Катя Водянова – У Лунной кошки (страница 9)

– Кофе хочешь? – Рей подлетел и сел на стол рядом со мной. – Я попрошу Криса записать на мой счет.

– И пирожное, – почти безнадежно попросила я.

– Спишу с твоего счета семьдесят пять монет, – тут же возник рядом Крис. – Пятнадцать – кофе и пирожное, еще шестьдесят – завтрак и беседа с лунной кошкой.

– Вообще-то мы с тобой друзья. И это я привел к тебе Бэкки!

– Хорошо, сделаю скидку. Шестьдесят монет за все.

– Однажды тебе понадобятся мои услуги, Крис Скарлет. Однажды… – Рей угрожающе растопырил крылья, но подтвердил свой заказ.

Принесла его Долорес, и когда ставила передо мной, то так выразительно подвигала бровями, будто в моих руках уже была та самая лицензия, а у Рея – пять оплаченных посещений.

Но кофе все равно оказался отличным, хотя и подан был в неподобающих чашках, а вместо пирожного – ягодный пирог, чуть подгоревший снизу, зато свежий и с приятной кислинкой.

– Вы с Долорес встречались? – шепотом спросила я, когда она скрылась на кухне.

– Угу. Дважды в моей квартире и один раз в этом зале вон за тем столом. Потом она решила встретиться с моим приятелем-ястребом, а птицы обид не прощают.

Мне захотелось заткнуть уши и сбежать. В каком-нибудь городке на окраине королевства Долорес могли облить дегтем и обвалять в перьях за подобное поведение, а Рейгаль рассказывал о нем как о чем-то обыденном.

И мне ли ее судить? Кошке-талисману, девушке «ужин за семьдесят»? Отец бы своими руками прикончил меня, если бы застал здесь вчера.

А что, если написать ему и пригрозить той самой лицензией? Тогда он вспомнит о дочери и заплатит откупную? Если и да, то только затем, чтобы меня прикончить и закопать в саду. Наверняка он и в бабушкином исчезновении замешан. Жаль, что мы с Алмой так и не встретились и не поговорили.

– Бэкки, прости меня! – Рей замахал крыльями и перелетел так, чтобы сидеть напротив. – Я притворился гадалкой, предрек тебе счастливое будущее, а на деле случился слабак Винсент…

– Никто не верит приглашенным гадалкам, тебе не за что извиняться. И хватит уже оскорблять моего мужа, это неприятно.

Он растопырил левое крыло и разглядывал его на свет. Наверное, снова пробовал превратиться в человека, но ничего не вышло. Мне честно было его жаль, особенно после того, как я сама побывала в звериной шкуре, но в голову не приходило ни одной идеи, как можно расколдовать ворона.

В таверну начали снова набиваться посетители, уже ради второго завтрака, а я закрыла глаза и представила, что нахожусь далеко-далеко отсюда.

– Волнуешься? – участливо спросил Рей. – Или устала? Могу договориться с Крисом, чтобы дал тебе отдохнуть до завтрашнего дня.

«Ночь с лунной кошкой – пять сотен», – отозвался внутренний голос с интонациями Криса, отчего я замотала головой, встала и поправила передник.

– Я просто не знаю, как себя вести.

– Тебя же учили в академии, как обращаться с мужчинами? Вперед, используй знания!

– Не со всеми мужчинами, – уточнила я. – Только с мужем.

– Вот и представь, что каждый из них – твой муж. Только помни, что в Дагре женушки не стесняются задать благоверному взбучку, если он перейдет черту.

В одном Рей был прав: меня целых пять лет учили быть хорошей женой. Удобной, красивой, жизнерадостной, способной присматривать за слугами и воспитывать детей. Если так подумать, то представить каждого из гостей в роли моего мужа совсем не сложно.

– Вы готовы сделать заказ? – Как и положено хорошей жене, я улыбнулась следующему посетителю. Доброжелательно, с достоинством и излучая готовность выслушать просьбы.

– Новенькая, что ли? – опешил здоровенный бородатый мужчина. – Давай неси мясной рулет, и поживее!

Я уже была на кухне и видела, что повар только-только нарезает продукты на рагу, а приготовит его лишь к обеду. Если скажу об отсутствии в меню рулета, снова нарвусь на скандал, а этот бородач далеко не такой отходчивый, как Ульрих.

Когда муж заблуждается или требует невозможного, ни в коем случае нельзя говорить прямо, надо мягко подвести его к правильному решению – вот чему нас учили в академии. Поэтому я склонилась к самому уху гостя и доверительно прошептала:

– Рулет – пересоленная дрянь. К тому же приготовлен позавчера. Я бы не советовала.

– А что есть?

– Замечательный суп. Я попрошу добавить в него еще один кусочек мяса, будет сытно, как рулет, – так же доброжелательно ответила я.

– Тащи!

– И мне! – тут же поддержал его сосед по столу.

Первые успехи так вдохновили, что я наконец-то решилась расправить плечи и смотреть в глаза гостям. Постепенно же поняла, что улыбка и непреклонная вежливость помогают справляться со сложностями ничуть не хуже, чем любимый Анитой удар в челюсть.

– А теперь слушай сюда, кошка, – тыкал мне пальцем в лицо пухлый молодой парень, у которого от злости прорезались бычьи рога на голове. – Или мне немедля подадут бренди и грушевый пирог, или я камня на камне не оставлю от вашей таверны!

– Ягодный, а бренди – ложечка в кофе. Надеюсь, вас устроит такой вариант, – ответила я с улыбкой, хотя больше всего хотела убежать подальше от этого места. – Иначе мне придется позвать моего друга, Рейгаля Флинна. – Я указала пальцем на ворона. – Он такой невоспитанный! Всем подряд грозится выклевать глаза. Но не думаю, что это он всерьез.

Иногда без удара в челюсть никак, это я тоже поняла.

– Флинн? – Похожий на перекормленного бычка парень попятился назад. – Во всей Дагре не было идиотов, готовых выйти с ним один на один. Но он же умер. Я и многие другие видели, как два года назад Рейгаль Флинн плелся в башню верховной ведьмы, весь залитый кровью.

– Тогда тебе сейчас выклюет глаз мертвый ворон, и это будет вдвойне обидно! – Рей сел ему прямо на голову и перегнулся, точно примеривался, с какой стороны начать. – Девушка со мной! До кого-то еще не дошло?

…В груди жгло, а еще постоянно хотелось кашлять. Рея это не беспокоило бы, но каждый толчок диафрагмы отдавал болью, а изо рта текла кровь.

Хельктор, башня верховной ведьмы, темным шпилем протыкал небо, но до него целых два квартала, попробуй дойди, когда тебя нашпиговали арбалетными болтами. Редкие прохожие отворачивались от него, не хотели связываться с тем самым Флинном, постоянным героем городских сплетен.

Бывшим героем. Потому что он бесславно подохнет в ближайшей канаве и городу магов придется искать новый объект для обсуждений.

Вокруг металлически пахло кровью, а левая рука обвисла громадным птичьим крылом, но Рей не пытался изменить это: он уже исчерпал силы человека и теперь двигался только на возможностях своей птицы. Хельктор оставался таким же далеким, как и пару минут назад, словно Рей не шел, а стоял на месте. Из нового был серебристый волк-переросток, заслонивший своей тушей переулок.

– Обидно, что не ты меня прикончил? – Договорив, Рей снова закашлялся.

– Ты идиот.

Дилан подскочил, вцепился зубами в крыло и помог забраться к нему на спину. Раньше Рей мечтал однажды прокатиться на друге, но сейчас размашистые скачки причиняли только новую боль…

Воспоминание мелькнуло и тут же исчезло, хотя Рей изо всех сил цеплялся за него. Впервые пришло что-то из событий тех двух лет, которые так круто изменили его жизнь.

– Много ты понимаешь в мертвецах, сосунок! – От злости он щелкнул клювом у носа бычка.

– У тебя из спины торчали четыре арбалетных болта и еще один в плече! – продолжал давить тот. – Почему это я сосунок?

– Кто еще станет закусывать бренди грушевым пирогом? А теперь исчезни!

На плече у Бэкки было намного удобнее, чем у бычка. К тому же пахла она лучше: мылом и отчего-то цветами, хотя духов при ней точно не было. И держалась на зависть: не ныла, вполне сносно справлялась с работой официантки. Та же Долорес, когда начинала, переколотила Скарлетам не одну стопу посуды и долго не могла запомнить, как правильно подавать приборы. Хотя тех в «Лунной кошке» было всего три вида: ложка, нож и ассорти из вилок.

В Хелькторе завтрак сервировали искуснее. Но мрачноватая и пафосная атмосфера ведьминской башни быстро наскучила Рею, и лет с четырнадцати, как только дар позволил зарабатывать себе на пропитание и отделиться от матери, он слонялся по Дагре. Даже считался учеником Драммонда, хотя быстро понял, что воровская жизнь не для него.

Таверна Скарлетов тогда называлась «Гнилая русалка» и пугала гостей страховидной девицей на вывеске. Еще там не очень привечали не отметивших шестнадцатый день рождения. Но Рею нужна была комнатушка для работы, а Крис и Джеф быстро смекнули, что пока люди ждут в очереди, чтобы переговорить с почившей родней, то с удовольствием покупают себе еду и выпивку. И вдвое охотнее – после.

На самом деле это мало походило на общение в прямом смысле слова. Рей не мог что-то спросить у тех, кого давно нет, только проникнуть в их воспоминания. Те, что случились непосредственно перед смертью, читались легко и непринужденно, но чем дальше, тем более размытыми они становились. Рейгаль умел бродить по этому туману и выискивать нужную информацию. Например, о том, где закопаны драгоценности жадноватой тетушки. Или же лицо человека, воткнувшего нож в сердце припозднившейся женщине.

Кого-то радовала эта информация, кого-то нет, кого-то не радовала настолько, что он пытался прикончить Рея. Потому развивать пришлось не только свой дар, но еще и силу, скорость и умение драться. Благо учителей последнего в Дагре хватало.