Катя Васильева – Любить (НЕ) страшно (страница 31)

– Да, у меня есть вопросы, доктор.

– Слушаю вас.

– Мне надоел tilt table, чем больше я на нем лежу, вся связанная, тем больше у меня кружится голова. Я хочу встать. Дайте мне таблеток для регуляции давления! – потребовала Вета.

– Во вторых, я тут как зомби без свежего воздуха, это что, тюрьма?

И правда, это не зона и даже не госпиталь, это реабилитационный центр, и народ с разрешения врача выходил на улицу.

– Можно мне разрешение?

И тут Вету понесло. Мягко, но настойчиво и уверенно, как до аварии, как женщина с чувством собственного достоинства, я продолжала:

– В-третьих, эта программа, как она называется? Bowel, чистка кишечника, грубо говоря, почему весь этаж срет в одно и тоже время? Сразу после ужина. Это самое время, когда приходят визитеры! – доктор хотел возразить, но я не дала ему даже рот открыть. – Я хочу перенести это на утро, пожалуйста, и когда все занимаются своей жопой, я хочу быть на улице.

На этом я не остановилась.

– Вы обещали, что мы будем учиться нормально жить в коляске, это не нормально – кто-то еще ужинает, а кто-то в это время какает за шторкой. Кто-то быстро, а кто-то по два часа, это не дело!

Доктор в отупении смотрел на меня. С ним никогда никто так раньше не разговаривал. Соседка за шторкой не дышала, как раз в этой тишине у старушки, видно от шока, громко заурчал желудок. Доктор Ким отвечал:

– Эта программа рассчитана на тренировку тела опорожняться в одно и то же время, чтобы избежать инцидентов в будущем. Так как мышцы кишечника не работают… – он прочитал мне экспресс-лекцию, в принципе интересную, про мышцы толстой кишки.

– Но почему вы решили, что мне надо срать именно вечером? И потом спать всю ночь в вонючей комнате? Потому что утренняя смена не хочет этим заниматься? Отлично, тогда я буду это делать с ночной сменой в пять утра.

«Доброе утро, соседушка, – подумала я, – мой ужин ты больше не обвоняешь!»

Я получила разрешение доктора на все свои требования.

Слухи и шепот обо мне поползли по всему этажу.

Второй перекресток. Знаки…

Волна жалости к себе и злость за неправильно принятые решения в моей жизни накрыла меня, как только из палаты вышел посетитель. В такие моменты – я уверена, вы знаете, о чем я говорю – хочется вернуть прошлое, исправить ошибки. Ощущение безысходности, раскаяние и угрызения совести перед самой собой.

Добрый, высокий, очень даже симпатичный Джек, мой давний друг и мой семейный адвокат, приходил навестить меня с огромным букетом цветов. Мы проговорили два часа. Он смотрел на меня с нежностью, той самой нежностью, с которой он смотрит на меня уже шесть лет. Я знаю, что он в меня влюблен. Мне с ним было бы скучно, уж слишком он правильный…

Мы познакомились шесть лет назад, но наши отношения так и не развились в романтическом направлении. Мы стали друзьями. Джек был моим адвокатом. Он занимался разводом с Алленом и всякими остальными мелкими делами, которые постоянно сыплются на рядового американца. Он всегда был моим планом Б. Я никогда ему ничего не обещала. Мы не строили никаких планов, и каждый жил своей жизнью.

Где-то год назад, после очередного скандала с Полом, когда мы расстались больше чем на месяц, я вновь приоткрыла шлюз для своих отношений с Джеком. Мы замечательно проводили время ― театры, опера, балет, где не надо много общаться ― культурная интеллектуальная жизнь, которой у меня никогда не было с Полом. Джек также представил меня юридическому сообществу. Многие его коллеги и даже судьи стали моими клиентами, включая и самого Джека. В этот месяц, что мы с ним встречались, Джек летал на крыльях. Он был очень счастлив. Он, мягко намекнув, дал мне понять, что хотел бы со мной серьезных отношений. Но тут загвоздочка ― я живу далеко от города, он живет в противоположном направлении.

«Как ты себе это представляешь, Джек? ― спрашивала я. ― Между нами почти два часа езды, без трафика. Мы можем встречаться только в Сити, иначе все время потратим на переезды». Таков был мой вежливый отказ, которого Джек не понял. Этот разговор состоялся за бизнес-ланчем в один из понедельников ноября 2014 года, то есть не так давно после того, как моя жизнь с Полом окончательно превратилась в ад. Ад, из которого я не могла или не имела уже сил выбраться.

Видно было, как за этими любящими глазами лихорадочно работал его мозг, пытаясь найти оптимальный вариант. К пятнице той же недели, когда мы собирались ехать в оперу, Джек попросил меня встретиться с ним по какому-то странному адресу за три часа до премьеры.

«Какой-то сюрприз», ― подумала я. Хотя мне и было неудобно, я, отложив дела, поехала туда. У главного входа в шикарный небоскреб на берегу Чикаго-ривер он встретил меня с какой-то женщиной. «Познакомься, это мисс Ребекка, мой агент по недвижимости», ― представил нас он. Мы мягко пожали друг другу руки и после этого прошествовали внутрь. В лифте, нажимая на кнопку пентхауса, Джек сказал: «У меня для тебя сюрприз, пожалуйста, не отказывайся сразу, дай себе время подумать», ― только и произнес он.

Лифт моментом поднял нас на 75 этаж и, как в голливудских фильмах, никелированные блестящие двери открылись в огромную шикарную квартиру. Я обомлела. Ребекка водила нас по комнатам, показывая кондоминиум. После двадцати минут экскурсии, она деликатно удалилась. Джек и я стояли возле огромного окна, глядя на реку, впадающую в озеро.

Вообще-то здесь надо отметить, что Чикаго-ривер – это единственная река, которая выпадает из озера, девятое чудо света, созданное руками человека. Как и во всех больших городах раньше канализация и отходы предприятий сбрасывались в реку, которая загрязняла озеро, а город Чикаго, все несколько миллионов человек, пили эту воду. Поэтому в 1900 году город, чтобы защитить здоровье населения, вложил огромную сумму денег и человеческого труда в изменение течения реки.

– Что мы здесь делаем, Джек? ― спрашиваю я, уже, в принципе, догадываясь об ответе.

– Ты знаешь, я подумал, ― застенчиво отвечает он, ― что у нас с тобой в Чикаго может быть своя квартира, чтобы тебе не ездить туда-сюда каждый день. Здесь даже недалеко есть хорошая школа, куда ты можешь перевести ребят, если захочешь постоянно здесь жить.

Я охренела. Пентхаус с тремя спальнями, сияющей полированной мраморной кухней и всеми возможными наворотами в лучших традициях «Династии». Я стояла в онемении. Или это он охренел? «Это значит серьезные отношения. Боже, как не вовремя, Джек! ― думаю я. ― Как не вовремя…»

Он говорит: «Не отказывайся, не подумав». В тот момент моя ненависть к Полу восторжествовала. «Я, в принципе, согласна, ― говорю я, ― но дай мне еще пару дней обдумать это».

В субботу вечером с группой друзей мы отдыхали в баре. Мы были оба уставшие после тяжелой недели, и Джек предложил слетать на три дня в Вегас, развеяться. Я согласилась. Мы встречались уже месяц. Мне с ним было очень спокойно.

И вот тут это слово, спокойствие! Это то, чего хочет любая женщина, скажете вы. Но к спокойствию я не привыкла. Американские горки эмоций с Полом уж точно нельзя было назвать спокойствием. Или это женская глупость, или бушующая кровь, или чертовы гормоны, но спокойствие в то время казалось мне скучным. Идея полететь в Лас-Вегас не была скучной. Я подумала, что это будет приятным разнообразием в наших очень «спокойных» отношениях. Джек тут же по телефону забронировал вылет на следующее утро и отель Bellagio на три дня.

После вечеринки он отвез меня домой, чтобы я успела собраться и отдохнуть. И вот здесь я хочу поделиться с вами своим мнением по поводу всяких там знаков, которые шлет нам жизнь и вселенная. Знаки настолько запутанные, что мы очень часто их не понимаем, а, не понимая, игнорируем.

Пол появился в моем доме в ту ночь абсолютно неожиданно. Я не видела его уже больше месяца. Мы вообще не общались. Он стоял на коленях, плакал, объяснял какие-то причины, болтал, молил, просил без остановки. Возбуждал меня своими прикосновениями и поцелуями. Я не сдавалась. У меня же есть Джек. Но, как и любая женщина на пике сексуальности, не имевшая секса уже почти шесть недель, через некоторое время, я все-таки сдалась. Лучше б я дала Джеку! Знаете это чувство, когда все закончилось, и ваш мозг по кусочкам собирается после оргазмов, вот это чувство, когда вы спрашиваете себя: «Блин, вот зачем? Зачем я это сделала?»

Мы уснули под утро. Меня рано разбудил звонок Джека.

Знак первый: лететь или остаться дома?

В ту ночь перевели часы. Я опоздала на регистрацию. «Ничего, не волнуйся», ― говорит он мне, ― Езжай в аэропорт, я пойду пока поменяю билеты», ― без крика и раздраженных обвинений, которые бы точно последовали от Пола.

Я вылезла из кровати в семь утра и, схватив свою сумку, тайно сбежала из собственного дома. По приезду в аэропорт оказалось, что у нас есть еще три часа до вылета. Мы с Джеком позавтракали, и тут он сказал, что Ребекка ждет ответа. Все документы готовы, нужно только подписать их онлайн. «Что же мне делать?» ― свербило у меня в голове. Ведь прошлой ночью я изменила Джеку.

Я, как зомби, прошла с ним в бизнес-центр. Джек – адвокат, он развернул все эти приложения и начал пробегать глазами контракт, ставя электронные инициалы и подписи на каждой странице. Я сижу, в голове туман. Жду знака.