Катя Мерт – Согретая турецким солнцем. Книга первая (страница 8)
Закончилась сценическая история тем, что Мари вернулась к мужу, а тот в ярости набросился на неё с криком:
– Где ты была? Меня пытались убить! Здесь ужасная анимация!
– Милый, смотри, сколько я всего накупила… И здесь очень хорошая анимация! Особенно мальчики! – продолжала мурлыкать Мари, демонстрируя покупки.
– Нет! – разрывался Кемаль. – Нехорошая!
– Хорошая, хорошая! Вот, смотри!
На сцене появился Эрай, аккуратно положил девушку на плечо и громко объявил:
–
Восторженные овации и несмолкаемый хохот лились рекой.
– Все иду на сцена! – перекрикивая музыкальную заставку, скомандовал Йозеф.
Мы вышли, взялись за руки, как артисты Большого театра, сделали несколько шагов вперёд и одновременно поклонились ликующей публике. «Звёзды, блин!» Марина в микрофон называла ребят по именам. Тот, чьё имя звучало, должен был выйти вперёд, исполнить какой-нибудь финт и вернуться на место. Мне было не до финтов, так что я просто сделала реверанс. После персональных поклонов мы ещё немного постояли на сцене и удалились за кулисы. В бэкстейдже снова воцарились шум и хаос…
– С дебютом, Сашка! Молодец! – прокричала Марина с противоположного конца гримёрки.
– Да, да! С дебютом! – подхватили девочки.
– Спасибо! – во весь рот заулыбалась я. «Мелочь, а приятно!»
Все переоделись в свою одежду и двинулись в бар у бассейна. Ребята сразу растворились среди столиков, раздавая гостям ручки и какие-то маленькие бумажки. Обо мне все дружно забыли, оставив стоять в свете разноцветных прожекторов возле диджей-кабины.
– Ты сегодня просто посмотришь, – вдруг пролепетал Маринин голосок.
– Хорошо.
– Можешь взять что-нибудь в баре и присесть вот тут, за столик.
На улице было уже совсем холодно, поэтому я попросила горячий шоколад и уселась на плетёный стул. Отдыхающие спокойно попивали свои коктейли, аниматоры бегали между столиками, раздавая материалы для предстоящей игры, а из колонок доносилась завывающая турецкая песня. Я сделала пару глотков и продолжила наблюдение. Барная стойка красиво подсвечивалась, а столики оставались в лёгкой полутьме. Справа сияла голубая вода большого бассейна. Синеватый свет попадал и на пальмы, высаженные вокруг, отчего они тоже казались голубыми. Сад сделался мрачным и устрашающим, от дневного очарования не осталось и следа. Над моей головой мерцали сотни, нет тысячи звёзд… И месяц. Он не был похож на привычную букву «С», а развалился на чёрном небе, напоминая улыбку. Всё в тот вечер располагало к наслаждению, что даже месяц прилёг отдохнуть.
Марина снова взяла микрофон. Она одинаково быстро болтала на русском, английском, немецком и турецком языках. «Удивительная женщина!» Из её слов я поняла, что у всех на столах лежали листочки с названиями песен. Гостям предстояло угадать, под какие из них на танцпол выйдет большее количество людей, и расставить места: «1», «2» и «3». После того как все композиции прозвучат, а танцующие украсят их своими движениями, ведущая озвучит результаты, и угадавший получит заслуженный приз.
Заиграла первая песня, и мои коллеги стали приглашать сидящих за столиками людей на танцпол. Ретро-репертуар и гости соответствующего возраста прекрасно гармонировали друг с другом. Площадка медленно, но верно, заполнялась, и моё настроение улучшалось с каждой новой парой танцующих ног. Я абсолютно не чувствовала себя работником. Я была гостем! Единственное, что меня отличало – это содержимое чашки.
– Хорошо тебе! Танцевать не заставляют, – проскулила Ксюша, вырвав меня из приятных раздумий.
– Не заставляют. Но я сама пойду!
Я поднялась, поправила одежду и двинулась в эпицентр веселья. Удивлению маленькой киргизки не было предела: её маленькие глаза недоумённо моргали, но губы не выпустили ни единого звука. А меня переполняло счастье, и громкая музыка, подобно кислороду, подпитывала разгоревшееся пламя. Ноги то кружили меня, то шагали из стороны в сторону. Я танцевала в окружении голубых пальм под светом тысяч звёзд и упавшего месяца. Казалось, это был не танец тела… В пляс пустилась душа. «Ещё бы бокал искристого в руку для завершения образа».
Спустя пару песен, меня почему-то окружили дети. Наверное, малышей привлекли яркие цветы на моём пиджаке. Две хорошенькие девочки лет пяти и их ровесник-кавалер повторяли мои движения, а родители умилялись и снимали всё это на видео. Не растерявшись, я стала показывать им то, что они без труда могли исполнить, и у нас получился настоящий концертный номер-экспромт. В это время я поймала на себе довольный взгляд Марины и приметила завистливые искорки в глазах Виолетты. «Видимо, всё правильно делаю».
Когда тебе хорошо, время летит незаметно. Я протанцевала эти чудесные полчаса, согрелась и зарядилась позитивом. Марина попросила гостей пройти на места и объявила песни, которые произвели фурор на танцполе. Сначала я думала, что угадать нереально, но позже своими глазами увидела, что победитель, вернее, победители, нашлись. Пожилые муж и жена правильно расставили свои «айнс», «цвай», «драй» и получили в подарок бутылку шампанского. Мы дружно похлопали, Марина попрощалась до завтра, и над диджей-кабиной погасли разноцветные огни.
– Теперь мы идём убирать бэкстейдж, – сообщила Ксюша, и всей командой мы вернулись в гримёрку.
«Такого ужаса не было даже в моей комнате, когда сестра научилась ходить и крушила всё на своём пути! Работы здесь не на один час… Благо нас много». Каждый принялся разгребать завал в районе собственного стула и вешать костюмы на длинную металлическую перекладину. Когда пол освободился от всевозможных тряпок, Виолетта унесла вешалки за белую дверь.
– Саша, пойдём суда! Я тебе покажу, что с афишами делаем! – прокричала Мари с гримёрного места Марины.
Девушка достала из нижнего ящика стола несколько папок, надписи на которых были мне вполне понятны: «Show21», «Aftershow», «Tournament22».
– Смотри! Афиши мы меняем друг после друга. Каждую неделю новый человек. Вот тута лежат все листы, а там, на доске, смотришь расписание. Видишь, чего завтра будет, находишь это тут и меняешь старые афиши на новые.
Её голос был низким, бархатным. Говорила Мари с сильным акцентом и иногда путала слова. Но объяснить всё старалась доступно, без пафоса.
– Где меняю?
– Погоди! Я всё покажу. Мы сейчас вместе будем идти, потому что эта неделя моя, а потом – ты.
Когда бэкстейдж вернулся в прежний вид, мы собрали грязные чашки, Эрай взял большой мешок с мусором, и все снова направились в сторону диджей-кабины.
– Вот первое место, – Мари указала на «Animation board23», – здесь надо вешать все три афиши. Смотри: шоу, турнир и афтер-шоу.
Потом мы дошли до лобби, где утром я разговаривала с Мариной. «Второе место» находилось там.
– Тут тоже вешаешь всё.
Мари снова вытащила устаревшие красочные объявления, а в специальные окошки вставила новые цветные листы.
– Теперь идём в ресторан, – продолжала экскурс девушка с акцентом.
– Блин! Что-то сложно это всё…
– Не-е! Втянешься! Тут только шоу. И всё! Запомнила? Возле кабины, в лобби и тут.
– Угу, – неоднозначно кивнула я.
– Всё, идём обратно! Есть хочу!
– Эм… Есть?
– Ага! Мы теперь все вместе в ресторан пойдём, – с коварной улыбкой пропела Мари, потирая ладони.
Мой живот отозвался радостным бульком, несмотря на позднее время. Мы с Мари подошли к развалившимся на стульях коллегам. Через минуту в дверях офиса показалась чёрная голова Йозефа, а ещё через пару секунд он стоял рядом.
– Все тут?
Народ повскакивал со своих мест, и мы гуськом отправились в ресторан, точно так же, как в обед.
– А что он нам сказал? – спросила я Ксюшу по дороге.
– «Тамам» – это по-турецки «ладно», а остальное я сама не знаю.
В ресторане для полуночников выставили кое-какие салаты, фрукты, сыр, спагетти, суп и тосты из разряда «сделай сам».
– Кто хочет тост? – громко спросил Йозеф.
Все подняли руки. Кроме меня. Я постеснялась, хотя есть хотелось дико. Пропущенный ужин напомнил о себе!
– А ты не хочешь, что ли? – уставилась на меня Виолетта.
– Не знаю, – я неуверенно пожала плечами.
– Да брось! Это очень вкусно! – причмокнула она. – Йозеф! Ещё один!
«Видимо, этот молодой длинноногий обладатель чёрной косички не такой уж и грозный начальник, раз готовит всем тосты», – думала я, накладывая в тарелку овощной салат. На этот раз вся команда расположилась за одним большим столом. Кто-то наворачивал суп, кто-то салатик, а кто-то просто ждал, поглядывая на Йозефа возле гриля сквозь стеклянную перегородку.
– Ты из России, Саша, да? – поинтересовалась Мари.
– Да. Челябинская область.
– А у меня в Костанае бабушка живёт, – вмешалась Дарина. – Это Казахстан, но рядом с Челябинской областью.
– Я знаю. Была там. А сама ты откуда?
– Родилась в Казахстане, но сейчас живу в Москве, – пролепетала Дарина.
– Мари, а ты? – мне очень хотелось узнать, откуда родом этот смешной акцент.
– О-о-о! Я из Тбилиси, – гордо заявила Мари. – Гр-р-р-р-рузия!
– Вино и хачапури? – подмигнула я.