Кай Хара – Всегда твой (страница 84)
Она сокрушенно качает головой. Слезы вырываются из-под ее закрытых век и падают на щеки, а ее маленькие кулачки бьют меня по груди, пытаясь заставить отпустить ее.
— Ты веришь, что я люблю тебя, Сикс? — повторяю я. Мой голос звучит неестественно для моих ушей. Я слизываю слезы, пропитавшие ее щеки, и чувствую соль ее боли в каждом вкусовом рецепторе.
— Нет. — Она прижимается лбом к моей груди, когда борьба покидает ее и тело сдается. — Недостаточно.
Я прижимаю ее голову к своей груди, моя рука проводит по ее теплой шее. Рыдания, срывающиеся с ее губ и смешивающиеся с прерывистым дыханием, пронизывают меня насквозь.
Меня тошнит от мысли, что я стал причиной такого опустошения. Я прижимаюсь губами к ее макушке и удерживаю их там, делая неровные, прерывистые вдохи.
Я перемещаю руки по ее лицу и заставляю ее откинуть голову назад, чтобы она посмотрела на меня. Ее покрасневшие глаза имеют самый глубокий и яркий зеленый цвет, который я когда-либо видел.
— Больше, чем ты можешь себе представить, — поправляю я ее.
Позже я буду заново переживать эти моменты и наслаждаться тем, как тяжесть сваливается с моей груди, когда я наконец говорю ей о своих чувствах. Долгие годы мой секрет лежал на поверхности, едва сдерживаемый, словно он мог сорваться с моих губ, если бы она однажды улыбнулась мне.
Сказав об этом открыто, я чувствую себя свободным.
Я целую ее, но не задерживаюсь. Зажав ее нижнюю губу между своими, я осторожно оттягиваю ее, отпуская. Я отпускаю ее с недовольным стоном и делаю шаг назад.
— Ты уже сказал свое слово, не мог бы ты теперь уйти? — спрашивает она, когда я замечаю румянец на ее коже.
Она так чувствительна к моим прикосновениям, одного поцелуя достаточно, чтобы заставить ее тело отреагировать, даже когда она отпихивает меня.
— Да, но только потому, что у меня есть проблема, о которой я должен позаботиться в первую очередь.
— Феникс.
— Но я вернусь за тобой, — заканчиваю я. Лучший мужчина отпустил бы ее, но она выбрала не его. — Я докажу тебе, что люблю тебя и всегда любил.
— Не трать свое время.
— У меня есть целая вечность, чтобы показать тебе, и если это займет столько времени, то именно столько времени я использую, чтобы убедить тебя. — Я хватаю ее за лицо и целую в последний раз, прежде чем открыть дверь и оглянуться. — Я скоро вернусь, дикарка.
Она вытирает рукавом рот в порыве гнева, за который я заставлю ее заплатить позже.
— Прекрати целовать меня, Феникс.
— Ты предоставила мне свой рот. Я буду делать с ним все, что захочу. — Я говорю и выхожу, закрывая за собой дверь.
Мне чертовски не хочется оставлять ее, но я должен убрать несколько препятствий со своего пути, прежде чем начну возвращать ее.
Я слышу стук и открываю дверь, после чего Нера говорит.
— О, Сикс.
Я борюсь с защитным инстинктом, чтобы вернуться туда и позаботиться о ней, и вместо этого иду по коридору. Я достаю из кармана телефон и набираю номер.
— Твой самолет в аэропорту, верно? — спрашиваю я. Мой развернулся в сторону Кореи сразу после того, как высадил меня.
— Да, — отвечает Роуг.
— Он мне нужен.
— Тогда забирай. — Линия обрывается.
Бросив последний взгляд на входную дверь Сикс, я поворачиваюсь на каблуках и иду в противоположном направлении.
ГЛАВА 49
— Сэр? Сэр!
Пэтти, моя домоправительница и по совместительству привычная нарушительница спокойствия, стучит в дверь нашей спальни, причем ее голос становится все настойчивее, чем дольше я не отвечаю.
Взглянув на часы на тумбочке, я вижу, что уже три часа ночи.
Первая мысль — на нас, должно быть, напали, вторая — кто настолько глуп, чтобы даже попытаться это сделать.
Повернувшись направо, я смотрю на свою жену, которая крепко спит рядом со мной, все такая же чертовски красивая, как в первый день нашего знакомства.
Она шевелится, когда стук продолжается.
— Кэл? — говорит она ворчливо.
— Шшш, засыпай. — Я говорю, целую ее голое плечо и натягиваю простыни, чтобы прикрыть ее обнаженное тело, прежде чем встать.
Я надеваю футболку и открываю дверь, глядя прямо в обеспокоенные глаза Пэтти.
— В чем дело?
— Сэр, к вам пришел джентльмен. Он отказывается уходить, пока не поговорит с вами, и не хочет ждать до утра. Он хочет видеть вас прямо сейчас.
Я присоединяюсь к ней в коридоре и тихонько закрываю за собой дверь.
— Где Лев? — спокойно спрашиваю я.
Лев — мой новый начальник службы безопасности, предыдущий занимал эту должность и недавно ушел в отставку. Он работает у нас уже два года, и до сих пор у меня не было никаких претензий к его работе.
Но за прошедшие годы жизнь устоялась, и самое близкое знакомство с ним в этой роли произошло, когда младшая дочь Рима прошлым летом споткнулась в гравии и поцарапала коленку.
— Внизу с ним. Он говорит, что незваный гость вас не удивит.
Улыбка приподнимает уголки моего рта. Если это тот, о ком я думаю, то он был в моем списке проблем, с которыми нужно разобраться на этой неделе. Очень мило с его стороны прийти ко мне и избавить меня от дополнительной головной боли, связанной с необходимостью выслеживать его, прежде чем я его убью.
— Возвращайся в постель, Пэтти. Я разберусь с этим.
Она кивает и быстро уходит в свою комнату. Я направляюсь к лестнице и останавливаюсь, когда прохожу мимо пары охранников. Они выпрямляются при виде меня.
— Стойте на страже перед моей спальней, — говорю я, указывая в коридор. Я не хочу рисковать, когда речь идет о защите Адди. — Нужно ли мне тратить время на рассказ о том, что с вами случится, если я обнаружу, что вы трогали ручку двери или пытались войти в эту комнату по любой другой причине, кроме как защитить ее, если возникнет угроза?
— Все ясно, сэр. — Они отвечают, их лица ничего не выражают, кроме беспокойства в глазах.
— Отлично. — Я говорю с напускной бодростью. — Мне бы не хотелось заставлять Пэтти вытирать ваши мозги со стены.
Я вижу, как младший из них сглатывает, когда прохожу мимо них и спускаюсь по лестнице. Я дохожу до своего кабинета и устраиваюсь за столом, махнув одному из охранников, чтобы он привел моего неожиданного посетителя.
Через несколько минут в кабинет входит Лев, а за ним по пятам следует Феникс.
На лице начальника службы безопасности застыла устрашающая улыбка, но мой бывший почти зять, кажется, ничуть не обеспокоен. Его выражение лица мрачное и яростное, когда он подходит ко мне и кладет ладони на мой стол.
— У тебя есть желание умереть? — шипит он.
Я бесстрастно смотрю на его руки, прежде чем перевести взгляд на него.
— А у тебя? — холодно спрашиваю я.
Он смотрит на меня смертельным взглядом. Если бы взглядом можно было убить, то этот взгляд убил бы меня в десятки раз больше.
— Должно быть, — добавляю я небрежно. — Только тот, кто действительно хочет умереть, может без предупреждения явиться в мой дом посреди ночи и разбудить мою жену. — Мой взгляд застывает, превращаясь в непроницаемый гранит. — Только тот, кто хочет узнать, насколько мучительной может быть смерть, может разбить сердце моей дочери.
Я наклоняю подбородок к Льву, и он протягивает руку, чтобы тот схватил его. Феникс легко уклоняется от него один раз, затем второй, после чего изворачивается и наносит удар кулаком в солнечное сплетение Льва.
Я с бесстрастным интересом наблюдаю, как Лев падает на колени, задыхаясь, и хватается за живот, пытаясь втянуть воздух в легкие.
— Я могу делать это всю ночь, — говорит Феникс, возвращая мой взгляд к своему. — Но я не хочу. Скажи своим людям, чтобы они ушли, и мы сможем все обсудить.
— Или я могу просто пристрелить тебя. — Я говорю, достаю Глок, который всегда держу при себе, и направляю его на него.