Катя Тева – Луковые кольца в сахарном сиропе (страница 24)

— Уверена, что следствие во всем разберется и это недоразумение останется в прошлом. Пошли домой. Мне нужно позвонить в школу и поговорить с директором. Скоро предстоит посетить еще одни похороны.

До дома они шли молча, каждая погрузилась в собственные мысли.

Утренняя ссора растворилась в воздухе.

Маша и представить не могла, что с Артемом может такое случиться. Вспомнился вчерашний поцелуй и губы защипало. Бедные родители, как же они смогут пережить смерть сына?

У калитки их ждал гость. Витя сидел на траве, разглядывая собственные кроссовки.

Увидев Ирину и Машу, он поднялся и пошел им на встречу.

— Вы уже знаете? — спросил он. — Это ужасно. Я прибежал, чтобы рассказать, но вас не оказалось дома.

— Меня вызывали на допрос, — ответила Маша. — И как выяснилось, тебя тоже.

— Да, всех из класса, — Витя остановился у двери. — Задали несколько вопросов и отпустили. Сказали, как будто бы ему кто-то помог. Я в это не верю, если честно.

— Зайдешь? — пригласила Маша, обрадовавшись, что ее друг сейчас здесь. Именно тот, которого она так хорошо знала и к которому привыкла.

— Пойдем к нам, Витя, — поддержала Ирина. — Маше ты сейчас очень нужен.

Не успела Ирина открыть дверь, как Рик выскочил навстречу и начал прыгать.

Витя подхватил его на руки и потрепал за длинные уши.

— Вырос, — заметил он.

— Отпусти его в кусты, иначе сделает лужу на полу, — попросила Ирина и сняла обувь.

Маша с Витей остались ждать Рика.

— Я хотела извиниться, — тихо сказала Маша. — Не стоило мне с ним ходить гулять.

— Перестань, это уже не важно, — он приобнял ее за плечи. — и тебе не за что извиниться. Скорее наоборот. Это я полез туда, куда не нужно. Но я просто не мог видеть, как он обманывает тебя.

Маша уткнулась ему в плечо и разревелась, дав наконец-то волю своим чувствам.

Глава 20

Ирина вернулась с похорон в разбитом состоянии. Маша и Витя не пошли на поминки в кафе, поэтому должны были давно вернутся домой.

Костя вызвался быть сопровождающим, но Ирина отправила его на работу, пообещав, что справится сама. Встреча с коллегами лишний раз напомнила, как же ей надоела работа. Родители Артема были просто убиты горем, поэтому «Скорая помощь» дежурила всю церемонию прощания.

Когда она увидела мальчика в гробу, то не сразу узнала. Лицо при падении не пострадало, но он разбил затылок, отчего череп сильно деформировался.

Тренер со всей футбольной командой пришли в форме, а когда опускали гроб, они хором засвистели в свистки, чтобы отдать дань памяти своему капитану.

В этот момент у Ирины чуть не разорвалось сердце — ушел из жизни такой молодой и красивый парень.

Третьи похороны за полгода — слишком часто для любого человека.

Она переоделась, закинула вещи в стиральную машину и вымыла руки с мылом несколько раз. Ощущение, что земля с кладбища въелась в кожу, не покидало.

Ирина налила чашку чая и пошла проведать дочь.

Маша сидела на полу, напротив нее разместился Витя. Рик спал на кровати.

— Ну как вы? — она опустилась на пол рядом с ребятами.

— Это ужасно, — ответила Маша. — Я до сих пор до конца не осознаю.

— Такое трудно принять, нужно время. Иногда будет казаться, что все в прошлом. Но память будет ворошить то и дело неприятные воспоминания.

— Вы часто вспоминаете про дядю Олега? — спросил Витя.

— Чаще, чем хотелось бы. Когда мой муж умер, мир перевернулся. Не потому что я не представляла своей жизни без него. Нет. Мы давно потеряли ту связь, которая была между нами раньше. Но я любила его по-своему, как родного и близкого человека. Я знала, что он будет лежать на диване, когда я вернусь со школы домой. Я знала, какое у него любимое блюдо, чем он увлекается, какие передачи смотрит. Я знала его лучше, чем кто-либо на свете. И он тоже любил меня, но это я поняла только после его смерти.

— Как вы это поняли?

— Мне пришлось обнажить свои чувства, счистить, как шелуху. Когда ушла моя злость, раздражение, жалость к самой себе и к нему, обида, то я смогла разглядеть то, что скрывалось за всем этим.

— Значит ты любила папу? — Маша удивлённо посмотрела на Ирину.

— Конечно. Разве ты думала иначе? Просто я ждала от него того, что он не мог мне дать. Твой отец был настоящим мечтателем в молодости. Знала бы ты, как он хотел жить! Но так и не смог себя найти, реализоваться. Сейчас, в сорок лет, я понимаю, как это страшно на самом деле. В молодости ты думаешь, что времени полно, все успеется, сложится, свершится. Но годы, как пощечина, отрезвляют. И тогда только два пути — бороться или сдаться. Вот твой отец и сдался, опустил руки.

— А ты смогла реализоваться? — спросила Маша.

Ирина замолчала, взяла паузу обдумать этот вопрос.

— У меня никогда и не было столько амбиций. Я всегда хотела одного — быть спокойной. Чтобы жизнь текла, как река, пусть и порой тревожная, но в своем направлении.

— Думаете, большие мечты только губят человека? — Витя нахмурился.

— Либо несут вверх. Все зависит от того, не тяжела ли эта ноша. Мало мечтать о многом, нужно иметь силы, чтобы это всё воплотить в жизнь.

— Мам, ты прям философ, — Маша улыбнулась, но Витя легонько толкнул ее ногой, мол, не перебивай.

— Когда умерла Светлана Николаевна, я испугалась, — продолжила Ирина, заметив Витин интерес. — Она ведь ненамного старше меня. Тогда я поняла еще одну вещь — не обязательно самому катиться вниз, чтобы встретить смерть. Олег не хотел жить, он сам притянул свою судьбу, но Света — очень хотела. Мне стало страшно за себя, за вас. Один миг — и человека нет. А успела ли я пожить, оставить что-то после себя? Но самый большой страх наступает за тех, кого ты покидаешь. Я видела, как плакал ребенок, провожая навсегда свою мать. Сегодня мое сердце разрывалось, глядя на родителей Артема. И как бы я не была счастлива каждый день своей жизни, этот страх теперь никуда не денется.

— Но почему вы не хотите посмотреть с другой стороны? — спросил Витя. — Если смерть — это просто данность, Судьба? Жизнь — это борьба за выживание, естественный отбор, выживает сильнейший, вот и все. Физическое тело, оболочка — не так важны. Остается память, воспоминания. Можно не плакать о человеке, а помнить о нем. С улыбкой вспоминать хорошие моменты, радоваться, что имел возможность с ним общаться, просто знать его, говорить. Иногда человек уходит, чтобы жизнь другого стала легче и лучше. Разве ваша жизнь не изменилась к лучшему после того, как умер ваш муж? Извините, если мои слова вас обидят.

— Я действительно получила второй шанс. У меня появился Костя, который заботится обо мне так, как не мог Олег. Но разве я бы согласилась заплатить такую высокую цену добровольно? Конечно, нет. Имей я выбор, мой муж остался бы жить, — Ирина удивилась, услышав такие рассуждения от пятнадцатилетнего подростка.

— Но вам не хватило сил уйти, — он продолжил. — Значит это Судьба так о вас заботится. Мои родители развелись, каждый строит свою жизнь. Я боюсь представить, как бы они мучали друг друга, оставшись вместе.

— У тебя очень взрослый взгляд на вещи. Но речь не только про Олега. Светлана Николаевна была счастлива в браке. Артем только начал жить. Во имя чего они заплатили такую цену?

— Может хватит? — вмешалась Маша. — Если вы не перестанете об этом говорить, я не смогу уснуть. Меня и так две последние ночи мучали кошмары. Как подумаю про Артема, слезы сами наворачиваются. Теперь еще про папу буду вспоминать. И про Светлану Николаевну тоже, она была замечательной учительницей.

— Я рада, что вы опять вместе, как в старые добрые времена, — Ирина поднялась на ноги, разминая затекшие колени. — Давайте верить, что все плохое осталось позади. И так слишком много всего свалилось за последнее время. Хорошо, что удалось поговорить, мне стало легче, если честно. Пойду займусь ужином. Витя, ты останешься?

— С удовольствием! Мой отец так паршиво готовит, что я не упущу возможность перекусить в другом месте, тем более у вас.

— Вот и замечательно.

Ирина вернулась на кухню, вылила в раковину остывший чай, к которому так и не притронулась, и полезла в морозильную камеру.

Костя должен вернуться через пару часов, она как раз успеет приготовить и накрыть на стол.

Рик, в надежде получить что-нибудь вкусненькое, уже вертелся на кухне.

— Если я наступлю тебе на хвост, сам будешь виноват, — предупредила его Ирина, но по взгляду догадалась, что пес ничего не понял.

Ее начало отпускать. Тот, камень, который висел на сердце, словно стал легче. Она у себя дома, ее семья в безопасности, все любимые живы — чего еще можно желать? Того, кто посмел отнять жизнь у Артема, обязательно найдут. Машу вызывали просто потому, что она с ним дружила. Ирина старалась перестать накручивать себя, и у нее начало получаться.

Сегодня, когда они оказались в кабинете номер тринадцать, она открыла в себе те качества, о которых и не подозревала. Ей захотелось вцепиться в глотку этой Ирине Петровне и вытащить из нее душу. Она вспомнила, как оказалась там первый раз. Совершенно другие эмоции. Кем она тогда была? Подавленной жертвой? Обедом для голодного удава? Уж не меньше. Теперь же, когда они тронули самое дорогое — ее дочь — она нашла в себе силы бороться.

Рик, выпросив кусок сырой курицы, забрался под табуретку и занялся важным делом. Какой же он все-таки забавный. Хорошо, что она согласилась его оставить. В детстве Ирина всегда мечтала о собаке, но мама была категорически против — придумала себе аллергию, которую они с отцом ни разу у нее не заметили.