидно, и стала причиной потери сознания.

Пока Грей занимается Селимом, я переобуваюсь обратно в туфельки и снимаю одолженный фартук. Я не утруждаю себя возвращением кринолина и лишних юбок. Уверена, выгляжу я сейчас паршиво, но в данных обстоятельствах это никого не волнует.

Майкл поработал гонцом, сообщив матери, что Селим здесь, он ранен, но с ним всё будет в порядке. Естественно, она хочет видеть брата, но нам нужно сначала поговорить с ним. МакКриди улаживает это, заявив, что Селим всё еще в прострации и нуждается в покое, и что сейчас для него лучше всего отдых, бульон и, возможно, немного бренди. Эти хлопоты занимают леди Кристи, пока мы допрашиваем её брата.

Теперь, когда Селим пришел в себя и сидит в хорошо освещенной спальне, я ни за что не спутала бы его с Греем. Лишь гладко выбритая смуглая кожа, волнистые темные волосы и профиль чем-то напоминают Грея. Этот молодой человек суше и на пару дюймов ниже ростом, у него более светлые глаза и лицо, которое кажется более склонным к смеху, чем к мрачным раздумьям… по крайней мере, когда он не восстанавливается после удара по голове. Даже сейчас его губы кривятся в ироничной усмешке, когда он начинает объяснять.

— Я хотел удивить детей, — говорит он с акцентом, похожим на акцент сестры: английская речь высшего общества с мелодичным подтоном, который, как я полагаю, и есть египетский акцент в этот период. — Я знаю об их секретном тоннеле, поэтому пришел этим путем. Пока я шел, я кого-то услышал. Решил, что это дети. Зная о подготовке к приему, я был уверен, что Фиби попытается улизнуть ради какой-нибудь забавы. Я спрятался в боковом проходе, чтобы напугать их. Но мимо прошла фигура, которая не была ни Майклом, ни Фиби. Это был кто-то со свертком, похожим на дрова. Я затаился, намереваясь выскользнуть следом и посмотреть, что они задумали. Только, похоже, этот человек меня услышал. Я крался по тоннелю, думая, что он впереди, когда он выскочил из бокового прохода и огрел меня по затылку. Затем я очнулся уже здесь.

— Этот тип, — произносит МакКриди. — Как он выглядел?

Усмешка становится еще более кривой.

— Я даже не могу сказать, был ли это «тип». Я видел только плащ и этот сверток. Сверток привлек мое внимание, потому что палка, которую я видел торчащей из него, выглядела уже обгоревшей, что показалось мне странным. Я мог бы описать палку лучше, чем человека. Знаю только, что он был меньше меня. Ниже ростом и более хрупкого телосложения. Определенно крупнее детей, впрочем. И плащ или пальто был темным. Боюсь, это всё, что я могу сказать.

— Те палки, что вы видели, — спрашиваю я. — Могли они быть частями мумии? То есть трупа внутри?

Селим бросает на меня взгляд, словно видит впервые. Его брови хмурятся, будто я не похожа на человека, который мог бы задать такой вопрос.

— Мисс Митчелл — ассистентка моего соратника, — мягко произносит МакКриди. — Пожалуйста, отвечайте на её вопросы так, словно они мои собственные.

— Да, конечно. — Селим склоняет голову. — Я не хотел вас обидеть, мисс. Вы спросили, могли ли эти палки быть… — Он осекается, его глаза расширяются. — Частью мумифицированного трупа. Да. Это имело бы смысл. Я не знал, что сэр Аластер привез части тел в дополнение к мумиям. Это… — Он прочищает горло. — Надеюсь, он этого не делал. Может быть, это были части мумифицированной кошки или собаки?

Я бросаю взгляд на МакКриди и отступаю, позволяя ему взять на себя следующую часть. Он сообщает Селиму, что его зять мертв, а его тело было обернуто в бинты мумии.

— Мириам, — произносит Селим, порываясь встать. — Я должен увидеть Мириам. И детей. Они, должно быть…

МакКриди не дает молодому человеку подняться.

— Поскольку сэр Аластер был убит, а вас обнаружили в секретном тоннеле, боюсь, мне нужно сначала поговорить с вами. Ваша сестра и дети в порядке, вы скоро к ним попадете.

Губы Селима сжимаются, но он сдерживает гнев. Когда он отвечает: «Да, конечно», его слова звучат резко. Ему не нравится, что его удерживают вдали от горюющей сестры, но он не станет с нами спорить.

Я спрашиваю:

— Тот, кто убил сэра Аластера, также забрал мумифицированные останки. Мы заподозрили, что они ушли по этому тоннелю, и так нашли вас. Могло ли то, что вы видели, быть расчлененным трупом?

— Целым трупом? Нет, — резко отвечает Селим. — Это были куски. Они… они разломали его, как щепу для растопки. — В его голосе закипает ярость. — Они взяли человеческое тело и разломали его на части, чтобы было легче нести.

— Их заботило только то, как поскорее убраться оттуда, — замечаю я.

— Не только это, — говорит Селим. — Единственная причина красть мумифицированные останки — это продажа их для снадобий. Для этого тело не нужно целиком.

— Майкл упоминал об этом, — бормочу я. — Любая информация, которую вы сможете предоставить, поможет детективу МакКриди, но мы обсудим это позже.

— А пока, — говорит МакКриди, — нам нужно как можно больше подробностей о вашей встрече в тоннеле. В какое время вы прибыли. Как вошли. Что услышали. Также нам нужно знать все ваши перемещения с момента схода с корабля до прибытия сюда.

— Корабль прибыл вчера в два часа дня. Я сразу взял кэб до этого дома. Я могу дать вам детали: где меня подобрали и как выглядел возница. Я попросил его высадить меня на углу. Не уверен, на каком именно, никак не могу запомнить названия здешних улиц, но могу показать на карте. Затем я пошел прямиком к входу в тоннель.

— Вы знаете, в какое время прибыли?

— Знаю, что в четыре я был в кэбе. Я проголодался и знал, что ужин будет ранним из-за приема. Я посмотрел на часы, надеясь, что не пропустил его.

— А ваши вещи? Полагаю, вы привезли багаж.

— Я оставил его в том маленьком сарае, где начинается тоннель. Надеюсь, сумки всё еще там.

МакКриди задает еще несколько вопросов. Затем смотрит на меня.

— В свете того, что случилось с сэром Аластером, — говорю я, — нам нужно будет поговорить с кем-то, кто знает, сколько времени может занять разворачивание мумифицированных останков и… повторное заматывание тела.

Я избегаю упоминать, чье именно тело было замотано, но вспышка боли на его лице говорит о том, что моя уловка не помогла.

Я продолжаю:

— Не знаю, с кем бы нам поговорить об этом.

— Со мной, — отвечает он. — Я работал на раскопках моего зятя еще до того, как он стал моим зятем. Археология — моя область изучения. Я нашел ту самую мумию и знаю, что она была в плохом состоянии, бинты почти не держались на смоле. Её можно было скорее размотать, чем разрезать.

Селим задумывается на мгновение, его губы шевелятся, будто он ведет подсчеты.

— По грубой оценке, я бы предположил, что на то, чтобы размотать и заново замотать, ушло бы несколько часов. Два-три часа, в зависимости от навыков того, кто выполняет работу.

— И это был мой следующий вопрос. Насколько глубокие навыки для этого требуются?

— Для останков в столь паршивых бинтах? Размотать было бы проще простого, скорость ограничивалась бы только необходимостью фиксировать, как именно было сделано обертывание. Если действовать осторожно и не просто сдирать бинты, а внимательно следить за процессом, то заново замотать тело смог бы кто угодно.

— Спасибо. — Я смотрю на Грея. — Есть что добавить, сэр?

— Только инструкции по уходу за этой травмой головы, — отзывается Грей.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

МакКриди занят проверкой алиби Селима. Это оставляет нас с Греем на осмотре места преступления, и теперь у нас их сразу два. Мы начинаем с того, что в тоннеле.

— Это крайне необычно, — говорит Грей, когда я веду его внутрь, предварительно вернувшись к своим прежним манипуляциям с гардеробом для передвижения по тоннелям.

— Дети не знают изначального предназначения, — замечаю я. — Насколько старыми могут быть здешние дома?

— Недостаточно старыми, чтобы иметь под собой сеть тайных ходов. Подобные вещи обычно служили для побега во времена войн или гонений. К богатым семьям Нового города это не относится.