Кай Хара – Любовь во тьме (страница 100)
- Я сделала , - говорю я, затаив дыхание, даже легкомысленно. - Я выиграла.
Тристан перегибается через перила и тянется ко мне. Его руки обхватывают мои предплечья и с почти нечеловеческой силой он тянет меня вверх и на трибуны.
Когда я переваливаюсь через перила и он ставит меня обратно на ноги, он прижимает меня к себе, отчаянно шепча в мои волосы: - Я знал, что ты собираешься это сделать, я знал это. Я
Я встаю на цыпочки и приближаю свой рот навстречу его губам.
Позже, когда мой флаг поднят, когда мне вручают цветы и когда медаль надевают мне на шею, Тристан сидит на полу и фотографирует, как гордый парень. Он рядом со мной, как и был с тех пор, как решил, что я принадлежу ему, много месяцев назад.
Его рука обнимает меня за плечи, когда я, наконец, освобождаюсь от прессы и внимания.
- Моя девушка - лучшая фехтовальщица в мире, - говорит он. - Первая фаза плана завершена. Подумал, что смогу получить фору в следующем эпизоде и посмотреть, не испытываешь ли ты желания стать моей женой?
- Тристан! - Говорю я, игриво шлепая его по груди.
- Ну же, что скажешь? Ты наденешь оранжевое, а я полосатое. - Он наклоняется ближе, чтобы прошептать мне на ухо: - Я принесу наручники после того, как уйдут наши гости.
Я краснею, но качаю головой.
- Хорошо, я попробую еще раз завтра.
- Ты не можешь вот так просто спросить, - говорю я, снова хихикая. - А что, если бы я сказала "да"? Ты бы не был готов.
Он обхватывает рукой мою челюсть и поворачивает ее лицом к себе. Темный, горячий взгляд опускается на мои губы, прежде чем медленно вернуться к глазам.
-Что заставляет тебя думать, что я не готов, а? - спрашивает он, поглаживая большим пальцем мою щеку. - Ты знаешь, я ездил навестить свою маму в феврале. Ну, мы осмотрели семейные реликвии, когда я поселился в ее новом доме. Не зря я сказал тебе, что у меня был план в тот день, когда я вернулся. - Он ухмыляется мне с той же смесью игривости и высокомерия. - Поверь мне, детка, у меня всегда есть все, что мне нужно. В тот момент, когда ты скажешь мне, что готова, я встану на одно колено и официально привяжу тебя к себе на всю оставшуюся жизнь .
-Ты серьезно? - Спрашиваю я, в горле у меня внезапно пересохло. - Покажи мне.
-Нет, - отвечает он. - Ты не увидишь этого, пока не будешь готова сказать ”да".
-Ну что ж, - говорю я. -
Его глаза комично расширяются, прежде чем сузиться. - Тебе нужно убедиться, что ты готова, Нера, потому что ты не уйдешь отсюда, как только я попрошу. Больше некуда убегать.
- Я уверена, - говорю я, кивая, и тогда он достает что-то из внутреннего кармана куртки и опускается на одно колено.
У меня перехватывает дыхание, сердце бешено колотится, и в глазах уже стоят слезы. Я уже киваю.
- Ты не можешь сказать "да", пока я не попрошу, детка, - говорит он с нежной улыбкой.
- Тогда приступай к делу, чтобы я могла дать тебе свой ответ.
Он ухмыляется, в его собственных глазах появляется блеск, и эмоции еще сильнее подкатывают к моему горлу.
- Я думаю, что я уже все это тебе сказал, Нера, и я все равно планирую рассказывать тебе каждый день, так что я буду краток и любезен. Я полностью, безнадежно, безвозвратно влюблен в тебя. Я хочу быть рядом при каждом твоем взлете и падении, быть человеком, к которому ты обращаешься на праздники, быть плечом, на котором ты плачешь, когда у тебя был плохой день, быть человеком, с которым ты смеешься каждый день, пока мы оба не покинем эту землю. Мне было бы трудно найти только одну причину, по которой я люблю тебя – реальность такова, что я люблю в тебе все. Твоя страсть и преданность делу, твое упрямство, твое чувство юмора, твоя неспособность приготовить даже простой сыр на гриле, то, как ты заботишься о других едва ли не больше, чем о себе. Я не хочу больше ни дня проводить в разлуке с тобой. У нас есть время наверстать упущенное, детка, и я хочу сделать это с тобой как со своей женой. Как с матерью моих детей. Сделаешь меня самым счастливым мужчиной в мире и выйдешь за меня ?
Я узнаю, как выглядит кольцо, только позже. Я не трачу время на то, чтобы посмотреть на него, когда он поднимает его между нами, вместо этого бросаюсь в его распростертые объятия.
Он громко смеется, ловя и обнимая меня. Теперь я открыто рыдаю, киваю и покрываю его губы дикими поцелуями.
- Мне нужно, чтобы ты произнесла эти слова, детка, - мягко говорит он.
- Да! Да, тысячу раз, да. Я выйду за тебя замуж.
Мы сидим так некоторое время, он стоит на коленях, а мои конечности обвиты вокруг него, как щупальца. Целуемся, смеемся и скользим по рингу. Празднуем это даже больше, чем золотую медаль.
-Черт возьми, да, - выдыхает он. - Сделать тебя беременной - следующий пункт в списке, - добавляет он, глаза одержимо блестят.
-Пока нет, - шепчу я, слегка качая головой. - Я слишком молода.
-Я не знаю, смогу ли я ждать, - мурлычет он, одной рукой сжимая мою задницу, а другой собственнически поглаживая живот. - Я хочу кончить в тебя и сделать ребенка. Я хочу смотреть, как этот живот растет вместе с моим ребенком. Я хочу все это.
Я обхватываю его лицо руками и целую, обезумев от любви. - Хорошо, детка, но по одному делу за раз.
Я целую его, чтобы отвлечь. Детей пока не будет, у меня есть другие цели, которых я хочу достичь в первую очередь.
В конце концов, он откидывает мои волосы назад и обхватывает ладонями мое лицо, ища меня глазами.
- Ты действительно счастлива ? - спрашивает он, повторяя вопрос, который я задала ему почти год назад в том гостиничном номере.
И, в отличие от того случая, ответ настолько очевиден.
Такие разные.
Так намного проще.
- Да.
Он нежно целует меня в губы и отстраняется.
- Хорошо, потому что я тоже. Наконец-то.
Эпилог
Шесть лет спустя.
-Привет, детка, - окликаю я Тристана, слыша, как он поднимается по лестнице нашего лондонского таунхауса на третий этаж. - Я оставила кое-что для тебя на кровати.
-Сюрприз? - он отвечает издалека.
-Кое-что, чего ты давно хотел, - добавляю я, улыбаясь и снова опускаю взгляд в свою книгу, ожидая, когда он обнаружит это.
- Ты действительно самая лучшая жена на свете, - хвалит он, его голос хрипит от желания. - Я думаю, мне снова придется жениться на тебе.
После того, как Тристан сделал мне предложение на Олимпийских играх, мне удалось убедить его подождать год с женитьбой, чтобы мы могли спланировать настоящую свадьбу. Он неохотно согласился, хотя после этого пытался переубедить меня почти каждый день.
Мы путешествовали по миру несколько месяцев, как и договаривались, и добрались до США, он специально включил остановку в Вегасе и пит-стоп перед круглосуточной часовней. Было трудно устоять перед соблазном выйти замуж прямо здесь и сейчас, особенно когда Тристан нетерпеливо тянул меня за руку к выходу, но я это сделала.
Я загладила вину, позволив ему снова преследовать меня, на этот раз по природному парку, а затем жестоко трахнуть.
Мы поженились на юге Франции со всеми нашими друзьями и некоторыми членами нашей семьи. К тому времени мы с мамой добились значительного прогресса, так что она сидела в первом ряду и плакала в носовой платок, наблюдая, как я выхожу замуж за любовь всей моей жизни.
Джуд выдал меня, шепча шутки на протяжении всего пути к алтарю.
- Трахаешься со своим учителем, а потом выходишь за него замуж. Я и не знал, что ты на это способна, сестренка, - сказал он, и мне пришлось сдержаться, чтобы не расхохотаться.
Тристан смотрел на меня так, как я никогда раньше не смотрела. Как будто я была самой красивой, драгоценной вещью, которую он когда-либо видел. Когда пришло время, он целовал меня так долго, что нашему священнику пришлось похлопать его по плечу. Мы оторвались друг от друга под одобрительные возгласы наших друзей.
После того, как мы поженились, Тристан удивил меня, взяв мою фамилию. Однажды он принес домой документы и положил их мне на стол. Он был серьезен, когда сказал, что ему больше не нужна его фамилия, и он это доказал.
Я была так удивлена и невероятно тронута этим.
Мои друзья не могли в это поверить.
- Вау, - сказала Сикстайн, прижимая руку к сердцу. - Это такой удивительный поступок с его стороны.
Тем временем Тайер бросила косой взгляд на Риса.
- Почему ты не взял мою фамилию?
Рис застонал, свирепо глядя на Тристана, который спрятал смех за бокалом. - Спасибо, что выставил всех нас дерьмово, придурок.
- Давай считать, что мы квиты, - ответил он.