Кай Ханси – Безумный БигБосс 6 (БР-22) (страница 18)

Так как ранее никто не догадался массово использовать металлический мегафон, у полицейских на руках таких только несколько штук. К счастью, представители власти без проблем делятся с товарищами полезным инструментом. Более того, эти неизвестные ребята, которые ни в какую не хотят идентифицировать себя и рассказывать, к какой фракции они относятся, еще и раздают жандармам бутилированную воду и пачки крекеров, что заметно повышает энтузиазм последних.

Несмотря на явное требование оставаться на местах, некоторые рабочие либо не расслышали его, так как их дом случайно пропустили при оповещении, либо не поверили, что чиновники накажут их начальников. Они посчитали, что лучше проявить бдительность, прийти на работу и получить официальный отгул у работодателя. Избегая патрули местных полицейских и отрядов республиканцев, трудяги поодиночке или в составе малых групп просачиваются к рабочим местам.

Земляне не образают внимание на тех, кто работает в барах, магазинах или в других местах района. Однако, некоторые из них прибывают прямо к воротам промышленной зоны. Естественно, раз они сами пришли, то могут временно и остаться. Едва только рабочие проходят через контрольно-пропускной пункт, их отводят в отдельные комнаты на опрос. Обычно открытые настежь ворота промышленной зоны в этот день заперты. И все прибывшие могут пройти только по одному через небольшую дверь. Стоящие в очереди снаружи не видят, что их предшественников уже взяли в оборот.

Промышленная зона — не большая, но и не маленькая. Она имеет немного более прямоугольную форму и меньше трущоб. Кроме того, плотность населения здесь куда ниже. Даже в рабочие часы. Большинство задач в промзоне сосредоточены на ручном труде. За последние несколько месяцев местные смогли создать только несколько простейших станков. Нет ни одного станка, работающего через ременную передачу от ДВС. Раз имеется дешевая рабочая сила, нет смысла в сложных и производительных станках.

По большей части, местные трудяги из металлолома и другого промышленного мусора пытаются сделать строительные материалы, броню и оружие для солдат или на продажу поисковым командам. Также они вкладывают много труда в разбор автомобилей, бытовой техники и оргтехники, ища ценные и дефицитные детали. Склады и цеха в основном одноэтажные. На вторых этажах иногда располагаются офисы, где отдыхают начальники. Однако, расположение зданий здесь хаотичное. Многие из них построены лишь недавно из подручных средств. Для создания промышленной зоны муниципалитет пожертвовал большим куском городского парка. Продвигаясь, сохраняя бдительность и осторожность, земляне захватывают промзону ближе к обеду.

Дряхлокожий старик, храпящий на все немаленького размера апартаменты, внезапно захлебывается в удушающем кашле. Он хватается за грудь, открывает глаза и переваливается на бок. Только после еще нескольких хриплых покашливаний старик приходит себя. В этот момент он замечает возле себя юное лицо. Спросонья девушка бросает на него полный недовольства взгляд.

Октав Сота в гневе выпинывает девицу с кровати. День не задался с самого утра. Сначала старый чиновник думает о том, как бы сурово наказать негодяйку. Может быть, избить, выбив несколько зубов или палец отрезать на руке или ноге. Но потом вспоминает, что эта девушка — не его собственность, а принадлежит муниципалитету, обслуживая высокопоставленных руководителей города.

Без электричества и точных инструментов невозможно вставить обратно зубы или пришить палец. И либо ему придется оплачивать порчу имущества, либо выкупать тварь в полную собственность. Оставить пару синяков — ничто. Сотрудники муниципального бюро психологического здоровья могут даже закрыть на это глаза, достаточно дать им немного чаевых. А вот невосполнимую потерю товарного вида они никак не смогут объяснить начальству.

Каким бы грозным ни был нынешний лидер семьи Сота, и насколько высокой у него ни была бы должность, он не настолько богат, как городские олигархи. С одной стороны — это следствие системы сдержек и противовесов. Городские богачи ни за что бы не согласились, чтобы кто-то из них, обладающий деньгами и ресурсами, еще и получил бы в руки чиновничью власть. Так как в небольшом городе все на виду, едва только чиновник попытается вмешаться в бизнес, его совместно задавят олигархи. Никто не потерпит рядом с собой человека, обладающего очевидным конкурентным преимуществом.

С другой стороны — нынешние власть имущие в городе не чета прежним. Они все поднялись из бедности и безвестности. Если бы они изначально обладали умом и сообразительностью, то вполне бы смогли устроиться на какую-нибудь должность в большой компании и заработать на имплантацию глаз или рук всего за несколько лет. Молодежи нравятся гаджеты, и апгрейд тела многие начинают делать в шестнадцать-восемнадцать лет. Раньше, чем покупают машину. В Артосте машина стоит в несколько раз дороже глазного импланта, и последний хорошо помогает в работе с документами или чертежами.

Такие старики, как Октав Сота, не сумевшие заработать на имплант в преклонном возрасте, но неожиданно оказавшиеся на вершине пищевой цепи после пришествия демосов, предпочли заняться политикой, не требующей особых технических знаний и много энергии. Местным богачам же от двадцати до сорока лет. Пусть умом новоиспеченные олигархи также не блещут, зато у них крепкие тела, звериная безжалостность и достаточно энергии на управление персоналом. Хотя собирать налоги с города — стабильный бизнес, он не позволяет содержать много младших братьев под своим началом.

По этой же причине офицерам и генералам также запретили заниматься бизнесом. Пока олигархи и чиновники держат в своих руках продукты питания и склады с оружием и боеприпасами, лидеры армии не посмеют взбунтоваться. Им просто не на что будет кормить солдат. К тому же, часть офицеров и солдат защищает город по личным мотивам. Кто-то действительно хочет защитить гражданских жителей, другие жаждут славы и военных достижений. Таким людям претит заниматься болтологией в зале собрания или бесконечно пересчитывать фантики в сейфе.

Три силы оказались разделены, из-за чего в городе, из-за чего в городе образовалось шаткое равновесие. Вместе с тем, для этого все должны были пойти на компромисс. И этот компромисс вылился в то, что Октав Сота сейчас действительно беден. Он все еще может какое-то время поддерживать внешний лоск, но его запасы подходят к концу. Если старый чиновник не начнет распродавать своих наложниц, вскоре их нечем будет кормить. Именно поэтому Сота и ввязался в авантюру с делегацией. Которая, впрочем, не принесла никакого результата.

— Проваливай! — с досадой взрывается Октав.

Девушка подхватывает свою скудную одежду и, даже не потрудившись одеться, выходит за дверь, механически благодаря чиновника и отвешивая ему поклоны. Даже если внутри у нее все кипит, она не смеет вызвать у него еще больше недовольства. Поговаривают, что всех излишне дерзких уже продали в низкосортные бордели, бандам людоедов из трущоб или даже демосам.

Казалось бы, последним можно было бы продать жителей трущоб, но у искаженных гоблинов, которым без разницы, что есть, денег нет. Если к ним в руки попадает хоть что-нибудь мало-мальски съестное, они это незамедлительно съедают. Будь то черви или древесная кора, если их давно не кормят. Память у них короткая, и соображалкой они тоже не блещут. Поэтому заставить гоблинов собирать, например, топливо, золото или бутилированную воду нереально.

Без напоминания они забудут свою задачу через несколько часов. Что-то ценное есть только у высших демосов, но те не станут питаться всяким отребьем. В их меню некоторые красивые женщины и мужчины, даже если они уже давно не невинны, ценятся выше, чем тощие дети из трущоб.

Выйдя за дверь, девушка осторожно теребит за плечо старого дворецкого. Тот прислонился к стене и уснул стоя. Убедившись, что старик начал просыпаться, работница особого бюро сонно шаркает в общежитие, не потрудившись прикрыться. Дворецкий на автомате рассеянным и пустым взглядом проводит аппетитную часть спины, но быстро вспоминает, где он и кто он. Старик трясет головой и входит в апартаменты, чтобы помочь одеться своему хозяину.

— Который час? — уточняет Октав, увидев своего подручного.

— Немногим позже полудня, — быстро отвечает дворецкий.

— Что снаружи происходит?

— В трущобах, как говорят, все успокоилось. Но детали не ясны до сих пор. Даже сейчас неизвестно, кто взял на себя трущобы. Одни слухи говорят, что этот человек или группа людей не хочет раскрывать все карты прямо сейчас и хочет урвать кусок побольше в дальнейшем. Есть некоторая вероятность, что этот кто-то решил стать единовластным правителем. Стать королем, как у зверолюдей или в древние времена. Поэтому он будет скрываться до последнего.

Кто-то считает, что трущобы захватили офицеры, вышедшие из-под контроля. Либо бунтующие военные договорились с местными жителями, чтобы совместные требования предъявить властям. Но кто-то уже поспрашивал с охранников, и те говорят, что мятежные военные всю ночь гуляли, и открыто район никто не покидал. Расспросы самих бунтующих солдат тоже ничего не дали, те не в курсе по поводу дальнейших действий их лидеров.