Катя Вильк – Привет, мой юный корнет, или Есть ли любовь после… (страница 5)

Глеб не ответил… и потому как упрямо сжались его губы, я поняла, что ответа не будет.

Я не удержалась, и задала еще один каверзный вопрос:

– А почему ты не предупредил Олега, что я на даче, узнав, что Лариса не приехала сюда вчера?

Он задумчиво посмотрел на меня своим коронным прищуром глаз, потом усмехнулся и сказал:

– Когда я увидел тебя утром спящей, то подумал, что Олег не достоин тебя…

Я усмехнулась:

– Не слишком ты высокого мнения о своем дружке.

Он поднялся со стула и безапелляционно сказал:

– На сегодня все, нам всем нужно отдохнуть, день был насыщенным и плодотворным…

Я только пожала плечами и пошла наверх. Едва моя голова коснулась подушки, как я забылась тревожным сном. Мне снился Олег с орущим ребенком на руках, друг юности Пашка, который голосом Глеба успокаивал меня и обещал рай на земле.

Глава 10

На следующий день настала суббота. С утра я с Глебом съездила в больницу к Олегу, где сухо поинтересовалась его самочувствием. Побеседовав с врачом, я узнала, что гипертонический криз миновал и Олегу уже ничего не угрожает. Я решила отложить наш с мужем разговор до лучших времен. Олег тоже не пытался мне что-то объяснить. Он безучастно лежал на кровати, с унылым видом рассматривая облупившуюся штукатурку на потолке.

Он попросил Глеба отогнать его машину в город. Я, видя, что муж хочет поговорить с приятелем наедине, молча вышла из палаты.

Ожидая в коридоре, я с грустью подумала, что жизнь такая хрупкая штука и может безвозвратно измениться в один миг.

В какой момент у нас с Олегом произошел эффект «накопленной ошибки»? И когда я пропустила момент приближения не любви…

Мои грустные размышления прервал звонок дочери, которая в это время была на стажировке в Австрии. Она испуганно и излишне эмоционально прокричала мне в трубку:

– Что с папой, он позвонил мне ночью и сказал, что ему очень плохо!

«Вот урод», подумала я, и бодрым голосом отрапортовала:

– Жив твой папа, Ева, и относительно здоров, – хотелось еще съязвить про нормально функционирующую детородную функцию, но решила не вываливать на нашу эмоциональную дочь слишком много не нужной сейчас информации.

Отгоняя машину Олега, Глеб поинтересовался, останусь ли я на даче. Поблагодарив его за помощь, я ответила, что возвращаюсь в город. На этом мы и расстались, даже не обменявшись телефонными номерами.

Приехав домой, и, приняв душ, я села просматривать накопившуюся за эти дни почту. Одно из сообщений заставило учащенно забиться мое сердце. Мне писал мой давний знакомый, уехавший несколько лет назад в другой город. Письмо было кратким и лаконичным: «Инга, до меня дошли слухи, что ты сейчас не обременена службой. У меня есть к тебе заманчивое предложение. Я открываю филиал в одной небольшой, но очень теплой стране и мне нужен свой человек, такой же грамотный и ответственный, как ты. Если ты готова рассмотреть мое предложение, я буду ждать тебя в течение двух недель, твой верный Стас».

Я грустно улыбнулась. Кличка «верный Стас» закрепилась за ним еще со студенческих времен, когда коротышка Стас был безнадежно в меня влюблен, задабривая пирожками из студенческой столовой. С тех пор прошло много лет, но наша бескорыстная дружба сохранилась. А его жена Алька, смеясь, подшучивала над нами при каждой дружеской встрече.

«Как странно тусуется колода», промелькнуло у меня в голове. «Чтобы что-то произошло, нужно отпустить то, что уже было и ушло безвозвратно, как отработанный материал, ставший балластом…»

Не раздумывая, я набрала знакомый номер…

А еще через пару дней мне предстоял обременительный и уже совершенно мне не нужный разговор с Олегом.

– Что ты решила? – с места в карьер спросил он, стараясь выглядеть достойно в моих глазах.

Я смотрела на этого, ставшего мне чужим за несколько дней мужчину, и с удивлением заметила, как он сильно изменился, и внешне, и по своей сути. Действительно, живя рядом, бок о бок, мы порой в бытовой суете, не замечаем тех перемен, которые происходят с нашими близкими людьми. Мой гнев куда-то испарился, мне стало жаль его, а не себя. Я видела перед собой стареющего, пытающегося молодиться в последней попытке мужчину, с начинающей лысеть некогда пышной шевелюрой. Он нервно сжал ладони своих холеных профессорских рук и наконец, посмотрел мне в глаза.

– Я не буду унижаться перед тобой Инга в оправданиях, и убеждать тебя, что это случайная встреча. Я знаю, ты умная женщина, и ты не поверишь. Если ты готова пересмотреть наши отношения, я был бы рад.

Его правильная речь, как будто он сейчас читал лекцию студентам, начала меня раздражать.

– Олег, у меня только один вопрос, твоя пассия действительно ждет от тебя ребенка?

Он побледнел, нервно вскочил с кресла.

– О чем ты говоришь, откуда такая гадкая сплетня?

Мне стало жаль глупую девчонку.

– Мне донесли это из первых уст. Но думаю, тебе не составит труда самому все проверить. Я уезжаю, Олег. Мне сделали заманчивое предложение, от которого сложно отказаться.

– Я так и знал, что ты, как последняя шлюха, захочешь отомстить мне с первым встречным. Так знай, Глеб никогда не женится на тебе, у него табор таких, как ты.

Мое лицо скривилось в брезгливой гримасе:

– Фу, профессор, не стоит судить по себе, я имела ввиду новую работу, которую мне предложили, – и я, хлопнув дверью, скрылась в спальне.

А еще через несколько дней, я, упаковав скромный чемодан, написав доверенность на свою верную подружку и оставив ей машину, стояла в шумном аэропорту, ожидая свой рейс.

Дочери я сообщила, что буду работать за границей и как только улажу необходимые формальности, приглашу ее к себе на каникулы. На что мой продвинутый ребенок радостно заявил, что, наконец-то, я «прозрела».

Рейс откладывался, и я, скучая, поднялась в кафе скоротать время.

Дорогущее кафе было полупустым, в глубине помещения в полумраке сидела компания мужчин, оживленно обсуждавших международное положение. Их форменная одежда не оставляла сомнений в их принадлежности к миру военных.

Подошедший официант вежливо поинтересовался моим заказом.

– Дама будет коньяк.

Я удивленно оглянулась, губы невольно растянулись в усмешке.

– Мой юный корнет, Вы, когда-нибудь по-доброму улыбаетесь? – глаза стоявшего возле меня Глеба смеялись.

– Глеб, у меня такое ощущение, что Вы мое второе я, такие встречи не бывают случайными.

Он присел за мой столик, разлил в бокалы по глотку золотистого напитка, который принес услужливый официант, и, выпив свою порцию, глядя мне в глаза сказал:

– Инга Павловна, если я еще раз встречусь с Вами в общественном месте без предварительного звонка, я как честный мужик, вынужден буду на вас жениться.

Я тоже отпила свой глоток и неожиданно для себя выдала:

– Очень маловероятно, мой хамоватый друг, но я запомню это предложение, и может быть, отвечу «да», но я пока еще замужем.

Он вдруг вскочил, схватил меня в охапку и поднял над собой, потом осторожно опустил и неожиданно поцеловал в губы.

– Ты что, дурак? – я ошалело посмотрела на него.

Он громко засмеялся и сказал:

– А ты что, еще в сомнениях?

Сидевшие поодаль сотоварищи одобрительно засмеялись, бросив ему сомнительный комплимент.

Диктор объявил посадку, и группа пошла на выход.

Глеб задержал мою руку в своей, и, глядя серьезно в глаза, сказал:

– Я найду тебя обязательно, и мы продолжим наш разговор.

Потом подхватив свой походный рюкзак, и быстро вышел из кафе, не оглядываясь…

Глава 11

Следующие несколько недель были очень насыщенными. Стас вводил меня в курс дела, мы практически жили в его офисе, стараясь не упустить малейшие детали моей предстоящей работы.

И вот международный рейс унес меня в неизведанную, но надеюсь лучшую жизнь.

Новые коллеги встретили меня, как руководителя, довольно радушно, что вселяло определенный оптимизм.

Фирма занималась обслуживанием бизнеса по добыче полезных ископаемых. Работы было много, прикрепленный ко мне переводчик Денис восхищенно смотрел на мои директорские потуги систематизировать порученный мне фронт работы.

Иногда, после ненормированного рабочего дня, совсем жалобно произносил: