Kazuki Miya – Власть книжного червя. Том 1 (страница 28)

— Это Майн, дочурка моего капитана. Она помогает мне с некоторыми бумагами и так же, как вы, хочет научится писать. Прошу вас не поднимать из-за этого шумиху, — представил меня Отто и начал занятие. Он написал по порядку много непонятных закорючек — судя по всему, букв алфавита. Ну, что касается меня, то я не помню их все досконально, так что это и для меня наукой будет.

— Смотрите, ребята. Это буквы алфавита. Сегодня мы тренируем пять из тридцати пяти букв алфавита, записывая их на листочки, а затем повторяя их произношение, — объясняет Отто и, видя, что для меня это не составляет особого труда, подходит и похлопывает по плечу. — Майн, ты и правда быстро учишься.

— Мне больше нравится считать, чем работать руками.

В отличие от других детей в этом мире, я привыкла к обучению. Также у меня нет проблем с самообучением, да и память очень хорошая. В принципе, это то, что мне нравится. Невольно сравниваю себя с этими новичками, неумело двигающими карандашами — они просто никто по сравнению со мной.

— Я думаю, что мы уже можем двигаться дальше, — уверенно выговариваю я.

— Что? Уже? Хм-м-м… — удивленно смотрит на меня Отто, а затем оглядывает других учеников. Прошло всего около тридцати минут, но, похоже, ребятам уже мучительно сложно. К тому же, они начали ерзать на своих местах, подтверждая мои мысли.

— Для новичка, впервые взявшего в руки грифельную доску, достаточно трудно все время быть сконцентрированным на одном действии. Мы потренировались писать — теперь мы должны поупражняться в математике, затем порисовать карты местности вокруг города, а потом узнать, что же настоящие солдаты должны знать. Мы должны изредка делать перерывы для того, чтобы подвигаться чуток. Чем больше вещей за день мы узнаем, тем больше мы сможем запомнить, — пытаюсь подсказать я.

Наверно лучше всего будет думать о них как о младшеклассниках. В Японии, мы бы никогда не заставили учеников начальной школы писать «хирагана» весь день. Они были бы не в состоянии справиться с этим, а совсем не усидчивые мальчики в этом мире справлялись бы с этим хуже всех.

— Давайте считать? Отто, давай? — вопросительно смотрю на учителя.

Так как все из них хоть раз ходили в магазин, то и до десяти считать умеют. Однако, было несколько детей, которые не знали и этого, так что мы потратили некоторое время на написание числительных от нуля до пяти, читая их затем вслух. Опять же, мальчишки начали ерзать через некоторое время, поэтому я завершила этот урок и отправила их тренироваться.

— Давайте заканчивать учебу на сегодня. Запомните сегодняшние буквы и цифры! Если вы этого не сделаете, то вам придется начинать с самого начала! Это очень важно!

Дети рассредоточились по комнате. Я больше не нужна в тренировочном зале, так что Отто отвел меня обратно к комнате ожидания.

— Майн, ты слишком с ними мягка, — тихо говорит мне Отто.

— А вот и нет. Если мы знаем, что учиться для них трудно, и что это может занять много времени, то нормально, что мы учим их так. И не надо сравнивать их со мной.

— Ох, твоя правда. — Отто почесал подбородок. Кажется, он осознал, что он подсознательно сравнивал их со мной.

— Мой метод, на самом деле, довольно жесткий по отношению к детям, которые едва начали учебу.

После этого мы еще некоторое время занимались с ним в частном порядке. Мы тренировали некоторые слова: сначала написание, затем произношение. Пока я была занята, он продолжал работать над своими бумагами.

— Мне кажется, что ты уже усвоила алфавит, так что давай-ка начнем пополнять твой словарный запас. Научу тебя, пожалуй, некоторым общим выражениям, — воодушевленно сказал Отто, отодвигая бумаги в сторону.

Он научил меня новым словам, но многие из них были связаны с бумагами или с обязанностями стража ворот. Это и правда выглядело так, словно он имеет виды на меня в будущем. Возможно, это как-то будет связано с бюджетом на следующий сезон.

Вот, например, некоторые из этих слов: «характеристика», «вельможа», «рекомендательное письмо» и «ходатайство». По крайней мере, если бы мы начинали с изучения названий товаров, то я могла бы узнать такие слова как «продукты питания» или названия видов оружия и брони…

Вдруг голос моего отца раздался в комнате. Скоро будут закрывать ворота и, кажется, Тули с ее друзьями только что вернулись из леса. Я отложила свой мелок обратно в сумку и выбежала на улицу, чтобы встретить их.

— Тули-и-и-и-и!

— Гоу хоме, — отвечает она мне.

С ней идет несколько детей с большими, неказистыми коробами за спиной. Они удивленно перевели взгляд сначала на меня, а затем на мою сумочку.

— Это твоя младшая сестра? Никогда не видел ее раньше, — вопросительно смотря на меня и сестру, выдает один из них.

Я прячусь за Тули, защищаясь от невежливых взглядов этих детей.

— Она не так часто выходит из дома, — объясняет сестра.

Похоже, что я почти никогда не показывалась на людях. Такое чувство, будто я какой-то мифический монстр. Тули пытается убедить меня, что они просто любопытствуют и вовсе не пытаются дразнить меня, но их взгляды все равно причиняют боль.

— О! Майн, пойдём с нами? — откуда ни возьмись появляется Лютц. Какое же облегчение — увидеть знакомое лицо. Я осмотрелась вокруг, пытаясь найти Ральфа, но нет никаких признаков присутствия его рыжих волос.

— А что, Ральф не с вами? Он в порядке?

— Ему исполнилось семь этой весной, так что он сегодня работает, — объясняет Лютц с умным видом.

Ральфу семь? По воспоминаниям Майн казалось, что он на самом деле ему восемь или девять. А? Мне кажется или Лютц действительно сильно подтянулся? Похоже, в этом мире все подчиняется законам наследственности.

Пока я размышляла над этим, группа двинулась дальше. Они были в лесу весь день и хотят как можно быстрее вернуться домой, так что и идут в довольно приличном темпе. Тули и Лютц заметили, что я отстала, поэтому попросили остальных притормозить.

— Подождите! Ты в порядке? — Лютц подошел ко мне и положил руку на плечо, заглянув в глаза.

Дети беспощадны. Они не собирались ждать меня.

— Вы все идете слишком быстро… Я с тобой пойду. У меня сегодня много чего набралось… Почему ты сегодня была у ворот?

— Я изучала алфавит, — спокойно отвечаю я, смотря на него. И, кажется, это потрясло его. Его глаза светились уважением, отчего стало как-то даже некомфортно. — Я не могу пока ничего писать, но мое имя у меня выходит очень хорошо.

— Ого! Ты можешь писать свое имя?! — восхищенно смотрит на меня Лютц.

Я никогда не подумала бы, что умение написать свое имя будет настолько впечатляющим. Хотя, теперь, когда я об этом подумала… Если старейшина деревни — единственный человек на целую деревню крестьян, умеющих читать и писать, тогда это действительно удивительно, что мой отец может записать чужие имена. Похоже, Отто был более заинтересован в моем воспитании, чем другие солдаты. Если бы я решила, что уметь писать чужие имена достаточно для меня, то он никак не смог бы научить меня оформлять официальные документы.

Лютц помог мне пройти оставшуюся часть пути, но, когда я вернулась домой, я так устала, что не было сил даже на разговоры. Как и ожидалось, я сразу же слегла с жаром на два дня.

— Вот почему я говорила не давить на себя! — возмущалась мама.

Мне же все равно казалось, что я стала немного сильнее. Обычно я бы выбыла из строя на пять дней, но в этот раз я была готова вернуться уже на третий.

Моя рутина продолжалась в течение месяца, и вот тогда появилось ощущение, что я будто становилась крепче. Я начала с одного дня работы и трех дней отдыха, затем — два дня, и в итоге, я начала отдыхать через день. На тот момент я по-прежнему ходила очень медленно, но в то же время как-то успевала за отцом и ребятами. После этого получалось выходить на учебу два, даже три дня подряд, чередуя их с одним выходным.

Когда я впервые смогла добираться до ворот пять дней подряд без выходного, моя семья была в восторге. Правда, сразу же после этого я слегла с жаром, продолжавшимся пару дней. Кажется, все прошло не так гладко, как планировалось.

Через три месяца после этого я, наконец, получила разрешение отправиться в лес.

Том 1 Глава 17.0 Трёхкратное Ура! Месопотамии

Сегодня я в первый раз сама иду в лес. Именно поэтому я оставила дощечку дома — в пути она будет только мешаться. Вместо этого теперь у меня за спиной, как и у всех остальных, вместительный короб (хотя подозреваю, что он немного меньше, чем у остальных). В нем и поместилась лопатка, с помощью которой я хочу сегодня набрать земли. И что-то мне подсказывает, что ничего у меня с ней не получится. Вообще, думаю, КПД этой лопатки будет даже меньше, чем у тех, с которыми дети обычно играются в песочнице.

Пока я размахивала своим орудием в воображаемой попытке уничтожить ее создателя, отец крепко ухватил меня за плечо. Повернув меня к себе, он по новой начал втолковывать мне то, о чем постоянно твердит с тех пор, как семья, наконец, решилась отпустить меня в лес.

— Майн, сегодня ты идешь в лес. Идешь туда и сразу же, — отец сделал ударение на этих словах, — обратно. У всех будет очень тяжелые короба на обратном пути, поэтому я хочу чтобы ты отдохнула некоторое время в комнате ожидания, чтобы потом была в состоянии идти с ними назад. — Он внимательно посмотрел на меня и, чуть смягчившись, спросил, — все поняла, дочурка моя ненаглядная?