Келли Армстронг – Кольцо отравителя (страница 18)
— Я изучала его для дела, в котором участвовала. У него нет ни вкуса, ни запаха, ни цвета, поэтому со временем он станет известен как «яд отравителей».
— Звучит мерзко.
— Так и есть. Симптомы похожи на отравление многими тяжелыми металлами. О таллии я подумала из-за выпадения волос плюс болей в ногах и его жалоб на жжение в ступнях.
— Периферическая нейропатия.
— Наверное. Вы тут врач. Я просто помню симптомы. Еще мне кажется, что они проявляются не сразу, но каждый случай индивидуален.
— По описанию очень похоже. Не припомню, чтобы я раньше встречал именно такое сочетание симптомов.
— А у вас были интересные случаи отравлений?
Его губы дергаются в улыбке.
— Вы напрашиваетесь на сказку на ночь, Мэллори?
— Возможно.
— Ладно. Посмотрим… Ах, был один случай, еще когда я учился на медицинском…
Я устраиваюсь поудобнее, закрываю глаза и позволяю голосу Грея убаюкать меня.
— Мэллори!
Я вскакиваю, проснувшись, и обнаруживаю, что смотрю прямо в лицо девочке-подростку. На сюрреалистичное мгновение мне кажется, что я и сама подросток, которого разбудил один из подопечных, за которыми я присматривала. Да уж, я была худшей нянькой в мире.
— Мэллори, — шепчет Алиса, её темные глаза расширены от ужаса. — Вставайте! Вы… вы…
Она не может закончить фразу. Её взгляд так и мечется из стороны в сторону, словно этого достаточно. Когда глаза девочки снова проделывают тот же путь, я прослеживаю за ними и вижу МакКриди, который так и спит в кресле, приоткрыв рот, и Грея на диване — его длинные ноги свисают с края. Оба мужчины закрыли глаза и глубоко спят, хотя их позы намекают на куда более зловещий исход.
— Нет, — быстро говорю я. — С ними всё в порядке. Я их не травила. Я…
Я замолкаю, видя её замешательство, и понимаю: её шок вызван тем фактом, что я «сплю» с ними. Я бы указала на то, что они в десяти футах от меня и мы все полностью одеты, но, судя по выражению лица Алисы, мы с тем же успехом могли бы лежать голышом в постели Грея — все втроем.
— Вам нужно убираться отсюда, — шепчет она. — Доктор Аддингтон поднимается наверх. Он не должен вас видеть…
— Спящей, одетой, в одной комнате с двумя мужчинами?
Её свирепый взгляд говорит мне, что я зря отмахиваюсь от её вполне законных опасений. Я ворчу себе под нос, поднимаюсь на ноги и поправляю лиф. Алиса закатывает глаза и жестом показывает, чтобы я не утруждалась. Моя наполовину выставленная напоказ грудь в восемь утра — далеко не такой скандал, как сам факт того, что я уснула в одной комнате со своим нанимателем.
Викторианцы.
Я направляюсь в коридор.
— Мне нужно надеть рабочее платье и…
— О, пожалуйста, не утруждайтесь, — раздается голос из конца коридора. — Только не ради меня, дорогая девушка.
От моего выражения лица Алиса прыскает со смеху. Я выпрямляюсь и поворачиваюсь к новоприбывшему. Он моложе меня, ну, моложе
— Доктор Аддингтон, сэр, — произношу я с придыханием и приседаю в реверансе, чтобы обеспечить ему еще более выгодный обзор.
Проскользнув за спину Аддингтона, Алиса бросает на меня красноречивый взгляд: «Что, черт возьми, ты творишь?». Но тут же ухмыляется, разгадав мой маневр. Возможно, у неё еще нет подходящих «достоинств» для этого конкретного трюка, но как бывшая карманница она отлично разбирается в искусстве отвлечения внимания.
— Так приятно снова видеть вас, сэр, — лепечу я. — Прошу, позвольте мне позвать доктора Грея, он наверняка горит желанием обсудить с вами вскрытие.
— Нет нужды, — бросает Аддингтон. — Я отправлю отчет МакКриди. Я закончил и возвращаюсь домой к завтраку, который и так отложил — что мудро, учитывая характер операции. Это было весьма… — он морщит нос, — …неприятно.
— Могу только представить. Так благородно с вашей стороны — выполнять столь отвратительную задачу во имя общественного блага. Должно быть, вы ужасно проголодались. Могу я принести вам чая и поднос с завтраком? Кажется, я чую запах овсяных булочек миссис Уоллес. Я, разумеется, подам всё сама, если вы не против того, что я одета столь неподобающе.
Его взгляд скользит по мне.
— Должен сказать, весьма пленительно.
— О, доктор! — По идее, мне следовало бы кокетливо хихикнуть, но я не уверена, что голосовые связки Катрионы когда-либо издавали подобные звуки. — Позвольте проводить вас в библиотеку. Не беспокойтесь о том, что доктор Грей нам помешает. У него была долгая ночь, и он всё еще крепко спит.
Аддингтон признает, что не прочь отведать восхитительных овсяных булочек миссис Уоллес, если я не возражаю против того, чтобы ему прислуживать. Пока я отношу его пальто и трость в гардероб, Алиса семенит рядом.
— Принесешь поднос? — шепчу я. — А потом скажи доктору Грею, что я заманила «дикого доктора» в ловушку в библиотеке.
Она ухмыляется и убегает.
Глава Одиннадцатая
В викторианском мире я открываю в себе столько скрытых граней. Например, то, что криминалистика увлекает меня даже сильнее, чем я думала. Или то, что я, оказывается, совсем не против целого дня физического труда, после которого падаешь в кровать без задних ног и просыпаешься с абсолютно ясной головой. А ещё, я, оказывается, умею флиртовать.
Мои друзья дома были бы в шоке. В полнейшем шоке, уверяю вас. Дома я показываю парню, что он мне симпатичен, устанавливая зрительный контакт и уделяя ему всё своё внимание — это либо срабатывает, либо заставляет его нервничать, ожидая ареста за те туфли, что он спер в десятом классе. Конечно, это касается только тех случаев, когда парень мне действительно интересен. Я бы ни за что не стала флиртовать ради выгоды, как я делаю сейчас с Аддингтоном. Первое привело бы меня в замешательство, а второе? Это не поведение современной женщины. Однако это вполне рабочая стратегия, когда мне нужно выудить информацию из надменного экземпляра викторианского мужчины.
Викторианский флирт не требует многого. Льсти ему. Смейся над его шутками. Позволяй ему пялиться на твоё декольте. Ладно, это, вероятно, работает и в моё время. Но на МакКриди или Грея это бы не подействовало, так что, признаю, дело тут скорее в человеке, чем в эпохе.
Я смеюсь, льщу и флиртую до тех пор, пока, к счастью, не являются Грей и МакКриди вместе с завтраком. Пока я прислуживаю Аддингтону и МакКриди, Грей застывает в дверном проеме, небрежно прихлебывая кофе. Аддингтон всё еще поглядывает на проход, словно прикидывая, удастся ли ему протиснуться мимо.
Именно ради этого я заманила Аддингтона в библиотеку и вызвала Грея. Потому что иначе Аддингтон смылся бы раньше, чем Грей или МакКриди успели бы задать хоть один вопрос о вскрытии.
Я подаю завтрак, а затем беру тарелку и сажусь за письменный стол. Аддингтон пялится на меня, и я начинаю гадать: не нарушаю ли я викторианский протокол, принимая пищу за столом? Справедливости ради, я думаю, что даже есть в библиотеке — против правил викторианского быта, но Аддингтон уставился именно на меня.
Грей откашливается.
— Вы, возможно, помните, доктор Аддингтон, что Мэллори — моя новая помощница.
— Мэллори?
Грей кивает в мою сторону.
— После несчастного случая в прошлом месяце Катриона пожелала, чтобы её называли вторым именем. Перерождение, можно сказать, вызванное близостью смерти. В связи с этим она сменяет Джеймса на посту моего ассистента и, таким образом, завтракает с нами в этом качестве, а не в роли горничной, которую она любезно продолжает исполнять, пока моя сестра не найдет замену.
Ах, точно. Вот в чем проблема. Презренная служанка трапезничает с господами. Я бормочу что-то подобающе скромное и прихлебываю кофе.
— Благодарю за столь оперативное вскрытие, — говорит Грей без тени сарказма. — Леди Лесли это оценит. Могу я спросить, что вы обнаружили?
Аддингтон расслабляется и улыбается.
— То, что лорд Лесли мертв. Определенно, вне всяких сомнений, мертв.
МакКриди издает обязательный смешок, а Грей пытается изобразить подобие улыбки.
— А характер смерти? — спрашивает Грей.
— Яд. — Аддингтон откусывает кусок хлеба.
— Есть идеи, какой именно тип? — уточняю я.
— Мышьяк, — бросает он.
— Вы… провели надлежащий тест? — спрашивает МакКриди.
Он знает ответ. Я даже не уверена, что Аддингтон знает, как делать пробу Марша, но времени у него точно не было. И всё же в тоне МакКриди звучит надежда. Ему нужно, просто необходимо, чтобы Аддингтон был хоть немного компетентен. Чтобы он хотя бы нашел веские признаки того, что это может быть мышьяк.
— Нет нужды, — заявляет Аддингтон. — У него были боли в ногах, а это явный признак мышьяка.
— Вы… встречали такое раньше? — осторожно уточняет МакКриди.
— Нет, но я читал об этом.
Тут Грей оживляется.
— В медицинском журнале? Или в отдельно изданном трактате? Я был бы очень рад одолжить экземпляр. Нам с сестрой нелегко находить результаты токсикологических исследований.