Катя Лоренц – (Не)любовь к боссу (страница 3)

Наглый, беспринципный тип, сидел наслаждался моему унижением, как хозяин мира. Я попала в плен к своему тирану и мучителю.

- С завтрашнего дня, приступаешь к работе. Светлана, мой секретарь, покажет тебе место работы. Договор подпишешь с утра.

- Спасибо. - наверное. Со скрипом отодвинула стул, взяла папка с документами, повернулась спиной, услышала сначала смешок потом Ярослав гоготал в полный голос. С недоумением смотрю на него.

- Паулинка, - сквозь смех сказал он, - ты как всегда меня рассмешила. Я покраснела от гнева. Мало мне было усмешек в холле? Ещё и он!

- Чем это интересно? - да вырастит этот мальчишка когда-нибудь или нет?

Он поднялся, подошёл ко мне.

- Повернись. - выполняю - Вот, смотри, - протягивает мне записку, - это было на твоей спине.

Лахудра. Гласила надпись на записке.

Вот тебе и милые девушки из дамской комнаты! Это они мне приклеили.

- Тебе нужно поработать над коммуникабельностью. Где бы ты не появлялась, становишься предметом насмешек.

- Просто мне на дороге попадаются полные кретины.  Всего доброго, Ярослав Сергеевич.

Развернулась и ушла. Грязные, надменные стервы! А не милые девушки. Могла бы догадаться, среди конкурентов не бывает хороших людей, все они превращаются в валькирий. А то, что я хочу видеть в людях только хорошее, не замечая недостатков, это моя вечная проблема. Столько раз получала удар в спину, но всё равно жизнь меня ничему не учит. Самое ужасное, это то, что моё унижение видел Ярослав.

Не хочу об этом думать! Становлюсь слишком слабой.

Поездка в метро, моя двухкомнатная квартира. Мне навстречу выходят моя кошка, Рыся.

- Привет. - она трется о ногу. Единственное существо которое меня любит. Грустно и одиноко.

В Голландии, мы с подругой Джессикой, снимали небольшую квартиру. В другой стране я вернула себе уверенность, стала общительной, легко сходилась с людьми и почти забыла про Ярослава.

Вернувшись домой, чувствовал себя аутсайдером.

Чашка горячего какао, закутавшись в плед, беру старый альбом из прошлой, счастливой жизни. Вглядываюсь  в мамины нефритовые глаза.

Там на снимке, они с отцом счастливы. Такое ощущение, что отец надышаться ею не может.

Не верю Логинову, не мог мой отец предать мать. Он всё свободное время старался с ней проводить.

Перелистывая снимки. Париж, Доминикана, Италия... Да по нашим снимка можно география изучать. Куда нас только отец не возил. Стал бы он тратить время на женщину, которую не любил?

На всех снимках я такая счастливая. Кроме одного.

В тот день, к нам в гости пришёл Ярослав. Пока отец не видел, он меня доводил. Вспомнил мою первую любовь, Никиту, дергал за косички, издевался над тем, что я читаю.

Смотрю в насмешливые карие глаза моего нового босса. Он приобнял меня. Не из-за того, что я ему хотелось, потому что я от этого ещё больше бесилась.

Сижу, как бука, смотрю из под бровей в камеру. Тогда нас отец фотографировал. Знала бы я, что это последний снимок,  сделанный моим отцом, не была бы так груба с ним.

Он, конечно, не знал о том, в какой ад превратил мою жизнь Ярослав, не хотелось его расстраивать.

Тогда я просила отца, выгнать этого расфуфыренного мачо, а он сказал, что для него Ярослав, как сын. Я тогда на отца впервые повысила голос.

Как я жалею сейчас. Столько слов не сказано.

Почему я и так редко говорила, что люблю папу и маму? Ведь это так просто, подойти и обнять и сказать, что они мне дороги. А вдруг они об этом никогда не знали?

Ненавижу Ярослава! Он испортил мой последний день с родителями, он всегда всё портил.

Глава четвертая

Ярослав

- Да отец. - устало потёр переносицу.

- Через месяц, вашей компании исполняется год. - слышу властный голос в трубке.

- Так-то больше, год, как я её выкупил.

- Я к чему, - продолжил отец, - ты рекламную кампанию провёл?

- Нет, просто корпоратив будет. - он меня ещё здесь учит! Везде суёт свой нос.

- Почему не обратился ко мне?

- А надо?

- Ох, - тяжело вздохнул отец, - какой ты зелёный, неопытный. Такое событие нужно освещать, приглашать звёзд. Наш с тобой журнал, займется этим. - безапелляционно сказал отец.

- Не наш, а твой!

- Перестань, я строил свою империю, чтобы ты встал во главе.

- Мне это неинтересно отец! Мне своей компании хватает.

- Быть медиамагнатом, значит иметь власть! Я не понимаю, почему ты отказываешься? Ты мой единственный сын, наследник.

- Всё пап! Не начинай по новой! Хочешь делать рекламу? Делай! Только не люби мне мозг с утра пораньше!

- Я сегодня к тебе приеду в офис.

- Зачем? - видеть его совсем не хотелось.

- Чтобы провести рекламную кампанию.

- А больше некому это поручить? Ты обанкротился? Сам Логинов снизойдет до нашей скромной персоны.

- Не ёрничай! Я соскучился, сынок. - стареет отец. Стал таким сентиментальным. У меня в груди что-то ёкнуло. Он говорил, как человек, а не медиамагнат, что случалось с ним крайне редко.

- Хорошо, прости. Приезжай конечно. - сменил гнев на милость. -  Рад буду тебя видеть.

- Может, когда обсудим дела с моими сотрудниками, пообедаем?

- Да конечно. Почему нет?

Попрощавшись, положил трубку во мне борются двоякие чувства: с одной стороны я не хочу видеть отца, а другой наоборот.

Подошёл к панорамному окну. Я недавно купил пентхаус на триста квадратных метров в " Башне Федерации " , на девяносто четвёртом этаже.

Из окна, с высоты триста сорока метров, открывался чудесный вид на Кремль, гостиницу "Украина", на набережную Москвы-реки.

Мне нравился простор, высокие потолки. Я  жутко гордился собой, сам заработал, сам купил!

С восторгом оглядывался вокруг, стены пастельных тонов, серо-голубые двери, акценты в виде тёмно-серого камня. Всё как я люблю.

Сел за круглый стол, чашка вкуснейшего кофе, без сахара, запах свежей выпечки, круассанов. Вот моё утро.

Здесь, находясь на такой высоте, чувствовал себя небожителем. Удачно, а главное вовремя вложился в Bitcoin, вовремя продал.

В голове прокручивал разговора с отцом. Думать о наших разногласиях с ним не хотелось.

В институте, вел жизнь "золотого мальчика". Бил дорогие тачки, устраивал безумные вечеринки.

Однажды, отцу надоело, и он перестал мне давать "карманные". Оставшись без копейки денег, понял, что у меня не стало друзей, практически. Остался только Лёха, вундеркинд из бедной семьи, который учился на бюджетном.

Я психанул, ушёл из дома. Попросился жить к Лёхе, потому что другие "верные друзья", послали меня куда подальше.

Я жил в Мытищах! Я! Раньше даже не подозревал о существовании такого района, с платиновой картой мне там нечего было делать.