Кайра Лайт – Попаданка в Герцогиню (страница 3)

Свадьба. Торжественное событие в поместье Герцога. Леся вся такая нарядная, словно тоненькая роза в пышном обрамлении букета. Такая трогательно беззащитная и очень опечаленная. Видно, что она ещё не пережила предательства родителей. Всё, что происходило с ней, для неё было лишь обязанностью, потому как она не могла иначе.

Не меренное количество гостей. Даже король присутствовал и лично поздравил молодожёнов. Храм. Обряд. Богиня приняла их брак и благословила. Удивление на лице Леси. Похоже, что она надеялась на то, что богиня не примет этот брак. Герцог же доволен, видимо, всё идёт именно так, как он и хотел. С вежливой улыбкой он принимает поздравления.

Мерцает вид е ние, и я оказываюсь в поместье Герцога.

— Дорогая супруга. Поскольку вам нет восемнадцати лет и до этого события ещё год, то я не притронусь к вам, до достижения нужного возраста.

Леся облегчённо вздыхает, а Герцог ехидно хмыкает, замечая её реакцию. Она для него словно открытая книга, всего лишь сопливая девчонка. Он ведь судя по тому, что я вижу и могу судить старше её минимум лет на двадцать. А если учесть, что он маг, кстати, интересно какой у него дар, то, скорее всего, его реальный возраст я смогу узнать только тогда, когда он сам мне об этом расскажет, если расскажет.

— У вас будет много обязанностей в этом замке. Вы теперь Герцогиня и вам придётся соответствовать этому титулу. У меня сегодня ещё много задач, служанка покажет вам ваши покои, – бросил он буквально на ходу, выходя из комнаты.

В комнату скользнула, словно мышка – служанка. Невысокая, худенькая словно тростиночка. С пышными волосами цвета тёплого янтаря, убранными под косынку и огромными глазами отливающими бронзой, в обрамлении пышных ресниц.

— Леди, я провожу вас в вашу комнату, – проговорила она тихонько.

Вид е ние смывается и вот я в комнате у Леси. Судя по обстановке, она уже здесь обжилась. Девушка встала и осторожно двинулась к выходу из комнаты. На улице ночь, только небольшая свеча в углу комнаты на столике освещает комнату. И тут я услышала стон. Женский. Но это не был стон боли, а скорее наоборот – наслаждения.

— Хм, всё чудесатее и чудесатее, – усмехнулась себе под нос и поспешила за Лесей, которая вышла в коридор и, стараясь не шуметь, на цыпочках кралась туда, откуда слышался шум.

В конце тёмного коридора была распахнута дверь, и свет, пробивавшийся из неё, немного освещал коридор, туда-то и направилась Леся. А подойдя ближе, ей предстала очень даже откровенная картина. Герцог, сидя в кресле, сжимал в своих объятиях ту самую служанку, которую приставил к жене. Волосы служанки пышным каскадом расс ы пались по спине и в свете свечи казались невероятно яркими, девушка без единого клочка одежды сидела на таком же раздетом Герцоге спиной к входу. Герцог, склонившись, целовал девушку в шею, а та еле слышно стонала, поддаваясь его ласкам.

Леся прижала ладошку ко рту, чтобы не вскрикнуть. В глазах её читается боль и обида, да много чего. Но тут Герцог приподнял лицо и посмотрел на Лесю прямым насмешливым взглядом. Девушка отшатнулась и бегом кинулась в свою комнату. Залетев в неё, захлопнула за собой дверь и прижавшись к двери спиной, сползла по ней на пол. Я видела, как она нервничала, как часто поднималась её грудная клетка и, судя по всему, колотилось сердце.

Но меня снова смывает туманом вид е ния. В этот раз я оказываюсь в спальне Леси в дневное время. В комнате только она и там самая служанка.

— Подойди ко мне, – приказывает Леся.

Девушка подходит и встаёт напротив.

— Ты сегодня же уволишься из этого поместья и никогда, слышишь, НИКОГДА больше не подойдёшь к Герцогу, иначе ты умрёшь. Если ты расскажешь Герцогу о том, что тут произошло, твоё сердце остановится, и никогда больше не будет биться.

Служанка смотрела на Лесю стеклянными глазами.

— Ёлки-палки, это что за фигня такая? Она что сейчас внушает этой служанке? Я была уверена, что мне попалось тело молодой невинной девушки, а она тут такое творит? – выругалась вслух, опешивши от происходящего.

— Повтори! – потребовала Леся.

— Я никогда не подойду больше к Герцогу и не заговорю с ним, уволюсь из поместья, иначе моё сердце остановится, – послушно произнесла служанка.

Леся удовлетворённо кивнула, и вдруг её глаза закатились, и она стала оседать на пол. Последнее, что я успела услышать, это вскрик служанки: «Леди!».

Вид е ние смывается, и я попадаю в новое, жуткое. Какое-то подвальное помещение. К стене прикреплены цепи с наручниками, к которым пристёгнута Леся, а рядом стоит мрачный Герцог.

— Не ожидал я такого от своей жены. Ты наказана. Неделю будешь в этом подвале, может быть, так твои мозги встанут на место, – сказал он резко и саркастично.

Но было в его тоне что-то такое, что меня зацепило. Там была не только злость, но и какая-то досада, что ли. Я удивлённо перевела взгляд на Герцога и поняла, что не ошиблась, видно, что он был раздражён. И мне показалось, что он вынужден был это сделать, но сказать, чтобы жаждал.

Сама не понимаю своих мыслей, я как будто пытаюсь обелить Герцога. Наверное, то, что сделала Леся, так сильно на меня повлияло. Я-то считала её милой, но попавшей в трудности девушкой, а оно как. Хотя Герцог тоже поступил неадекватно. Приковать девушку в наручники и держать её как преступницу в темнице целую неделю, это гадство!

Вид е ние снова смывается. Я видела, как освободили Лесю, как неделю после заточения она лежала в постели, была слаба. Но та самая служанка, которой она сделала внушение, исчезла из поместья, наверное, и правда уволилась.

Новое вид е ние и Леся подслушивает разговор служанок.

— Говорят, что леди маг Внушения.

— Быть такого не может! Ты же знаешь, что этих тварей убивают сразу же, как только они показали свою магию. Господин никогда не позволил бы ей жить на этом свете, знай он, что она маг, умеющий внушать.

— Я слышала, что она внушила Валесии уволиться из поместья. Конечно, кто будет терпеть рядом с собой конкурентку на постель Герцога.

— Не болтай глупостей! Леди никогда бы так не поступила. Ты же помнишь, кто наш Герцог? Вот, то-то и оно. Так что помалкивай лучше, целее будешь.

Я видела эмоции на лице Леси. Злость, непонимание, неверие. Выглядело это так, будто она реально не понимала, о чём говорят девушки. Будто она не помнила того, что произошло.

— Интересно, может ли она реально не помнить того, что произошло? – спросила сама у себя. – Фиг его знает, сложно, когда видишь всё со стороны. Я ведь не у неё в голове, не понимаю её эмоций, могу только попытаться прочитать по лицу. Да, девочка, а ты не так проста, как казалась.

Головная боль по мере просмотра вид е ний становилась всё больше и больше, в конце концов, она уже стала настолько невыносимой, что я резко стащила кольцо с пальца и снова вернулась в реальность. Комната пошатнулась, перед глазами мелькали мушки, всё расплывалось, и меня даже подташнивало.

— Чёрт побери, нужно всё-таки делать это дозированно. Я не знаю, сколько всего ещё там записано, но если буду просматривать всё сразу и за одну ночь, то, как бы я бог душу не отдала, – проворчала, пытаясь прийти в себя.

Минут через двадцать зрение восстановилось, дыхание тоже, только головная боль ломила виски с такой силой, казалось, что голова сейчас лопнет. Всё бы сейчас отдала за аспирин!

Хотела уже снова порыться в чемодане, вдруг я чего упустила. Но резкий стук в дверь заставил меня подпрыгнуть на стуле.

Глава 5. Неприятности

— Открывай давай, ледя. Если не откроешь, я прикажу выломать дверь, и тебя выкинут отсюда, как паршивую собаку, вместе с твоим щенком, – из-за двери раздался злой голос, принадлежность к полу которого было невозможно установить.

— Мама, – на постели испуганно подскочила Анна.

— Малышка, я сейчас разберусь, не переживай, – попыталась её успокоить и поспешила к двери, отодвинула стул и распахнула её.

Бесило, что я не одета, но тем, что они ломились в дверь, они напугали мне ребёнка, поэтому пришлось действовать быстро. И хотя меня всю потряхивало от страха, но при этом сделала надменное лицо, выпрямилась и всем своим видом показала, что я Герцогиня, а не челядь какая. Передо мной стояла непонятное существо бомжеватого вида. И только то, что на нём была надета тряпка, которую можно было опознать как платье, подсказывало мне, что передо мной женщина. Вонища от этой бабёнки стояла такая, там же мухи на подлёте замертво падали, что и я чуть в обморок не улетела, и только беспокойное сопение малышки на кровати заставило меня собраться и держать лицо.

— Что вы себе позволяете любезнейшая? – спросила, глядя на неё надменно.

— Наконец-то! – возмутилась женщина. – Ты почему двери не открывала? Живёшь тут на всё готовеньком и не платишь. А если так, то вали отсюда, я всегда найду, кого сюда заселить. Ты мне золотой задолжала, – стала наезжать она на меня, при этом совершенно наплевав леди перед ней или нет, она тыкала мне в лицо. Я бы, может, с ней и поспорила, но за ней стояли два амбала, внушительно поигрывая мускулами. Куда мне против двух здоровенных мужиков?

Я приподняла бровь, изобразив крайнюю степень недоверия её словам, но она не дрогнула и дополнила:

— Несколько дней здесь живёшь да ещё харчуешь, а не платишь. Неча-неча, деньг давай или выметайся отсюда, – стояла на своём бабёнка.