Катя Озерова – Новогодняя замена (страница 2)

– И вообще… я бы тебе тоже отказала, – выпалила в багровеющее лицо.

Ничего, таким самоуверенным типам, как этот Алексей, немного здоровой критики не помешает. Сгрузив посуду на поднос, вильнула попой и гордо удалилась.

Права же, ну!

Сгрузила на кухне грязную посуду, потом там же возмущенно рассказала Марише и Никусе подробности провального предложения. Обе разочарованы, что были заняты обслуживанием туристов в банкетном зале и не видели этого своими глазами.

Администратор зала забежал в кухню и попросил меня срочно подойди в кабинет директора.

Недоуменно посмотрела на подруг, обычно мы туда вообще не ходим. Все наши планерки в кабинете зама рядом с кухней проходят.

– Ладно, пойду, – прикусила губу. В груди нарастало неясное волнение, будто ничего хорошего меня там не ждет.

По дороге в кабинет директора прокрутила все свои косяки за последние месяцы.

Пару раз проспала, один раз клиенты ушли, не заплатив. Хорошо, что там было только два кофе, шашлык и бутылка вина. Покрыла сама.

Ну и все, в остальном я образцовая официантка.

Может, мне вообще оклад повысить хотят, а я тут переживаю?

С этой мыслью бодро вошла в кабинет.

Мамочки!!!

Это он.

Расселся за столом нашего директора и ноги на стол положил.

Точно хам, мне не показалось.

Так.

Стоп.

А что он вообще делает в кабинете нашего директора?

Быстренько обведя взглядом остальное пространство, которое оказалось совершенно пустым, вернулась к Алексею.

Ну за что?

Это он, да?

Приехал из своей заграницы?

Вообще, если присмотреться, то есть общие черты с его отцом. Он тут у нас появлялся несколько раз, указания раздавал.

Я всегда знала, что язык мой – враг мой. Знала и все равно не сдержалась, всунула свой нос, высказалась.

И что?

Меня теперь уволят?

Прикусила губу, сжала в ладонях меховую оборку на груди, вяло осела спиной на дверь. Она захлопнулась, возвещая, что бежать мне от хама Алексея теперь некуда.

– А …. Вы…

– Что, уже на вы? – криво усмехнулся, отрываясь от бумаг, которые листал. Процокала каблучками вокруг стола и любопытно заглянула – так и есть, моя папка.

– В прошлом месяце была лучшим работником, на стене почета висела, – сообщила на тот случай, если до конца папки он вдруг не долистает.

Черт, надо что-то делать! Мне никак нельзя остаться сейчас без работы.

Квартира съемная, аренда высокая. Снимали вместе с Никусей, но в этом месяце она решила окончательно съехать к своему парню, то есть мужчине. Парнем назвать медведеподобного мужика с собственным СТО как-то язык не поворачивался.

Короче, аренда теперь была на мне, а еще хотелось бы родителям подарки купить и домой отослать, братику робота на пульте управления.

– Да неужели? – Алексей захлопнул папку. Так и есть, не собирался до моих достижений листать.

– Аха.

Не хотелось, но надо было – расплылась в широкой улыбке, проникновенно посмотрела ему в глаза. На всякий случай слегка наклонилась, чтобы декольте было лучше видно.

Соблазнять не собиралась, но! Это мой самый действенный прием по зарабатыванию чаевых. Еще ни разу не было, чтобы клиент после такой улыбки ничего не оставил. Правда, там я еще добавляла «Буду рада видеть вас в «Белом кролике» снова", а тут просто помолчала, ведь общение у нас с директором явно не заладилось с самого начала.

Алексей завис на белой опушечке, красиво обрамляющей грудь, и хмыкнул. Перевел взгляд выше мне в глаза.

– Уволена!

От шока издала приглушенный писк.

– Это потому, что я вас там, ну…. – уточнила на всякий случай.

– Естественно.

Хотелось высказаться, что вообще-то это непрофессионально – из-за личной обиды взять и уволить человека, но язык свой я благоразумно прикусила. Он и так уже натворил дел.

– Алексей, – зажмурилась, быстро вспоминая отчество, – Владимирович. Не увольняйте, пожалуйста, – присела на стул для посетителей. Плечи сами опустились, голова поникла. – У меня аренда квартиры, я ее с соседкой снимала, а сейчас сама не потяну. И где я сейчас работу перед Новым годом найду? А там праздники…

– Раньше нужно было думать. До того, как нос свой любопытный совала, куда не следует.

– Я больше так не буду, – сложила ладони в молитвенном жесте на груди. – Честно. И я извинюсь перед клиентом, – запнулась, – ой, перед вами.

– Нет, – его цепкий взгляд начал блуждать по мне. Задержался на лице, оценил елочные миниатюрные игрушки вместо сережек в ушах, алый маникюр, униформу Снегурочки.

Ой, не нравится мне это, только бы не стал сейчас приставать.

Тут я и сама уволюсь!

– Хотя, – задумчиво сказал, – встань.

– Что? Зачем?

Опасливо поднялась на ноги и напряглась, когда Алексей подошел ко мне. Навис, близко рассматривая. Бороду пальцами почесал.

– Руку вытяни.

– Бить будете? – прошептала еле слышно, поглядывая на дверь за его спиной. Увольнение больше не казалось мне такой уж плохой перспективой.

– Детский сад, – Алексей полез к себе в карман брюк, вынул коробочку с кольцом. Сам взял мою правую руку и надел кольцо на безымянный палец. Оно идеально село. Встряхнула ладонью, не слетает.

– Это еще зачем? – потянулась, чтобы снять.

– Тебе работа нужна?

– Нужна, конечно, но я уже говорила, я за вас тоже не выйду. Даже под угрозой увольнения!

– Господи, – Алексей закатил глаза. – Тебе никто замуж и не предлагает, – он обошел стол, присаживаясь на свое место. – Мне невеста нужна на праздники.

– А можно как-то подробнее? – во все глаза рассматривала колечко на пальце. Оно настоящее, вон как камушек сияет.

– Моя бабушка, – Алексей грустно вздохнул, – у нее сердце. Врачи говорят, что, возможно, это ее последний год.

– О боже, – села обратно на неудобный стул.

– И она захотела увидеть, что я, наконец, счастлив.

– А счастлив – это женат?