Кайла Май – Под луной Тихолесья (страница 16)

– Ох, черт возьми, – раздался голос Даши с конца стола.

– Ты знаешь эту девушку? – спросил ее Андрей, и Даша подняла брови и посмотрела на Макса.

– Она… – Макс остановился, потому что Ди радостно завизжала. – Ее зовут Софи.

– Мы тоже знакомы с Софи, – кивнул Костя. – Милая девушка.

– Та самая Софи, которая приходила на ужин со своей матерью несколько дней назад? Софи, которая спасла Эллу? – спросила Евгения, прислонившись к столу. Она так сильно вцепилась в него руками, что было чудом, что стол не раскололся под ее давлением.

Глаза Андрея расширились, когда он понял, о ком именно говорит его сын.

– Она уже зарекомендовала себя в моих глазах. Тот, кто защищает мою семью – часть моей семьи.

– Из нее выйдет замечательная альфа-самка, – сказала Евгения, стирая слезу со щеки.

Остальные члены стаи Макса тоже хорошо приняли эту новость. Собравшись на поляне этим же вечером, стая с нетерпением ждала объявления Макса, и когда он сообщил им о своей паре, их аплодисменты были настолько громкими, что наверняка насторожили людей, населявших город. Однако Макс не возражал, его сердце было наполнено невиданным счастьем. Ему только хотелось, чтобы Софи была рядом и отпраздновала это событие вместе с ним.

Для его стаи было странно приветствовать девушку, которую большинство из них никогда не встречали. И все же Макс позволил им порадоваться. Альфа-самка могла родить будущих наследников, а это означало, что их стая могла продолжать процветать и становиться сильнее.

Макс беспокоился, что вскоре их стая перерастет маленький городок Тихолесье и им придется искать новую территорию. “Переселиться бы в Озерный край”, – подумал Макс. Это звучало восхитительно.

Он усмехнулся про себя, делая глоток пива. Для такой огромной земли требовался невероятно могущественный Альфа, а его там еще не было. Слишком многие стаи попытаются отобрать у него эту землю и объявить территорию своей. Макс был доволен своей землей и лесом такими, какие они есть.

Он поблагодарил членов стаи, поздравивших его, но его мысли были только о Софи. Что она сейчас делала? Она все еще думала о его глазах? Ему просто не терпелось увидеть ее снова.

Эрик подошел к нему с улыбкой:

– Стая хочет побегать. Ты к нам присоединишься?

Обычно, если стая хочет бегать вместе, Альфа встает первым и возглавляет их.

Макс кивнул и снял рубашку. Он был очень рад избавиться от человеческой одежды. Раздетый донага, Макс принял форму волка. Его кожу заменил густой черный мех, ногти заменили когти, а в челюсти выросли острые клыки.

Он побежал все глубже и глубже в лес, и радостно завыл. Услышав позади лай и ответный вой, он почувствовал свою стаю. Он повел их через густой лес, где ветви деревьев царапали шерсть, а луна освещала путь. Каждый волк в стае был верен ему и своим собратьям.

Если бы Макс мог, он бы улыбнулся в этот момент. Потому что именно тогда все казалось правильным.

Глава 13

Вытерев пот со лба, я подняла одну сторону коричневого кожаного дивана, чтобы сдвинуть его на несколько сантиметров вправо.

Мама, ставшая вдруг перфекционисткой, решила переставить мебель и улучшить обстановку. Она стояла спиной к дверному косяку, критически оценивая каждое мое движение. Я медленно опустила диван, чтобы посмотреть, что из этого получилось.

Я откинула назад несколько прядей волос, выбившихся из хвоста, и прижала руку ко лбу, поморщившись от усталости.

– Куда бы его поставить? – размышляла мама, взявшись за подбородок левой рукой и задумчиво поджимая губы.

– Выкинуть? – пробормотала я себе под нос.

– Я все слышала, – вздохнула она. – Думаю, нужно сменить его обивку на тканевую.

Мы обе посмотрели на диван, который стоял в углу комнаты, и я представила, как он будет выглядеть с новой обивкой. Мама всегда была экспертом в создании уютной обстановки, и я верила, что её идеи всегда приносят положительные изменения.

Нам потребовалось две недели, чтобы полностью переехать в красивый, но архаичный отель Евгении. Устаревший коттедж отличался индивидуальностью и яркостью. Но ключевое слово было “устаревший”.

Обивка мебели оставляла желать лучшего, а обои потрескались и пожелтели.

За эти две недели мы превратили гостевой дом в уютное и современное место. В доме было пять спален, две общие ванные комнаты, кухня, а также гостиная и обеденная зона открытой планировки. Здесь было больше места, чем я могла себе представить, и, судя по отсутствию посетителей, мы были единственными жителями.

Я рухнула на диван, закинула одну ногу на другую и отбросила волосы назад. Мама порхала по комнате, поправляя керамические статуэтки на полках и разглаживая ногой углы потертого серого коврика.

– Мама, я думаю, что ты сделала достаточно, – прокомментировала я, делая глоток из бутылки с водой, которую оставила на дубовом столике.

Из-за солнечных лучей вода в бутылке нагрелась. Я поморщилась, но все равно сделала глоток, мысленно напоминая, что нужно взять еще одну бутылку из холодильника.

– Думаешь? Я знаю, что вряд ли к нам когда-нибудь придут посетители, но если и придут, то я хочу, чтобы здесь было гостеприимно и по-домашнему.

– Через час у меня собеседование в «Клевере», – вздохнула я, вставая на ноги. – Отдохни, пока я буду собираться.

Внезапно волна беспокойства прокатилась по моим венам, когда в голове пронеслась одна мысль.

– Как ты думаешь, они будут платить наличными?

– Даже если нет, то ничего страшного, – улыбнулась мама. – Я вчера днём зашла в маленький банк. Используя наши поддельные документы, я открыла совместный банковский счет для Луизы и Софии Мурзиной. Твою зарплату могут перечислять на него.

– Они не задавали никаких вопросов? – спросила я, снова садясь на край дивана.

– Я думаю, они были более чем рады новым клиентам. Это очень маленький банк.

Безопасность в гармонии с красотой природы – вот что делало Тихолесье таким неотразимым.

Я выдохнула, сама того не осознавая, что сдерживала дыхание, и прижала руку к груди. Слабо улыбнулась и вышла из гостиной, чтобы подняться наверх. Взявшись за перила из красного дерева, я поднялась по лестнице, раздумывая над вопросами, которые мне могли задать на собеседовании, и думая о возможных ответах на них.

Мой костюм для собеседования аккуратно висел на дверце деревянного шкафа: черная юбка-карандаш и свободная бежевая рубашка. Сняв одежду с дверцы, я положила ее на кровать.

“Моя кровать”, – подумала я. После года, проведенного в отелях и мотелях на дешевых простынях, у меня наконец-то появилась кровать, которую я могу назвать своей собственной.

Рубашка, которую я купила у Ди на прошлых выходных, была светло-бежевой, шелковистой, с длинными рукавами. Она сидела на мне свободно, но при этом была элегантной. Я заправила ее в юбку, следя за тем, чтобы не было складок. Волосы собрала в пучок, закрепив его заколками. Сделав легкий макияж, посмотрела на часы. До собеседования у меня осталось сорок пять минут.

– Можно выйти пораньше, – решаю я, надевая черные балетки.

Выходя из дома, попрощалась с мамой, которая все еще убирается. Она едва услышала меня из-за шума пылесоса, но помахала рукой и крикнула «удачи».

На улице солнце сразу же согрело каждый сантиметр моего тела. За все эти солнечные дни оно начало осветлять мои темные волосы, и теперь по всей голове сияли золотистые пряди. Кожа тоже начала загорать, приобретая золотисто-коричневый цвет.

Я вошла в «Клевер» и сразу заметила Дашу, которая подавала посетителям напитки.

– Привет, Софи, – позвала она, отставляя поднос на рабочий стол.

– Привет, Даша, я на собеседование. Куда мне идти?

– Пойдем, я познакомлю тебя с нашим менеджером, – сказала она и повела меня между столиками в заднюю часть кафе, где мы прошли в дверь с надписью «Только для сотрудников».

За дверью была кухня и комната для персонала. Дальше по коридору я заметила туалетную комнату и, наконец, кабинет.

Даша дважды постучала в закрытую дверь, затем распахнула ее, напугав пожилую женщину, сидевшую за столом с телефоном в руках.

– Софи пришла на собеседование, – объявила подруга.

Женщина указала на телефон, затем вздохнула и покачала головой, после чего сказала человеку на другом конце провода, что перезвонит.

– Даша, сколько раз я… – начала женщина, но затем оборвала себя и повернулась ко мне. – Неважно, Даша, кажется, не понимает, что такое стучаться и ждать, – многозначительно сказала она.

Даша пожала плечами:

– Это гораздо важнее.

Женщина закатила глаза, но больше ничего ей не сказала. Она посмотрела на меня добрыми глазами и представилась:

– Я Анна. Я менеджер в Клевере, а также лучшая подруга ее матери.

Она сделала театральную паузу, как бы говоря: «Именно поэтому я не наложила на нее дисциплинарное взыскание за вторжение в кабинет. Поверь мне, я пробовала, ничего не помогает.

– Ну, оставлю вас вдвоем, а сама вернусь к работе, – улыбнулась Даша и, подмигнув мне, закрыла за собой дверь.

Я внезапно начала сильно нервничать. Это было мое первое собеседование, и мне нужно было хорошо пройти его. Анна жестом предложила мне сесть на стул напротив нее.

– Итак, Софи, как ты обживаешься в Тихолесье? – спросила она, сбивая меня с толку.