Кел Кейд – Оружие тьмы (страница 8)

Только мастер меча мог осмелиться носить такой клинок, не привлекая к себе нежелательного внимания. Тому, кто возвращал клинки во дворец, полагалась весомая награда, чтобы люди не оставляли уникальное оружие себе, но это привело к тому, что на владельцев мечей стали нападать убийцы в надежде на королевский приз. В ответ давно умерший король издал закон: такой убийца получал самое страшное наказание из всех возможных. Его пытали всю оставшуюся жизнь, не давая возможности умереть.

Внезапно Резкайн начал сомневаться, стоило ли ему брать мечи Шейалина. Его не беспокоили воры, но он не хотел привлекать внимание королевской стражи или короля. Без документов на владение любой страж, узнавший клинки, будет обязан принести их королю. Если Резкайн окажет сопротивление, его убьют – или попытаются. К тому же в его планы не входило встречаться с королем. Если только этого не потребует его таинственная цель. Однако и оставить клинки здесь Резкайн не мог. Значит, следовало их спрятать.

Он снова посмотрел на ножны и заметил маленький пергамент, привязанный к ножнам полуторного меча. Резкайн отвязал его, развернул и прочитал:

«Документ о праве владения.

По указу Великого Короля Ашаи Бордрана, два шейалинских меча, Королевский Убийца Полуторный меч и Громобой Короткий меч, дарованы Резкайну (черные волосы, бледно-голубые глаза, рост шесть футов и три дюйма), а вместе с ними все права Обладателя Меча Ашаи».

Резкайн не мог прийти в себя от удивления. Получалось, что клинки предназначались для него! Сертификат был подписан и запечатан покойным королем Бордраном. Дата отсутствовала, а его имя и описание внешности, как ему показалось, внесла туда другая рука. Отсутствие титула и фамилии выглядело еще более странно.

Даже о простолюдинах в официальных документах говорилось «господин или госпожа такие-то». Вместо фамилии записывали город рождения, место нынешнего обитания или профессию – господин Джарин из Споукбарроу, госпожа Эвана Булочница, к примеру. У Резкайна не было профессии, и он понятия не имел, где родился, но думал, что не в крепости, ведь в ней он ни разу не видел женщин. Он даже не знал, имела ли крепость название. Резкайн просто был… Резкайн. Любой, кто прочитает этот документ, не будет знать, как к нему относиться. Отсутствие титула по закону могло означать, что он кузнец, например, или король…

После некоторых раздумий Резкайн решил, что все понял. Мастера устроили так, чтобы он владел этим оружием, а из-за того, что он не будет играть постоянную роль или жить в одном месте, не стали больше ничего сообщать. И все же тот факт, что он получил великие клинки, стал для него источником сомнений. После его имени должна была присутствовать дополнительная информация, упоминаться какое-то достижение – причина, по которой король удостоил его такой чести. Документу следовало объяснить его роль или право на мечи, как всегда происходило в таких случаях.

Всякий, владеющий шейалинскими мечами по праву, должен был завоевать доверие или признание короля и, как следствие, располагать определенной властью. К примеру, играть роль магистрата или добывать секретную информацию для короны. Однако сертификат Резкайна не давал ему никакой власти. Но и не утверждал, что он ею не обладал. С тем же успехом он мог получить любую власть. Даже король не стал бы возражать против той или иной интерпретации данной ситуации.

Резкайну следовало держать новые сведения при себе, если только не будет совершенно необходимо их предъявить в соответствии с Правилом 123 – Не ищи похвал и признания, а также Правилом 57 – Оставайся в тени, если возможно. Данное Правило имело в виду как буквальное прочтение, так и фигуральное, все зависело от ситуации. Резкайн не мог допустить, чтобы на него обращали чрезмерное внимание, чтобы это не вошло в противоречие с его целью.

Пристегнув мечи к поясу, Резкайн выбрал несколько кинжалов, набор метательных ножей, стилет, нож для сапога, маленький арбалет и тяжелые стрелы для него, а также лук и колчан со стрелами, решив его использовать главным образом для охоты верхом, если потребуется.

Затем он отправился в кладовую, где хранились запасы целителей – лекарства и яды. Резкайн умел сам их делать, но, имея готовые, сэкономит кучу времени и усилий. Он не знал, когда у него появится возможность смешать новые. Он упаковал столько, сколько смог, вместе с бинтами, шовным материалом и другими необходимыми предметами.

Перед тем как пойти на кухню за провизией, Резкайн зашел в кабинет мастеров, быстро справился с ловушками и вскрыл замок. Потом забрал все золото, серебро и медь, денег оказалось слишком много, чтобы без опасений возить их с собой, поэтому ему предстояло найти место, где он спрячет бóльшую их часть.

Собрав провизию, Резкайн в конюшне оседлал лошадь и прикрепил к седлу мешок со снаряжением. Он также захватил мешок с овсом для лошади, хотя она могла пастись по дороге. Его путь будет лежать вдоль берега реки, если Фарсон решил бежать в город, единственное место, куда можно было попасть из крепости, которая находилась на самой границе освоенной части королевства, и Резкайн не мог представить, чтобы Фарсон решил стать отшельником и жить в дикой местности. Нет, он отправится в сторону цивилизации, рассчитывая скрыться от Резкайна среди большого количества людей.

Резкайн открыл конюшни, чтобы лошади могли уйти. Рано или поздно они покинут крепость в поисках пропитания и воды. Взяв поводья боевого скакуна, он повел его к воротам. Резкий кисловатый запах крови висел в воздухе, и лошадь упиралась, но будучи обученным боевым скакуном, продолжала идти вперед. Оглядевшись по сторонам, Резкайн понял, что нельзя оставлять двор в таком виде. На земле лежали семеро мертвых мастеров меча вместе со страйкерами, которые являлись мастерами другого оружия. Их мечи и оружие являлись шедеврами, и не стоило бросать их ржаветь под открытым небом.

Резкайн потратил некоторое время, собирая оружие и другие ценности с тел мертвецов, а потом отнес их в оружейную. Конечно, тут не нашлось оружия столь же уникального, как у него, но он выбрал несколько ножей и метательный топорик, который ему особенно нравился. Затем он запер двойные железные двери в оружейную на множество сложных замков. Поскольку бóльшая часть специалистов королевства по замкам лежала мертвой во дворе, другим потребовалась бы катапульта, чтобы пробить каменные стены и попасть внутрь. И он сомневался, что Фарсон рискнет сюда вернуться.

Наконец, примерно в середине дня, Резкайн отправился в путь. Фарсон опережал его на два часа, но Резкайн не сомневался, что быстро его нагонит, ведь тот шел пешком. Как Резкайн и подозревал, след Фарсона вел к реке, в сторону деревни Пардонаи. После того как Резкайн менее часа двигался по следам Фарсона, он заметил кое-что необычное. Резкайн спешился, чтобы изучить потревоженный ил. Следы Фарсона были всюду, из чего следовало, что он остановился на привал. Однако не это вызвало тревогу у Резкайна. Он увидел следы волочения, ведущие в воду. Фарсон сел в лодку. Небольшую, на три или четыре человека, но она вполне годилась, чтобы быстро плыть по реке вниз по течению.

Резкайн пришел в уныние, он понял, что выследить Фарсона будет совсем не просто. Не вызывало сомнений, что тот постарается использовать лодку, чтобы уйти от Резкайна как можно дальше. Резкайну предстояло охотиться за ним в городах и по всему королевству.

Тихий голос в задней части сознания привлек его внимание. Он спрашивал: а зачем вообще выслеживать Фарсона? До сегодняшнего дня Резкайн убивал только преступников, по крайней мере, так ему говорили. Мастер Джейрдан не всегда объяснял, почему ему требовалось кого-то убить, в отличие от мастера Пейдера, и это оказывались ужасные люди. Однако Фарсон всегда представлялся Резкайну благородным и верным человеком, который следовал Правилам настолько, насколько возможно, как и все остальные страйкеры. И вновь он ощутил, как у него что-то сжалось в груди, когда он подумал о других страйкерах.

Резкайн покачал головой. Он не мог позволить себе подобных размышлений. Последний приказ его мастера состоял в том, что он должен убить всех страйкеров – именно так он и поступит. Но почему мастера стали сражаться между собой? Что, если мастер Джейрдан отдал неправильный приказ. Прекрати, – сказал он себе. – Ты не должен сейчас ставить приказы под сомнение. Может быть, когда он догонит Фарсона, то спросит у него, что происходит – перед тем как его убьет.

В течение следующих семи дней Резкайн без происшествий двигался вдоль берега реки Пардонаи. Во время обучения он провел немало времени в дикой местности, осваивая способы выживания, приемы охоты и набираясь опыта следопыта. Примерно в полудне пути от деревни он столкнулся с первыми людьми внешнего мира. На холме, заросшем густой травой, стоял маленький домик. По склону разгуливали пушистые белые овцы. За ними приглядывала собака, которая лаяла и норовила укусить их за ноги. Прежде Резкайн никогда не видел такой собаки. Он умел использовать этих животных на охоте, но ему показалось, что пес не собирался убивать овцу.

К полудню Резкайн впервые взглянул на деревню из внешнего мира. Она оказалась такой же, как он ее представлял, но показалась ему более яркой. Дома украшали растения в кадках, на нескольких прилавках с цветными тентами, дававшими тень, лежали разные товары. У него сложилось впечатление, что у жителей не было оружия, если не считать ножей на поясе. Один мужчина нес мотыгу на плече, но она была ржавой и погнутой. Потрепанный мужчина направлялся в кузницу.