Келли Армстронг – Повелевающая (страница 53)

— Ты что, и правда думаешь, что я оставлю тебя вот так? — Я сделала еще шаг к нему. От запаха рвоты я инстинктивно зажала нос рукой и стала дышать ртом. — Если тебя рвет, значит, это не просто лихорадка. Тебе надо…

— Иди! — Это был уже грозный рык, и я невольно отступила.

Он уронил голову. Еще одни стон, перешедший в тонкий высокий звук, похожий на всхлип. Дерек был в футболке, и его обнаженные бицепсы взбугрились от напряжения, когда он снова вцепился в землю. Руки потемнели, словно на них нашла тень, потом снова отчетливо выступили бледным пятном в темноте.

— Дерек, я…

Спина его снова изогнулась, да так высоко, что я отчетливо видела линию позвоночника. Футболка натянулась, мышцы ходили ходуном. Потом он как-то обвис, и дыхание с трудом вырывалось у него из глотки, словно шуршание сухих листьев.

— Пожалуйста. Уходи. — Слова прозвучали совсем невнятно, словно он произнес их, не разжимая рта.

— Тебе нужна помощь…

— Нет!

— Тогда я иду за Симоном. Я скоро…

— Нет!

Он повернулся, и я мельком увидела его лицо. Оно было напряженное, искаженное и… какое-то неправильное. Но он опустил голову прежде, чем я успела понять, что же в нем не так.

Его снова вырвало. Звук был таким диким и страшным, словно он выхаркивал свои внутренности. И снова Дерек выгнул дугой спину, а руки вытянулись так, что аж кости захрустели. Руки потемнели, потом снова стали бледными, мышцы и сухожилия дрожали от напряжения. Именно в этот момент из-за туч выглянул месяц, и когда его руки снова потемнели, я увидела пробивавшуюся на них щетину. Она едва пробила кожу и снова ушла внутрь. А руки… Пальцы были длинные и скрюченные, как когти. Он зарывался ими в землю, выгибая спину.

В моей голове всплыли слова Симона. «Парни типа Дерека обладают… особыми физическими способностями — можно так сказать. Они очень сильные, как ты могла убедиться. Имеют более тонкие органы чувств».

А потом вспомнились мои легкомысленные слова: «Меня не ждет встреча с оборотнями и вампирами?» и то, как Симон рассмеялся: «Это было бы круто».

Он избегал вопроса, на который не мог дать ответ.

Дерек забился в конвульсиях, голова откинулась назад. Чудовищный стон пополам с воем вырвался сквозь стиснутые зубы. Потом голова упала, и его снова вырвало. На подбородке осталась струйка слюны.

— Дерек?

Когда рвотные спазмы утихли, я отважилась подойти поближе. Дерек отвернул голову в сторону.

— Я могу что-нибудь сделать?

Внутренний голос закричал: «Конечно. Беги отсюда как можно быстрее!»

Но это предупреждение я даже не стала воспринимать всерьез, потому что об этом и речи быть не могло. Это ведь не киношный монстр. Даже сейчас, когда на руках у него выступала шерсть, пальцы скрючились в когти, а вместо слов вырывался животный рык, я знала, что это все тот же Дерек, что бы с ним ни происходило.

— Я могу что-нибудь сделать?

Нелепый вопрос. Я даже представила, что бы Дерек ответил при других обстоятельствах — с презрительной усмешкой и закатыванием глаз.

Но сейчас он выдавил только полупридушенное «Уходи» и скорчился на земле, отвернув от меня голову. Все его тело дрожало, а каждый вдох давался с трудом и заканчивался стоном.

— Нет. — Он врылся пальцами в землю, руки напряглись, потом расслабились. — Уходи.

— Я не могу оставить тебя здесь. Если я что-то могу сделать…

— Не… — Дерек судорожно вдохнул, потом все же смог отчетливо произнести: — Не уходи.

Он приподнял голову, и я разглядела зеленый глаз, в котором плескался ужас.

Руки и ноги у него окаменели, спина выгнулась, и новый фонтан рвоты оросил траву. Воздух наполнился болезненным запахом.

Я села неподалеку. Ничего другого я все равно не могла сейчас для него сделать. В голове я судорожно перебирала различные версии, отметая их одну задругой. Я придвинулась поближе и положила руку на его руку. Ладонью я чувствовала жесткую шерсть, пробивавшуюся сквозь покрасневшую, разгоряченную кожу, которая морщилась и пульсировала. Это единственное, что я могла для него сделать, — сидеть рядом и говорить, что я с ним.

Наконец, после последнего приступа рвоты, которым он забрызгал забор в метре от нас, все прекратилось. Просто закончилось, и все.

Мышцы под моей ладонью успокоились, шерсть ушла. Постепенно Дерек расслабился, опустил спину, перестал зарываться руками в землю. Он скорчился на земле, тяжело дыша. Мокрые от пота волосы облепили лицо.

Потом он перекатился на бок и закрыл руками лицо. Пальцы все еще были длинными, искореженными, ногти — толстые и скрюченные, как когти. Он подтянул к себе колени и застонал.

— Может, мне… Симон. Позвать Симона? Он знает, что делать?

— Нет. — Он говорил хрипло, резко, гортанно, так как его голосовые связки еще не вернулись в нормальное человеческое состояние. — Все закончилось, — сказал он через минуту. — Думаю. Даже уверен.

Он потер ладонью лицо.

— Этого не должно было случиться. Не сейчас. Еще несколько лет не должно было быть.

Другими словами, он прекрасно знал, кто он такой, просто не ожидал… Трансформации должны были начаться гораздо позже, когда он повзрослеет. Я почувствовала укол злости от того, что он ввел меня в заблуждение и заставил Симона солгать мне. Но я не могла на него злиться после того, что увидела. Не могла, видя его промокшую от пота майку, дрожащее от истощения и боли тело, слыша тяжелое дыхание.

— Иди, — прошептал он. — Со мной теперь все будет хорошо.

— Я не…

— Хло! — взорвался он, и я наконец узнала прежнего Дерека. — Иди. Помоги Симону. Скажи ему, что со мной все в порядке.

— Нет.

— Хло… — Он буквально прорычал мое имя.

— Пять минут. Я должна убедиться, что с тобой все в порядке.

Он ругнулся, но остался лежать на траве, стараясь немного расслабиться.

— Вижу, ты все же смог раздеться. — Я старалась говорить как можно непринужденнее. — Надеюсь, эта футболка тебе не нравилась, потому что ей кранты.

Шутка была слабая, но он отозвался.

— По крайней мере, я не позеленел.

— Нет, только… — Я собиралась сказать «оброс шерстью», но не смогла выдавить это из себя. У меня до сих пор это в голове не укладывалось.

Хлопнула задняя дверь. Дерек подскочил. Сейчас я отчетливо видела его лицо. Нос казался широким и сплющенным, скулы выступали вперед, словно стремились слиться с носом, брови густые и насупленные. Совсем не монстр, скорее актер, загримированный под неандертальца.

Я наконец оторвала от него взгляд и поползла к углу сарая. Он ухватил меня за ногу.

— Да я осторожно, — прошептала я. — Только взгляну.

Я легла на живот, осторожно подползла к углу сарая и выглянула. По саду метался лучик фонарика.

— Женщина, — тихо прошептала я. — Думаю, это Рэ. Нет, слишком худая. Может, мисс Абдо?

Дерек схватил меня за щиколотку. Джинсы у меня немного задрались, так что его рука коснулась голой кожи. Я чувствовала его ладонь, огрубевшую, как подушечки на лапах собаки.

— Иди, — прошептал он. — Я перекину тебя через забор. Там перелезешь еще через один и…

Луч фонарика пробежал по заднему двору.

— Кто там? — Голос был тонкий, резкий, с легким акцентом.

— Доктор Джил, — прошептала я. — Что она тут?..

— Неважно. Беги!

— Я знаю, что там кто-то есть, — крикнула она. — Я вас слышала.

Я взглянула на Дерека. Лицо у него все еще было перекошено. Нельзя, чтобы доктор Джил застала его в таком виде.

Я схватила его кед, который нашла ранее, потом скинула свой кроссовок, и это сбило Дерека с толку настолько, что мне удалось вырваться от него и метнуться к забору. Я протиснулась в узкую щель между забором и сараем. В последнюю секунду Дерек бросился за мной, но не успел — я пролезла уже слишком далеко, и он не мог ни достать меня, ни пролезть вслед за мной.

— Хло! Вернись! Не вздумай…

Но я продолжала продираться вперед.