Катя Тева – Стокгольмский синдром (страница 29)

— Наверняка, — я не смогла скрыть разочарования. — Можно я попрошу вас оставить это в тайне? Не хочу огорчать Марко.

— Постараюсь не проболтаться. Хотя я могу и забыть, — старик постучал себя по виску. — Главное, чтобы я не забыл о том, что не следует говорить, и не вывалил ненароком случайно…

— Спасибо, — я развернулась и пошла в дом, страдая от того, что отличный план провалился.

Я поставила телефон на зарядку и села на пол у окна. Нельзя пропустить возвращение Марко и Зои. Так, у меня есть паспорт и телефон, но я не уверена, что мой муженек не проверяет бардачок на наличие вещей в целости и сохранности. Значит при себе этого лучше не оставлять. Дождусь достаточного уровня заряда и позвоню маме. А потом спрячу все в сарайчике Оливера. До лучших времен, если они наступят в моей жизни.

Телефон включился, и моему счастью не было предела. Ровно до тех пор, пока я не обнаружила, что сеть отсутствует напрочь. Но какое же это блаженство — держать в руках вещь, которая принадлежала мне и была неотъемлемой частью жизни.

Но позвонить не удастся, по крайней мере до тех пор, пока я в лесу.

Я приказала себе успокоиться и не делать глупостей — если Марко ни о чем не заподозрит, значит я буду в безопасности. Пока деления заряда медленно прибавлялись, я решила приготовить обед и перекусить.

Глава 47

В сарайчик Оливера практически не проникала жара. И я быстро догадалась, что причиной тому стало небольшое углубление в землю. Я дождалась, пока Оливер зашел в дом, и незаметно туда прошмыгнула. Осталось решить еще одну немаловажную задачу — найти надежное место. Я выбрала самую неприметную полку с консервами, поставила часть банок на пол, прижала выключенный телефон и паспорт к стене, и вернула все на место.

Удивительно, но все эти хлопоты полностью вытолкнули из меня мысли о том, что Марко и Зои сейчас вдвоем. Как же быстро меняется мой настрой. Еще вчера я нежилась в его объятиях, сгорая от страсти, а сегодня в очередной раз мечтаю о побеге.

Мне необходимо разобраться в своих чувствах. Кто для меня Марко? И кем он стал после того, что поведал мне Оливер? Я вышла на поляну перед домом и села на траву.

Да, мне нужна правда, но я не готова отказаться от Марко. По крайней мере до тех пор, пока не проясню все окончательно. Я хочу услышать от него, что он украл меня не ради мести Алексу, а по приказу Джона Бартона, потому что тот поставил его в безвыходное положение. А хочу знать, что именно любовь ко мне заставила Марко решиться на побег. Хочу поверить, что наши отношения настоящие, что мы всегда будем вместе…

Захотелось плакать. Как давно я этого не делала, решив, что все потихоньку налаживается. Слезы проступили в уголках глаза, и я быстро заморгала, прогоняя их. Из домика вышел Оливер и направился прямиком ко мне. Черт! Я вытерла лицо.

— Расстроилась из-за грузовика? — он медленно опустился на землю. — Или скучаешь по мужу?

— Я скучаю по самой себе. И по маме, — и это было истиной.

Кэтрин Диаз больше не существует, она умерла, исчезла, превратилась в мираж, который мне все сложнее удержать в памяти. Оливер удивился и нахмурился.

— Ты потеряла себя? Это очень плохо, девочка. Человек в любых жизненных обстоятельствах должен уметь сохранить свою целостность. Разве ты не счастлива с Марко? Это он пытается поменять тебя?

— Нет, с Марко все хорошо.

Мне безумно хотелось рассказать всю правду этому мудрому и доброму старику. Он бы понял меня, я уверена. А может и помог, если бы узнал, как я оказалась рядом с Марко. Но слова застряли в горле, что-то мешало мне открыться.

— Ну и славно, а маме всегда можно позвонить, — теплая рука коснулась моего плеча. — Связь, правда, ловит только с крыши грузовика. Я специально туда забираюсь, когда мне нужно позвонить Зои. У нас с ней договоренность — созвон каждые три дня. Если я не наберу, то она мигом примчится! Правда, лазить на такой верх небезопасно. Особенно с моими дряхлыми коленями. Нужно приставить к кабине лестницу, что ли…

Слабая надежда забилась воробышком в области солнечного сплетения. На грузовик я с легкостью заберусь. Как же я хочу услышать мамин голос и сообщить ей, что я жива, со мной все в порядке. Я не смогу сказать ей про похищение, она этого не переживёт. Да и помочь ничем не сможет. Зато от Бритни может быть много пользы. Точно, мне нужно позвонить подруге!

Послышался рев двигателя, и мы с Оливером поднялись на ноги, не сговариваясь. Через считанные секунды серебристый нос мерседеса вылез из-за поворота, и я увидела Марко. Сердце сорвалось в пропасть. За весь день, проведенный без него, я успела сто раз его возненавидеть, но одного взгляда хватило, чтобы понять, что этот мужчина полностью мной завладел. Зои натянуто мне улыбнулась, выходя из машины. Я ждала от нее очередной колкости, но она сделала вид, что меня не существует. Зато Марко тут же заключил в объятия и оторвал от земли. От неожиданности я вцепилась ногтями ему в плечи и рассмеялась.

— Я жутко устала, — заныла Зои, обращаясь к отцу. — Хочу немного отдохнуть.

Оливер посеменил за дочерью в домик, оставив нас наедине.

Марко уткнулся носом мне в шею и громко втянул воздух:

— Меня с ума сводит твой запах, — он тихо застонал. — Я соскучился.

Его губы нашли мои, и мы слились в сладком поцелуе. Марко занес меня в дом, не спуская с рук. Он мягко опустил меня на кровать и навис сверху. Его настойчивый язык хозяйничал у меня во рту, и я почувствовала приятное нарастающее возбуждение.

Здравый смысл требовал остановить его и поговорить, но тело и сердце несли вперед на волне страсти и безумия. Я обхватила его за шею, наслаждаясь каждым мгновением.

— Мне нужно принять душ и смыть с себя дорожную пыль, — прошептал Марко, нехотя отрываясь от меня. — И выяснить, как ты себя чувствуешь.

Он полез в карман джинсов и вытащил пачку презервативов.

— Я в порядке, вроде.

Марко чмокнул меня в нос, схватил полотенце и ушел в душ, а я осталась на кровати в растрепанных чувствах. Он что, собрался заняться со мной сексом в эти дни? Ужас! Такого опыта прежде у меня не было, а для Алекса это было категорическим табу. Ну почему я постоянно их сравниваю? Причем ни разу это сравнение не оказалось в пользу бывшего жениха.

Марко вышел из душа полностью обнаженным и не торопясь подошел ко мне. Вот никогда бы не подумала, что обнаженный мужчина может быть настолько красив. В Марко чувствовалось что-то дикое, звериное, что пугало и притягивало одновременно. Стоило ему ко мне прикоснуться, и я теряла всякую способность сопротивляться. Я смотрела на него с восхищением, в этот миг весь мир исчез, остались только мы вдвоем, и нам предстояло насладить новой реальностью.

— Ты готова, Кэтрин? — его хриплый голос окутал меня, заставляя дрожать от предвкушения.

Сейчас я должна, просто обязана делать вид, что ничего не случилось.

— Ты знаешь, что ты делаешь со мной? — я нежно коснулась его груди. Наши глаза встретились, и я увидела огонь в черных, как ночь, глазах.

— Знаю, — прохрипел он, резко стягивая с меня футболку. — А ты знаешь, как давно я хотел этого? Еще там, в холодном подвале, когда ты кричала и вырывалась.

Он спустил на плечи бретели от лифчика и оголил мою грудь. Пальцы коснулись набухшего соска.

— Ты манила меня, дразнила, играла и… боялась, — Марко толкнул меня на подушку и дернул за резинку штанов. — А я так хотел наказать тебя за это…

Тот нежный Марко, с которым я накануне занималась любовью, куда-то испарился.

— А ты хотела, Кэтрин, чтобы я наказал тебя? Признайся…

Что происходит? Почему он говорит об этом? Неужели сейчас я увижу его истинную натуру? Он что, отшлепаем меня, как ту девку, которую притаскивал в дом? Размышлять не было времени, Марко ждал ответа. Да, я безумно хотела, чтобы тогда в его комнате оказалась я, а не другая. Но признаться не хватило храбрости, и я медленно кивнула.

Марко стянул с меня штаны вместе с трусами. Я невольно сжала ноги, но он развел их в стороны, надавив на колени. Господи, Марко откровенно рассматривал меня, а ведь вечер еще не наступил!

— Ты очень красивая… Но совсем не опытная. Ты стесняешься меня? — он коснулся пальцем складочек между ног.

— Я… мне неловко… — промямлила, тихо застонав.

— Из-за этого? — он улыбнулся и нащупал тонкую веревочку. — Не думай об этом, обещаю, больно не будет. Наоборот, ощущения станут острее. Я научу тебя мне доверять.

Марко опустился и провел языком вокруг пупка, медленно опускаясь все ниже. Нет-нет-нет! Не смей меня там целовать! Я напряглась, не желая его пускать, но Марко резко потянул меня на себя и закинул ноги на плечи. Его язык нашел маленькую горошинку и принялся с ней играть, то нежно лаская, то грубо нажимая. Я вцепилась пальцами в простыни и громко застонала от наслаждения. Если это наказание, то я готова каждый день нарушать его правила.

Марко прекратил пытать меня языком, опустил ноги, и теперь мои бедра оказались у него на коленях. Зашуршал пакетик от презерватива. Я открыла глаза и смотрела, как он его надевает и расправляет по всей длине. Закончив, он нащупал веревочку, вытащил из меня тампон, резко вошел, крепко держа меня за бедра, и замер. Я не могла оторвать от него глаз — напряженное лицо, легкий оскал, частое дыхание, чуть прикрытые веки — вся похоть Марко предстала передо мной. Он двигался медленно, я чувствовала, как он наполняет меня до предела, не торопясь, даря наслаждение. Наши глаза встретились, и я попыталась отвернуться, смутившись. Но Марко подался вперед и схватил меня за подбородок.