Kazuki Miya – Власть книжного червя. Том 1 (страница 25)

— Ух! — восхищался Отто. — Я чувствую, как с моих плеч упала тонна-другая груза! Спасибо тебе, Майн! Я бы никогда не смог так быстро считать. Возможно, в один прекрасный день ты будешь работать в купеческой гильдии. Как тебе такой вариант: я представлю тебя своим знакомым там?

Несмотря ни на что, Отто все равно остается неотразимым. Если и есть какой-либо способ увеличить производство книг, то только через нее, через купеческую гильдию! Я завела полезные связи в неожиданном месте… А еще заработала пару баллов, помогая Отто в качестве ассистента.

— Майн, если ты сможешь научиться письму, то я позволю тебе помогать мне с заполнением бумаг.

— Правда-правда? — у меня загорелись глаза. — Уху-у!!!

— А-а-а… Чего ты так радуешься?

Еще бы не радоваться! Ты не только научил меня буквам, но и сам, лично предлагаешь мне доступ к чернилам и бумаге. Это же две самые прекрасные вещи в мире!

…

— Майн, прости, что задержались, — извинилась мама.

— Ура, мама пришла! — радостно кричала я в ответ.

Сегодня я занималась математикой впервые за долгое время. Я чувствую ментальное истощение: это была прекрасная зарядка для мозгов. Это был невероятно продуктивный день.

— Спасибо, дядя Отто! — попрощалась я. — Ты мне очень помог.

— А как ты мне помогла… словами не передать, — улыбнулся Отто. — Спасибо.

— Увидимся, пап! Удачи на работе!

…Однако вечером он все равно ходил надутый.

С чего бы?

Том 1 Глава 15.0 Украшения для волос Тули

Через несколько дней после того, как я была у Отто, мама наконец-то закончила новый наряд для Тули, над которым так усердно трудилась. По существу, это цельное платье, сшитое из небеленой ткани, с прямым, простым силуэтом. Небольшой вырез для груди спереди и прямые рукава — все это соединено в единую конструкцию, а подвязывается эта красота поясом прохладно-голубого цвета, еще больше подчеркивая наряд.

Милые вещи — всегда милые, но… этого мне было недостаточно. В Японии, в святынях на «Сити-го-Сан», кимоно и платья на людях очень эффектны и красочны… А еще они хорошо смотрятся на фотографиях. Или, по крайней мере, этими обещаниями в своих объявлениях нас продолжают кормить фотосалоны.

— Как ты думаешь, Майн? Разве это не мило? — спрашивает мама, гордо держа платье передо мной.

Возможно, мы могли бы сделать образ чуть более воздушным, добавив несколько украшений. Так было бы куда привлекательней… Может быть, я и права, но моя мама так гордится своим творением, да и Тули довольна своим новым нарядом, отчего мне начинает казаться, что и этого уже предостаточно.

Это не та одежда, в которой можно сфотографироваться, дабы потешить самолюбие, нет. Это одежда, в которой можно пойти в храм. Вполне возможно, что что-то более броское встретили бы с явным осуждением. Не думаю, что должна отвечать на вопрос мамы прямо сейчас. Кажется, я все никак не могу понять этот мир. Хотя…

Я с абсолютной уверенностью могу говорить о ее волосах. Регулярный уход сделал их глянцевыми и гладкими, но она всегда носит их одним образом — закинутой за спину косой из трех прядей. И если мы собираемся изменить прическу для ее крещения, то интересно, что подумают люди о парочке-другой стильных украшений для волос. Однако, что бы я ни делала, начать, в любом случае, не смогу, пока я узнаю местные обычаи. В конце концов, Майн очень маленькая и у нее нет никаких воспоминаний о церемонии крещения вообще.

— Тули, это так мило! А волосы? Ты должна решить, какую прическу хочешь.

— Я пойду так, а что? — Удивленный взгляд направлен прямо на меня.

— …Тули, так нельзя! Такое бывает только раз в жизни! Поэтому в этом надо быть серьезней! — восклицаю я, словно в отчаянии склонив голову. Ну, раз уж она не хочет менять прическу, то, может, получится хотя бы добавить парочку украшений? — Эммм… А что насчет украшений? Ты будешь их носить?

— О, хм… скоро лето, так что, может быть, собрать цветы? — Она задумчиво посмотрела в потолок.

— Стой! Не надо! Твое платье слишком хорошо для этого!

Тули говорит об этом так, будто вплетет в волосы цветы, которые ей удастся найти валяющимися на обочине дороги! Разве она не слышала о такой штуке, как гармоничность наряда?! Ха, конечно же нет.

Здесь считают неправильным заплетать волосы без предметов. Но вот если заплести их с какой-то спицей или игрушками, то это считается нормой. А если у Тули их нет, то мне придется сделать их самой. Возможно, я смогу сделать какое-нибудь кружево или что-то похожее. У меня есть целая куча времени, так что наверняка смогу справиться с этим.

— Я сделаю что-нибудь! Я хочу сделать это, Тули. Что-нибудь, что сделает тебя еще привлекательнее! — воскликнула я. Но вдруг поняла, что у нас нет иголок для плетения кружев. У моей мамы большие иглы для вязания, но они не подойдут для кружева. И что же делать?!

Мой отец — единственный в семье, кто смог бы сделать такие вещи. Тули, возможно, и заплела мои волосы палочками, но тем, кто гладко их выстругал и смазал маслом, на самом деле был мой отец.

Я исподтишка, украдкой взглянула на него, пытаясь оценить настроение. Прошло уже несколько дней с тех пор, как Отто согласился помочь мне научиться писать, и с тех пор мой отец был в довольно скверном настроении. Он выглядит так, словно приставать к нему по всякой ерунде будет очень плохим решением. Но в то же время я не думаю, что он будет меньше на меня злиться, если просто оставить его в покое.

Честно говоря, мой отец ведет себя по-детски, так что, видимо, пришла моя очередь быть взрослой. Надеюсь, что я правильно поняла — он хочет мне что-то сказать таким поведением. Заискивать и льстить? А что, я так и упрошу помочь мне, и настроение ему подниму. Считай, двух зайцев одним выстрелом!

— Папа! Папочка!

— Что такое?

— Ты ведь хорошо делаешь вещи? Это ты сделал ту куклу для Тули? — осторожно спрашиваю я.

— Ага… А что, хочешь себе такую же? — Он будто все еще злится, но я замечаю эти искорки в его глазах.

— Неа. Мне нужны иголки. Из дерева.

— Иголки? А ты разве не можешь использовать мамины? Думаю, она тебе их одолжит… — грустно произносит он. Его выражение лица словно говорило «хватит с меня всего этого, я просто хочу вернуть все, как было». Он устало машет рукой, прогоняя меня, в такой манере, которая не очень к лицу родителям. Нет уж. Я заставлю его хотя бы выслушать меня.

— Мне нужны иголки намного меньше, чем у мамы. Мне нужны такие иглы, с которыми я смогу работать с нитками, а не с пряжей, — отец никак не реагирует, и я продолжаю. — Папа, они должны быть очень узкими, и я думаю, что их будет сложно сделать. Но я мне кажется, что ты отлично с этим справишься! — я уставилась на него, сложив руки на груди, в самой симпатичной позе, на которую способна. Пока не знаю, можно ли в этом мире применить стандарты 2D милоты, но я абсолютно уверена в том, что нет такого родителя, который бы не считал свою дочь очаровательной. Так что надеюсь, что для него это было достаточно симпатично.

— Хм… из дерева говоришь? — заинтересованно уточнил он.

— Да! Ты сделаешь их?

— Я попробую.

Стоило мне лишь немного поиграть по его правилам, как он сразу же направился в кладовую. Порывшись там некоторое время, он вышел обратно с несколькими ножами и поленом, а затем сел и начал строгать. В его опытных руках работа спорилась. В мгновение ока вся кора и луб были сняты, оставив только плотный, жесткий сердечник. Он внимательно посмотрел на мамины спицы, а затем умело и тщательно начал придавать дереву такую же форму.

— Если эти иглы предназначены для шерсти, — отец указал на мамины иглы, — то, наверно, эти будут как раз для нитей, как думаешь?

— М-м-м, а ты можешь сделать их чуть-чуть тоньше? — спрашиваю я, сблизив указательный и большой пальцы.

— Подожди… Вот так?

— Да! Так!

Теперь, когда мы наконец определились с правильным размером, он взял в руки другой нож и начал проделывать ушки для ниток. Я не могу сказать, что он настоящий мастер, но это то, что я бы не смогла сделать сама, поэтому похвала так и рвалась наружу.

— Ого! Вот это да! Они уже отлично выглядят. Как думаешь, когда закончишь, ты сможешь отполировать их маслом, чтобы они не зацепились потом за ниточки? Я очень ценю твою помощь! — Кажется, мои слова вернули ему самообладание. Довольный, отец начал полировать каждую иглу. Ха, как по маслу.

В то время как темная улыбка мелькнула на моем лице, Тули, подобно ангелу, являла собой образец невинности и чистоты. Приблизившись, она тихо прошелестела:

— Майн, похоже, папа снова в хорошем настроении. Какое облегчение.

— Ага! — радостно восклицаю я, но сама молю о том, чтобы мне не говорили, что я была причиной всего этого. В конце концов, я просто маленькая девочка, поэтому, пожалуйста, пусть ко мне относятся так, словно я совершенно не умею читать настроение.

Отец все еще работает над полировкой игл. Похоже, они почти готовы, поэтому пора поискать нити. Огромный запас пряжи, который мама использовала для изготовления платья Тули, почти исчез. Тут осталось немного небеленых и цветных ниток, не пошедших на пояс или отделку платья.

— Мамочка! Я могу взять немножко? — спрашиваю я.

— А что ты хочешь сделать? — Глаза мамы на мгновение подсвечиваются от удивления. Она точно не может понять, зачем мне вдруг могут понадобиться нитки.