Катя Шмель – Хватит втягивать живот! (страница 6)
С диетами это не работает. Потому что когда диета не срабатывает – виновата ты. Не продукт. Ты. «Недостаточно старалась». «Сорвалась». «Нет силы воли».
Гениальная бизнес-модель: продукт, который заведомо не работает, а в провале виновен покупатель.
Алгоритм в роли продавца
Возьмём инструмент покрупнее. Социальные сети.
Средняя женщина в возрасте от восемнадцати до тридцати пяти лет проводит в социальных сетях около трёх часов в день. Три часа ежедневного контакта с контентом, который алгоритмически отобран для максимального эмоционального воздействия.
Исследование Университета Пенсильвании (Hunt, Marx, Lipson, 2018) показало: всего десять дней ограниченного использования социальных сетей значительно снижают уровень тревоги и депрессии у участников. Особенно – тревоги, связанной с внешностью и социальным сравнением.
Десять дней. Вот цена твоего «добровольного» скроллинга.
Но давай копнём глубже. Потому что механизм там ещё интереснее.
Алгоритм не просто показывает тебе красивых людей, чтобы ты сравнивала себя с ними. Он показывает тебе рекламу сразу после контента, который вызвал у тебя тревогу. Это называется «эмоциональный таргетинг», и это стандартная практика. Ты посмотрела на чью-то идеальную фигуру и почувствовала дискомфорт – и ровно в этот момент тебе показывают рекламу программы похудения или крема от растяжек.
Не случайно. Не совпадение.
Твоя боль монетизируется в режиме реального времени.
Каждый момент твоей неуверенности – это рекламный инвентарь. Каждое «фу, у неё такой живот» в твоей голове – это триггер для следующей покупки. Бизнес-модель, построенная на твоих худших минутах.
Реклама «до/после»: анатомия манипуляции
Отдельного разговора заслуживает, пожалуй, самый мощный инструмент манипуляции в арсенале индустрии красоты и похудения.
Фотография «до» и «после».
Давай пройдёмся по тому, что происходит на самом деле. Не на картинке – за картинкой.
«До» снимается при плохом освещении, нейтральном или слегка сутулом положении тела, без макияжа, иногда с намеренно «раздутым» животом (человека просят расслабить мышцы живота и слегка наклониться вперёд). Выражение лица – усталое или нейтральное.
«После» снимается при направленном профессиональном освещении, которое создаёт тени там, где нужно (скулы, линия тела), при идеальной осанке и напряжённых мышцах. Макияж, укладка. Широкая улыбка.
Иногда это происходит в один и тот же день. Иногда – в разном порядке (сначала «после», потом «до»). Иногда – с разными людьми на одном теле.
Это не редкость. Это стандартная практика, задокументированная многочисленными разоблачениями бывших участников рекламных съёмок.
Ты смотришь на эти фото и чувствуешь стыд за своё тело. Потом – надежду. Потом – желание купить. И всё это – реакция на постановочный театр, созданный за тридцать минут профессиональным фотографом и осветителем.
Твой стыд был спланирован. Твоя надежда – была запрограммирована. Твоя покупка – ожидалась заранее.
Наташа пришла ко мне не из-за отношений с телом. Формально – из-за тревожности. Но когда мы начали распутывать клубок, выяснилось, что Наташа провела последние восемь лет в состоянии, которое она сама описала так: «как будто я всё время сдаю экзамен, к которому невозможно подготовиться».
Экзамен назывался «правильное питание».
За восемь лет Наташа перепробовала интервальное голодание, кето-диету, веганство, палео, подсчёт калорий, интуитивное питание (которое, по иронии, превратила в ещё одну диету с правилами), детокс-программы, «очищение» соками и несколько авторских методик от блогеров с красивыми животами в социальных сетях.
За восемь лет она потратила – она подсчитала специально – больше четырёхсот тысяч рублей на диетические продукты, БАДы, программы, приложения и консультации нутрициологов с разными подходами, которые друг другу противоречили.
За восемь лет её вес колебался в диапазоне плюс-минус восемь килограммов. Всегда возвращался к исходному. И каждый раз, когда возвращался – Наташа чувствовала, что потерпела личное поражение. Что она слабее, чем должна быть. Что с ней что-то не так.
«Со мной что-то не так», – повторяла она.
Я спросила её: «Если бы электрик восемь раз чинил одну и ту же проводку, и она восемь раз ломалась снова – ты бы думала, что с проводкой что-то не так? Или с электриком?»
Долгая пауза.
«С электриком», – сказала она медленно.
«Именно», – ответила я.
С Наташей всё было в порядке. Продукт не работал. Но продукт был устроен так, чтобы в провале всегда была виновата она.
Они знают, что делают. Это важно понять.
Я хочу, чтобы ты не питала иллюзий по одному конкретному поводу.
Люди, которые создают рекламу антивозрастного крема, – они знают, что крем не останавливает старение. Люди, которые разрабатывают диетические программы, – они знают статистику возврата веса. Люди, которые управляют алгоритмами социальных сетей, – они знают о связи между скроллингом и тревожностью. Это не скрытая информация. Она опубликована в научных журналах, в корпоративных отчётах, в показаниях перед судом и комитетами Конгресса.
Они знают. И продолжают.
Это не делает их злодеями в плаще. Это делает их бизнесменами, которые следуют логике прибыли. Логике, которая существует за счёт твоей боли.
Ты не должна их ненавидеть. Ты должна их видеть.
Потому что невидимое оружие – самое опасное. А то, которое ты видишь насквозь, – теряет большую часть своей силы.
Где заканчивается манипуляция и начинается твой выбор
Стоп. Я слышу уже возможное возражение.
«Но я же сама выбираю пользоваться кремом. Мне это нравится. Мне нравится краситься. Это моё удовольствие.»
Абсолютно. И это важно разграничить – чётко и без компромиссов.
Есть покупка из удовольствия: ты покупаешь помаду, потому что тебе нравится цвет и ощущение. Ты пользуешься парфюмом, потому что запах тебя радует. Ты делаешь маникюр, потому что тебе нравится смотреть на красивые руки. Это твоё тело, твои деньги, твоё удовольствие. Никто не отбирает.
И есть покупка из страха: ты покупаешь крем, потому что боишься постареть и стать невидимой. Ты сидишь на диете, потому что боишься, что тебя разлюбят, если ты не похудеешь. Ты накладываешь тональник, потому что без него чувствуешь себя «неполноценной» и не можешь выйти из дома.
Разница не в продукте. Разница – в мотивации. В том, из какого места внутри тебя исходит этот выбор.
Из места силы и удовольствия – или из места страха и стыда?
Это вопрос, который стоит задавать себе каждый раз. Не чтобы осудить – чтобы понять.
Потому что ты имеешь полное право краситься, ухаживать за собой, делать процедуры и носить любую одежду. Единственное, чего ты не обязана делать – это платить индустрии за право чувствовать себя нормальной.
Нормальная – это не продукт. Это твоё исходное состояние.
ПРАКТИКА: «ДЕТЕКТИВ КРАСОТЫ»
Следующие семь дней ты смотришь на каждую рекламу – в телефоне, на улице, по телевизору, в журнале – глазами детектива, а не потребителя.
Один простой вопрос к каждой рекламе красоты, диет, фитнеса, «здорового образа жизни»:
«Какую проблему они только что придумали – и что продают как решение?»
Не осуждай себя за то, что раньше не замечала. Просто замечай сейчас.
Смотришь рекламу сыворотки – находишь «проблему» (поры, пятна, «тусклость»). Смотришь рекламу фитнес-приложения – находишь «проблему» (недисциплинированность, «неправильное» тело). Видишь пост блогера с рекламной интеграцией – находишь, какой страх он активирует, прежде чем предложить товар.
Это не упражнение на цинизм. Это упражнение на медиаграмотность – один из самых мощных защитных механизмов психики. Когда ты видишь механизм – он перестаёт работать автоматически. Игла манипуляции не входит в кожу, которая уже знает, чего ждать.
К концу недели ты будешь смотреть на рекламу иначе. Не с раздражением – с холодным любопытством профессионала, который знает, как устроен фокус.
А фокус, который ты видишь насквозь, – уже не фокус.
Голая правда
Индустрия красоты не продаёт тебе красоту. Она продаёт тебе твою же неуверенность – упакованную в красивый флакон с обещанием исправить то, что она сама и назвала дефектом. Это не заговор. Это бизнес-модель. И единственный способ выйти из неё – перестать быть потребителем чужих определений нормы и начать быть автором своих собственных.
Конец ознакомительного фрагмента.