Катя Лоренц – Наложница ледяного дракона (страница 42)

Аиша прощалась. Как я мог не понять это? Видел же что с ней творится что-то не то. Но вчера я просто с ума сошел от страсти. А предыдущей ночью медленно и мучительно умирал без нее. Пыжился, терпел до утра, хотел показать характер, доказать кто хозяин, наказать ее хотел. А утром чуть ли не приполз к ней на коленях.

И теперь мне придётся научиться жить без нее. Как это сделать, если одна ночь стала настоящим испытанием?

Она предала меня! Я ей кольцо с алмазом, и сердце свое на тарелочке, а она растоптала его, переметнулась к Аиду.

Я же говорил какие последствия будут, если отдать змеиному королю его символ власти.

– Я найду эту змею, околдовавшую меня. И придушу. Своими собственными руками!

Переполненный решимостью, встал, чтобы отправится на Землю.

Я знаю где ее искать. Нужно только переодеться в их местную одежду, а то в прошлый раз меня отправили в дурку, когда я начал разговаривать на своем языке. Хорошо, что их местный лекарь знал мой язык, латынью называл. А про другие миры они не слышали. Я придумал сказочку, что потерял память, но не прокатило. Оказывается, это вымерший язык. Пришлось убегать.

– Это не все, – бледнея продолжил Амир. – Так же пропала ваша фаворитка, Джамиля.

– Вы потеряли моего наследника? – перед глазами алое пламя, а татуировки на руках засветились. Еще чуть-чуть и обращусь в дракона.

– Господин! Не время терять здравомыслие.

– Ты прав. Я возвращаю Аишу, а вы ищете Джамилю.

В покои кланяясь вошёл главный военноначальник.

– Кайзер! Войско сарпенсов, во главе с Аидом вторглось на нашу границу.

Что и следовало ожидать. Аид получил кольцо, обрел силу. Собрал всех своих подданных.

И всему виной она. Предательница.

Я же сказал, что мы навестим ее маму, я как мог, оттягивал этот момент, чтобы не расстраивать Аишу. Не к кому ей было возвращаться. Она бы не поверила моим словам, решила убедиться лично, рвалась бы туда еще больше. Отпустить ее одну не мог, а дела в империи не позволяли всё бросить и поехать с ней.

Глава 17

Я смотрела на серое здание нашей пятиэтажки, окружённой зеленными деревьями. Уже лето! Здесь прошло полгода!

– Верни меня! Немедленно! Или лучше останься, подожди пока я навещу маму, и возвращай в Мирвенте.

– Прости, зайка. Но это в мои планы не входит. Я так или иначе вернул бына Землю. Хотел, чтобы Сэт окончательно на тебе тронулся. Это и был план, заставить его страдать. Я столько месяцев подбирал девушку в его вкусе. А кольцо это приятный бонус. Как можно быть таким идиотом, чтобы любить одну женщину? Отказаться от целого гарема ради тебя?

– А как же Джамиля? Ты был с ней таким милым и влюблённым.

– Я говорю то, что она хочет слышать. Не хочу, чтобы она расстроилась и родила раньше времени. Как только родит, исчезнет из моей жизни.

– Ну ты мерзавец!

– Неужели ты думаешь я всерьёз увлекусь девушкой, потрепанной моим ненавистным братом? – его бесполезно вразумлять и что-то доказывать. Сейчас меня больше всего на свете волнует Сэт и мама.

– Значит так! Мы идем сейчас к маме, я узнаю о ее самочувствии, успокаиваю, и ты возвращаешь меня к Сэту. Чтобы ты не говорил, кольцо тебе нужно.

– Боишься, что помрёт братец? Да так и будет. Сначала я, благодаря кольцу, завоюю империю, а потом запру его в темницу. Навечно! Вскоре его любовь перерастет в ненависть.Он будет метаться по клетке, сходя с ума от одиночества. От мысли, что единственная, кому доверился и подпустил слишком близко, предала его, – губа задрожала.

– У меня не было выбора, – стерла горячую слезу с щеки. Аид довольно улыбнулся.

– А самое приятное знаешь что? – он придвинулся очень близко. – То что тебя здесь никто не ждет. Больше не ждет, – Аид покрутил в руках коробку с кольцом. Стащил, но мне было уже не до этого.

– Мама!

Я побежала к дому.

Он все врет! Мама жива, она не может уйти, не повидавшись со мной. Я же так стремилась вернуться сюда из-за нее. Перескакивая через две ступени, поднималась на самый верх. Забарабанила в квартиру номер тридцать восемь. Но никто не ответил.

Она просто вышла в магазин, успокаивала себя.

Приложила ухо к двери, понять дома ли она.

– Мам! – застучала ногами. Дверь квартиры напротив открылась.

– Что вы шумите, девушка?

– Марья Ивановна, вы не узнаете меня? Я Аня. Аня Зотова. И эта квартира мамы и моя.

– Что за чушь?

– Знаю, что вы не так давно переехали сюда. Но вы полгода назад приходили за солью и мы подружились.

– Что за ерунда? Мы живем здесь два года. И жильцов этой квартиры я хорошо знаю.

– Жильцов?

– А вот вас, – осмотрела меня с головы до ног презрительным взглядом. – Не знаю! Идите отсюда. По-хорошему говорю. Иначе я вызову полицию! Не хватало, чтобы в нашем подъезде ошивались всякие сектанты!

– Марья Ивановна, что вы такое говорите?

– А то и говорю! Ты когда себя в зеркало видела? Что это за мешок на тебе? – очень дорогой мешок. – Иди! Надо же. Еще и имя мое знает! – она захлопнула дверь, а я тяжелым шагом спускалась.

С ума она что ли сошла? Как так-то? А тогда, когда сидела у нас на кухне и пила чай, показалась вполне милой женщиной. Адекватной.

Села на скамейку, с тоской смотрела на двор, в котором выросла. Я так стремилась сюда, но как-то по-другому представляла свое возвращение.

– Привет, красавица, – на скамейку рядом со мной опустился Горелый, местный хулиган и воришка. Он крутил в руках телефон, посматривая недобрым взглядом на кольцо на пальце.

– Красивое колечко, – прижала руки к груди.

– Что тебе надо, Гарик?

– Мы знакомы? – еще один не помнящий. Да что ж такое? Неужели я так изменилась?

Поспешила встать и отошла на безопасное расстояние, когда услышала смех мамы.

Она шла под ручку с седовласым мужчиной. Не помня себя от счастья, подбежала к ней и обняла.

– Мамулечка! Я так рада, что с тобой все хорошо. Как ты себя чувствуешь? Как сердце? – отодвинувшись, рассматривала ее. – Ого! Как ты изменилась, как похудела! Вредно же за полгода такой резкий сброс веса, – мама посмотрела на седого мужчину. – Я знаю, что ты хочешь сказать. Где я пропадала столько времени. Я все тебе объясню. Ты только не волнуйся, пожалуйста.

– Да я не волнуюсь. Я просто не понимаю. Девушка, вы кто? – я пошатнулась, мне казалось, что это слуховые галлюцинации.

– Мам, это же я. Твоя дочь, – дребезжащим голосом проскулила, чувствуя, как щиплет глаза от слез.

– Не смешно! У меня нет и никогда не было дочери. Я бесплодная. Пойдем, Витюш, – она подхватила мужчину под руку и ушла.

Я села на корточки, обнимая себя руками. Да как так-то? Ладно соседка не узнала, Гарик, но мама!

Я не знаю сколько времени просидела так, оглушённая реальностью.

Так плохо я себя не чувствовала, даже когда попала в Мирвенте и стала наложницей Сэта.

Это ж мой мир, мой дом, моя мама! Я боялась, что ей станет плохо от счастья и моего неожиданного возвращения. А тут наоборот.

Меня тронули за плечо. Это оказался тот самый мужчина.

– Девушка у вас всё в порядке? Я вас вспомнил. Когда Оленька лежала в больнице два года назад, соседка Марья Ивановна сдала квартиру. Оля по доверчивости оставила ей ключи. А когда вернулась там были чужие вещи, – он кивнул на мой чемодан в руке. – Большую часть вещей мы выкинули, а вот кое-что и документы не осмелились. По фотографии в паспорте я вас и узнал. Кстати, удивительно, что ваша приемная мама полная теска Олечки.

– Приемная?

– Я вам сочувствую. Вам бы к врачу обратиться. У Оли не было дочери.

– Но как же?..

– Я бы знал. Мы уже год вместе живем. Я прошу вас. Не приходите больше. Оля только после операции на сердце. Только на поправку пошла.