Келли Армстронг – Кольцо отравителя (страница 29)

— Это я сделала, — огрызается девчонка из другого конца комнаты. — Если не верите, могу рассказать как.

— Прошу прощения, — говорю я. — С моей стороны было непростительно так предполагать. Сделано чудесно.

— Нет, я в колесах ошиблась. Потому им и отдала. Продать такое было нельзя.

Если там и есть ошибка, я её не вижу. Видимо, это был просто удобный предлог, чтобы отдать игрушку братьям.

Я изучаю тележку. Затем откладываю её и продолжаю обыск. Когда ящик пустеет, я заглядываю внутрь. Запускаю руку и протягиваю сжатый кулак.

— Кажется, ты это забыл, — говорю я.

Мальчик смотрит на мою руку. Я разжимаю пальцы, демонстрируя пустую ладонь. Он сникает и качает головой.

— Что такое? — спрашиваю я. — Разве не твоё?

— Там же ничего нет.

Я хмурюсь, глядя на свою руку.

— О, должно быть, она невидимая. Давай попробуем еще раз. — Я сжимаю кулак, встряхиваю им и нехитрым ловким движением раскрываю ладонь, на которой теперь лежит пенни.

— Как вы это сделали? — спрашивает он.

— Магия.

Он смотрит на меня с подозрением.

— А что вы за это хотите?

У меня немного щемит сердце. Мальчишка едва дорос до школы, но уже понял, что в его мире ничего не дается просто так.

— Сообразительный малый, — говорю я. — Кое-что я действительно хочу.

На другом конце комнаты напрягается его сестра.

— Если хочешь этот пенни, — продолжаю я, — тебе нужно его найти. А теперь следи за монетой.

Я подбрасываю монетку в воздух, ловлю её и быстро манипулирую руками. Закончив, я протягиваю вперед кулаки.

— Ну, хорошо, — говорю я. — Даю тебе две попытки.

Мальчик закатывает глаза.

— Это неправильная игра.

— Хочешь, дам только одну?

Он качает головой и указывает на одну из рук. Я раскрываю её — пусто. Сжимаю снова, и он тычет в другую.

— Ты уверен? — спрашиваю я. — Вспомни, где ты видел её в последний раз.

Он встречается со мной взглядом, оценивающе, как совсем взрослый. Затем медленно указывает на ту руку, которую выбрал в первый раз. Я раскрываю ладонь — там лежит монета.

— Верь себе, — говорю я. — Ты же знал, что не ошибся.

Я отдаю ему монетку. Он косится на сестру и забирает её. Я складываю вещи обратно в ящик, и пока я это делаю, мы болтаем. Закрыв крышку, я подхожу к МакКриди.

— Я видел, — бормочет он. — Хорошо сработано.

— В детстве я обожала фокусы.

Он понижает голос.

— Что мальчик тебе рассказал?

— Ничего.

Маккриди хмурит брови.

— Ты не усыпляла его бдительность, чтобы он разговорился?

— Нет. Я просто хотела, чтобы он понял: происходящее не так страшно, как кажется. И что мы не такие страшные, как кажемся.

Он смотрит на меня мгновение, затем одобрительно кивает.

— Мы что-нибудь нашли? — спрашиваю я.

Он качает головой и косится на Грея. Я подхожу к тому с тем же вопросом и получаю тот же ответ.

— Совсем ничего? — удивляюсь я.

Грей понижает голос.

— Из того, что я видел: семья действительно бедна, никаких признаков внезапного богатства, как у Бёрнсов. Под половицей припрятана бутылка джина, полагаю, мистера Янга. Значит, жена знала о его пристрастии и не позволяла держать спиртное в доме. Еще я нашел в его вещах закладную, похоже, на ювелирные изделия. Женские украшения. Спрятано было очень надежно, из чего я делаю вывод: жена не знала, что он заложил её вещи. Кроме того, я нашел пару золотых запонок, довольно старых, возможно, его отца или деда.

— То есть он втайне заложил сокровища жены, но свои попридержал. Красавчик.

Услышав за спиной покашливание, я резко оборачиваюсь, боясь, что сказала это громче, чем собиралась. Это дочь.

Она смотрит на Грея.

— Я хочу поговорить с ней.

— С мисс Митчелл? Разумеется. — Грей жестом подзывает её и отходит.

— Нет, я хочу поговорить с ней снаружи.

— Тогда вам нужно просить её, а не меня.

МакКриди, должно быть, слышит нас, потому что шагает в нашу сторону.

— Не с вами, — отрезает она, глядя на МакКриди. — Только с ней.

— Пойдем на улицу, — соглашаюсь я.

Глава Восемнадцатая

Мы с мисс Янг выходим на тесную, забитую людьми улицу. Она идет быстро, и на мгновение мне кажется, что она хочет меня бросить. Но затем она оглядывается, нетерпеливо дергая подбородком, и я ускоряю шаг, чтобы не отстать.

— Нетти не убивала моего отца, — говорит она.

— Нетти?

— Жена моего отца.

— О, простите. Я не знала, что она вам не мать.

— Ей двадцать два года, — отрезает она. — Это было бы затруднительно. Моя мать умерла, когда я была ребенком. До того как отец снова женился, меня растили дедушка с бабушкой. И прежде чем вы спросите: это не сказочка про злую мачеху. Нетти мне нравится куда больше, чем отец. И она его не убивала. Я бы её поняла, если бы она это сделала. Я бы и сама сделала, будь у меня смелость.

Она проходит еще несколько шагов и обхватывает себя руками, словно защищаясь от холода, хотя июньское солнце немилосердно палит.

— Нет, это ложь. Я бы не смогла его убить. Он не заслужил такой участи. Но она заслуживала лучшего. Мы все заслуживали лучшего.

— Расскажите мне о вашей семье чуть подробнее, чтобы я могла полностью войти в курс дела.

— А что тут рассказывать такого, чего вы не слышали бы тысячи раз за тысячами подобных дверей? — Она вызывающе встречается со мной взглядом. — Не думайте, что в вашей части города таких проблем нет.

— О, они есть. Просто их легче спрятать в большом доме, за толстыми стенами и прислугой, которой платят за преданность и молчание.