Кай Хара – Да здравствует король (страница 65)

Гневная энергия проносится по моему телу, как удар смертоносной молнии. Я поднимаюсь на ноги, гневно вышагивая под старым дубом. Я не могу это контролировать.

Она, блять, важна. Что я делаю? Нет, у нас всегда был срок годности. Почему бы не сделать это сейчас? Я еще не уверен, что закончил.

Я реву от разочарования, желая вырвать противоречивые мысли из своего мозга. Чего я хочу?

Потребность в насилии.

Потребность драться.

Потребность преследовать ее.

Все они борются за внимание внутри меня, стремясь к доминированию. Я с силой бью по стволу дерева. Многократно. В течение пятнадцати секунд я наношу удары без раздумий.

Левый хук.

Правый хук.

Левый хук.

Правый хук.

Что я наделал?

30

— Беллами! Беллами, подожди!

Я не останавливаюсь. Более того, я увеличиваю темп, пытаясь отдалиться от Риса. Я иду так быстро, как только могу, не выглядя так, будто я физически убегаю.

Я не хочу, чтобы он подумал, что я убегаю.

Я злюсь, а не страдаю.

Я должна сохранить бесстрастное лицо. Я не позволю ему выставить меня дурой.

Меня разыграл парень, кто мог это предвидеть?

Буквально все. Тебя предупреждали, а ты не послушала, идиотка.

Я яростно вытираю слезы с лица, когда они выходят наружу.

Это слезы гнева. Потому что его тон был откровенно неприемлем. Не слезы обиды, потому что он только что провел электропилой по моему сердцу.

Нет.

Это праведные, а не наивные слезы.

Да кого я обманываю, думаю, Рис слышит звук моего сердца, истекающего кровью, с того места, где он находится.

Я слышу, как прямо за мной останавливается машина.

— Беллами, остановись. Куда ты собралась? Неужели ты надеялась обогнать машину на такой скорости?

— Чего ты хочешь, Рис? Я устала. — Я говорю, продолжая идти, пока машина медленно едет рядом со мной.

— Посмотри на меня, пожалуйста.

Я так и делаю. Феникс сидит рядом с ним, управляя машиной. Он протягивает ко мне руку, когда мои глаза встречаются с его глазами.

Почему мне не может понравиться ни один из них? Они так же хороши собой, как Роуг, хотя ни у кого нет таких загадочных глаз, как у него. Или таких красивых ресниц и скул.

Но они забавные и милые, по крайней мере, для меня.

Почему мне должен был нравиться их ущербный друг-садист?

Потому что друг-садист заставляет тебя чувствовать то, чего никогда раньше не чувствовала. Потому что ты хочешь вскрыть его, поваляться в его повреждениях и сделать их своими, потому что ты знаешь, что вместе вы справитесь с ними.

Заткнись.

Я поднимаю подбородок и скрещиваю руки, прежде чем встретиться с ним взглядом.

— Он не хотел этого, — говорит Феникс.

Я отпускаю беззлобный смешок.

— Пока. — Я говорю, снова уходя.

— Его мама умерла.

Это останавливает меня.

— Он узнал об этом сегодня. Ее убили десять лет назад, когда она должна была переехать в Америку. Она была неизвестной до сегодняшнего дня, я полагаю, когда его ДНК совпала с ее.

— Извини, он пытается дать тебе сокращенную версию, — добавляет Рис.

Я подношу руку ко рту.

Мое сердце болит за него.

— Я не говорю, что нужно простить его — на самом деле, пожалуйста, заставь его поесть дерьма на некоторое время, его эго нужно приструнить, оно выходит из-под контроля, — но просто… не уходи.

Я киваю. Ему не нужно меня убеждать. Я могу только представить, в каком бы я была состоянии, если бы только что узнала, что мою мать убили. Я не могу представить, что бы я наговорила.

Я злюсь на него. Даже в ярости. Но я знаю, что я ему нужна, даже если он сам себе в этом не признается. Он отталкивает меня, как он делает, когда чувствует, что ему нужно защитить себя.

— Ты можешь меня подвезти?

— Конечно. Ты ведь в загоне, да?

— Не домой. — Я говорю. — Вон туда. — Я показываю за спину, садясь на заднее сиденье.

Пристегнув ремень безопасности, я встречаю его взгляд в зеркале заднего вида. Он поднимает бровь.

Я пожимаю плечами.

— Ты сказал не уходить.

— Он был бы глупцом, если бы отпустил тебя.

Я фыркнула.

— Сначала он должен принять, что я ему нужна.

Меньше чем через пять минут я снова перед его домом.

Вместо того чтобы воспользоваться парадной дверью, я обошла дом с боковой стороны, надеясь разглядеть его через многочисленные окна.

Когда я дохожу до сада, мой взгляд падает на его спину. Он стоит перед барной стойкой. Свесив голову, он держит две руки по бокам.

Он откидывает голову в сторону, когда я наступаю на ветку, и его глаза слегка вспыхивают, когда он видит меня.

— Что тебе нужно? — спросил он, удивленно и слегка настороженно глядя на меня.